"Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Ваш император обидел нашего умнейшего и богатейшего короля, послав ему столь ничтожный дар и столь бесцеремонного посла. Вы, молодой человек, совсем не владеете придворным этикетом, и наш благосклонный король настолько любезен, что предоставляет вам своего советника для прохождения десятимесячного обучения правилам хорошего тона при дворе. Вам и вашим спутникам предоставляются апартаменты в Королевском Городе на все десять месяцев. Домой вы вернетесь образованным и воспитанным человеком.
Король, донельзя гордый смекалкой своего шамана, довольно усмехался, глядя на пойманных в умелую ловушку гостей. Отказаться от такого гостеприимства они не посмеют, побоятся обвинений в оскорблении короля. И император Софинии, дождавшись своего посла лишь через год, поймет, что с правителем Тошала шутить не стоит.
* * *Желудок при словах придворного шамана свернулся в комок и подпрыгнул к горлу. Как это десять месяцев? Это весь мой курс уже дипломы получит. А мне придется с младшим курсом лишний год учиться! И что я здесь, в этих подземельях, буду делать?! «Была погребена заживо», – напишу в объяснении отсутствия во время учебного года. Мне стало невыносимо себя жалко. Нет, молчать я не стану!
– Это что вы такое, любезный, говорите?! Какие десять месяцев?! Магистр Ален – самый учтивый, образованный и вежливый подданный империи! – Я подскочила к королевскому шаману и встала между ним и послом. – Мы должны идти, нас ждут жители Милителии! Вы не имеете права нас задерживать!
Бет попыталась схватить меня за руку, но не успела. Король громко хрюкнул, глядя на мое выступление. Шаман удивленно приподнял бровь и сказал, глядя мимо меня на Алена:
– Вот еще одно подтверждение полного отсутствия хороших манер и воспитания у подданных императора, – и, уже обращаясь ко мне, продолжил: – Так вести себя в присутствии царственных особ недопустимо. Вы будете арестованы на три солнечных дня.
По команде шамана ко мне приблизилась стража – два здоровых волосатых тролля с боевыми топорами в руках.
– Но я сказала правду! Нас действительно ждут. И Ален был достаточно учтив.
Я сделала отчаянную попытку оправдать свое поведение.
– Вы, девушка, соврали нам. Софиния не приняла беженцев Милителии, и теперь эти страны находятся на грани войны. Чем мы весьма недовольны, – улыбаясь, проговорил король. – И идете вы к эльфам и гномам, чтобы договориться о содействии в предстоящей войне. Ваш император считает себя умнее других, но не надо недооценивать соседей. Мы живем, подобно муравьям, внутри гор. И впитали мудрость этих творений Создателя. Мы знаем обо всем, что происходит вокруг нас, не пытайтесь нас обмануть. Вы наша гостья, поэтому мы не казним вас за оскорбление короля неуважением и ложью. Стража! Опустить девушку на десять солнечных дней в яму. Пусть посидит, подумает.
Стражники подошли ближе. Один засунул свой топор за пояс, другой держал на его на плече, подобно дровосеку. Очередной приступ отчаяния заставил меня бросить сумку и обнажить свои мечи.
– Взять хулиганку! – рявкнул шаман.
Не дожидаясь, пока второй стражник вытащит свой топор, я накинулась на «дровосека» и отсекла его топор от ручки. Теперь он остался с голыми руками, которыми тут же попытался меня схватить, чего я и ожидала. Зацепившись за его протянутые руки, я подпрыгнула и, перекувыркнувшись у самой морды тролля, оказалась сидящей на его плечах. Другой стражник уже не мог меня достать, не причинив собрату вреда, я же, обняв ногами шею «дровосека», приставила клинок острием к его темечку. Другая рука была готова отразить нападение других его собратьев. Стражники, не ожидавшие такой прыти от человеческой девки, замерли и вопросительно уставились на шамана. Тот вздохнул и со словами: «Совсем молодежь распустилась», – начал плести довольно простое заклинание для моей нейтрализации, делая руками необходимые пассы. Ни Никола, ни Ален не пытались предупредить шамана о возможных последствиях его действий, молча наблюдая за происходящим. Когда шаман отпустил заклинание, оно полетело совсем в другую сторону и врезалось в золотые ворота королевских апартаментов. Металл почти мгновенно превратился в черный пепел и осыпался на пол. Тролли с улицы удивленно заглядывали внутрь. По рядам придворных прокатился шепот недовольства, а король гневно крикнул на шамана:
– Ты что себе позволяешь? Это что за фокусы? Эти ворота простояли сотни лет!
– Простите, мой повелитель! – трясясь, согнулся в поклоне шаман. – Эти лживые люди исказили заклинание и навредили нам. Прикажи их казнить!
Король раздумывал. Задержать и унизить посла императора – это одно. А казнить его – совсем другое, тем более что его вины в случившемся нет. Он спокойно стоит, ничего не предпринимает, даже за свою выскочку не заступается. Да, ситуация…
– Нет, мы не врали! Зачем вы провоцируете нас? – снова выкрикнула я, все еще сидя верхом на тролле.
Ну что такое творится в мире. Когда врешь – тебе верят, когда говоришь правду – доверия не дождешься. Я посмотрела на Алена. Его красивое лицо стало слишком суровым, чтобы ждать от него поддержки. Никола с Мартином тоже не сияли благодушием. У них, наверно, был свой план выхода из такой или возможной ситуации, а я, как всегда, все испортила.
– Может, вы готовы подтвердить свою правоту клятвой в Королевском Суде?! – улыбнувшись, спросил шаман.
– Конечно, готова! – поспешно ответила я, запоздало вспомнив, о чем мне рассказывала Бет.
– Что ж, тогда будьте добры слезть со стражника и проследовать за мной для подготовки к встрече с нашими судьями. Через полчаса жители города соберутся на площади Великого Муравейника, и можно будет начинать, – снова улыбнулся шаман.
Король не скрывал своей радости. Надо же, на такую удачу он и не рассчитывал. Ему еще ни разу за его правление не удалось хоть в чем-нибудь обвинить посланников Софинского императора и скормить муравьям. После такого достижения никто из королевских семей не решится оспаривать его право на трон. А жители города разнесут новость по всему Тошалу.
– Мудрейший король! – оторвал короля от предвкушений славы Ален. – Могу я обмолвиться с тобой парой слов наедине, самый благосклонный из правителей?
– Ваша спутница сама настояла на суде. Это не подлежит обсуждению, решение принято, – резко ответил король.
Ему не хотелось попасться на какую-нибудь уловку посла и допустить, чтобы девочку не съели муравьи.
– Разговор касается несоответствия положений королевской власти с заветами, оставленными Создателем для жителей Тошала. Я могу подождать Королевского Суда и объявить обо всем прилюдно, если мудрейший король не желает выслушать меня наедине.
Положение снова становится сложным. За сегодняшнюю ночь королю приходится думать больше, чем когда бы то ни было. Неизвестно, о чем объявит этот посол, что он знает? На площади соберутся все жители города, а это в основном королевские семьи, мечтающие вернуть себе власть. Надо выслушать посла. Но позволить ему подняться к трону – значит возвысить до себя. Даже троллям не позволено на него подниматься, кроме бывших королей, коим и являлся прислужник нынешнего правителя. Спуститься же вниз королю не позволяла масса его тела. Обычно он спускался с трона, когда оставался в зале приемов один. Сползал вниз, потихоньку перетаскивая свое необъятное тело с одной ступени на другую.
– Всем покинуть зал, – наконец решил король, обращаясь к придворным. – Оставьте меня с послом наедине.
Недовольно перешептываясь, троллья знать покинула помещение. Я слезла с оседланного мною тролля, но приближаться к своим друзьям не решалась, боясь их гнева. Стражники тоже вышли, встали по ту сторону уже несуществующих ворот и разогнали горожан по домам.
Король, пыхтя, подобно супу под крышкой, встал с трона и попытался сделать несколько шагов вниз. Но на третьей ступеньке шлепнулся на откормленный зад, как на подушку, и больше подняться не пытался.
– Ладно, – махнул он рукой Алену, громко дыша, – иди ко мне и расскажи, что собирался.