Тайны богинь (СИ)

Агата плакала, ничего не говоря, а мужчина лишь ласково гладил ее по волосам, плечам и спине. Когда слезы закончились, а всхлипывания прекратились, Агата слегка отстранилась от мужа. Тот нежно стер с покрасневших щек слезы.
— Мне жаль, милая…
— Я простила его… но богини не простят, как бы я ни просила. Он совершил слишком много зла и должен понести наказание. Маргарита уже ждет его… Он хотел избавиться от меня, Демьян, — выдохнула девушка.
— Что?
— У него было два варианта исхода отравления короля: либо я умру, либо перестану быть твоей женой. В первом случае все просто: зная, что я сделаю все, чтобы спасти Михаила, он надеялся, что я защищу его ценой своей жизни. А дальше все прекрасно: больше нет ненужной дочери, клейма, которое мучает, а принцу можно подсунуть одну из любимых дочурок. Во втором же случае отец верил, что ты не простишь мне, что я не смогла спасти твоего отца, будешь винить меня в его смерти, отдалишься, а впоследствии избавишься от надоевшей жены. И опять же он подсунет тебе любимую и послушную дочку. Этот яд был не для короля, этот яд был для меня! В любом случае он убил бы меня…
Демьян крепко обнял жену, опутывая руками, словно испугался, что ее заберут у него.
— Он ненормальный… — прошептал принц. — Его болезнь заслужена, его смерть будет лучшим исходом для него. Так его душа не совсем погрязнет в черноте! Хотя… покушение на собственное дитя, что может быть ужаснее?!
Агата молчала, прижимаясь к мужу, пытаясь утихомирить боль в душе, которая выжигала все внутри. Она не понимала, чем заслужила такое отношение к себе со стороны родного отца. Она была уверена, что перед ликом Маргариты он покается, он поймет свою вину, свои ошибки. Но даже не предполагала, как сильно заблуждается. Стоя на пороге смерти — Радим не изменил себе ни на грош.
И он трижды… трижды похоронил родную дочь. Ненужную дочь.
  
Глава 10
 
Князь андорский Радим скончался через пару часов, ночью, перед смертью мучаясь от жуткой агонии, что не помогли даже сильнейшие обезболивающие настои. Маргарита не послушала свою дочь и наказала Радима, оттягивая его уход. Но даже корчась от боли, князь не каялся, а давал наставления Отсане и проклинал всех кругом.
Агата тоже не спала. К ним в комнату пришли Русана и Велед и пары просидели всю ночь на кровати за разговорами. Под утро, узнав, что отец отмучался, сестры уснули от усталости на кровати. А их мужья задремали на диване. Но через пару часов все вынуждены были собираться на похороны.
Погребальный костер сложили прямо в саду, где когда-то любила гулять Агата. Народу было немного: семья, советники и слуги. Отсана не пожелала ждать и собирать гостей с княжеств на погребение, объяснив это, что хочет скорее отпустить мужа в новую жизнь, потому что он и так много мучился перед смертью. Спорить с ней не стали.
На обряде никто не плакал. Вдова тоже не выглядела опечаленной. Даже в траурном сером платье и без украшений, она выглядела величественно, словно королева, а не вдовствующая княгиня. Младшие княжны стояли рядом с матушкой и молчали, хотя глаза девушек были припухшие.
Священнослужитель прочитал молитвы Маргарите, прося принять душу князя и простить ему все прегрешения. Когда стражники зажгли костер, и серый дым поднялся в небо, означая, что душа умершего ушла из этого мира, княгиня пригласила всех на поминальный обед. Для этого столы накрыли в двух комнатах: в большой столовой для знати, и на кухне для слуг. Трапеза тоже прошла в тишине, лишь пара мужчин из совета Радима решили высказаться о князе. Говорили только хорошее и просили Маргариту быть милосердной, при этом кидая взгляд на Агату, будто она могла повлиять на решение богини. Когда гости принялись расходиться, и столовая опустела, за столом остались лишь вдова, четверо дочерей и мужья старших княжон.
— Ваша светлость, я понимаю, что в первую очередь для Вас Радим был мужем, но помимо семьи на нем лежала ответственность за княжество, — взял слово Демьян. — Вы можете не переживать за государство, за свое имя и Ваших дочерей. Я уже поговорил с советниками, возложив на них обязанности по управлению княжеством, пока одна из Ваших дочерей не выйдет замуж и ее муж не возьмет статус князя. Мы же с Веледом, как старшие мужчины вашей семьи, берем на себя ответственность за княжон и обещаем им свою поддержку и защиту, а также помощь в замужестве.
 
— Благодарю, Ваше Высочество, — сухо отозвалась Отсана. Больше она не проронила ни слова.
После поминального обеда, убедившись, что больше их ничего в Андоре не держит, Агата попросила мужа вернуться домой. Русана была солидарна с сестрой, и к вечеру они все вместе отправились в обратный путь. Отсана отговаривать не стала, лишь холодно попрощалась с ними и ушла, когда экипаж даже не отъехал от ступеней. Но никто не обиделся — мужья на этот раз тоже поехали в карете, чтобы не оставлять жен в одиночестве.
Путь назад оказался легче и быстрее. Погода стояла по-весеннему теплая: светило ласковое солнышко, ветер стих и снег больше не падал. Но ночью еще подмораживало, поэтому белоснежный покров таял постепенно, не создавая каши из снега и луж на дорогах.
Вернувшихся встречал король. Он обнял Русану, принеся ей соболезнования, а затем шагнул к невестке, крепко прижимая ее к себе.
— Мне жаль, дочка! Жаль, что все вышло вот так! — прошептал он, поцеловав ее по-отечески в лоб. — Знай, что мы всегда с тобой.
— Спасибо. Но в этой ситуации не о чем жалеть. Отец сам выбрал свой путь, — ответила Агата, слабо улыбнувшись королю.
Когда она ушла во дворец вместе с Русаной и встречающей их Ледой, Михаил подошел к сыну и Веледу. Демьян сразу же рассказал отцу, что Радим желал отравить не столько его, сколько собственную дочь.
— Я думал, что меня уже ничем нельзя удивить, но это… — отозвался Велед, когда король перестал сыпать ругательствами.
— Боюсь, я удивлю вас еще больше, — Михаил протянул свиток сыну и пояснил. — Прибыло из Андора за пару часов до вашего возвращения.
Демьян развернул листок. Его глаза удивленно округлились.
— Отсана разогнала совет? Объявила себя наследницей князя и полноправной правящей княгиней?
— Значит, мне не показалось, что она была рада, узнав, что мы так спешно уезжаем, — покачал головой Велед. — Она все спланировала. Или же Радим ей велел?!
— И еще она пишет, что сама устроит брак дочерей, когда на то будет нужда, и ни в чьей помощи не нуждается, — заметил Михаил. — Судя по всему, Отсана теперь не станет торопиться с замужеством княжон.
— Конечно. К чему ей претенденты на трон Андора. Отсана хитрая и властная женщина, даже мой отец уважает ее, хотя для него жена это лишь мать наследников. И она-то точно продолжит политику Радима.
— Я лично поговорил с советниками, и они уверили меня, что сделают все, чтобы Андор не вовлекли в войну, — вздохнул Демьян. — Но все оказывается зря. Теперь княгиня наберет новый совет.
— Войны не избежать, и участников не убавить, — проговорил Михаил.
  
Глава 11
 
Дарьяна с Арсланом вернулись в Ярград тем же вечером. Ворожеи тут же собрались в комнате Павлы. Майя начертила на двери защитную руну и девушки уселись на большой кровати. Агата принесла с собой сшитую из листов книгу перевода загадочного фолианта.
— Ну что, девочки, определились с автором? — поинтересовалась Павла.
— Я почти уверена, что это Маргарита, — сказала Агата. — Я долго сомневалась, все сестры хоть и не похожи друг на друга, но есть в них общее, и это сбивало. Но в Андоре, чувствуя присутствие Маргариты, я поняла, что именно она писала историю своей жизни и жизни всех богинь. В строчках чувствуется ее забота, любовь к младшим сестрам, доброта и всепрощение. Это ни веселая, смешливая Линдита, ни серьезная, спокойная Лилита, ни щедрая, ласковая Маланья. Это Маргарита… я уверена.
Сестры молча слушали ее, не перебивая.
— Пиши, — кивнула Павла, когда Агата замолчала.