Алхимик. Том 8. Строитель

Маловероятно, что Шестой общается с рядовыми участниками сети. То есть все те, кто попал к Родиону в застенки, его знать не могут. Возможно, смотрители, курирующие большие территории и выступающие кем-то вроде директоров, знают больше, но я сомневаюсь, что они укажут конкретный адрес. Глупо было бы со стороны Шестого так подставляться.
Я знал, что Родион сейчас копает в этом направлении. Шестой и его деятельность, как нетрудно догадаться, были костью в горле у многих людей. В том числе у аристократов, правителей и всех тех, кто обладал властью. Это ещё одно слабое место. Нашими руками могут попытаться решить свои проблемы, а это возможность выйти на ещё один след. Предсказуемый ход с нашей стороны, и я сомневаюсь, что он даст какой-то выхлоп. Отработать мы его обязаны, но… Шестой засунул своему смотрителю бомбу в живот, чтобы навредить нам. Он знает, что остальные смотрители в опасности, и, по идее, они уже должны были залечь на дно. Либо нам подготовили ещё одни ловушку.
Это как раз пример того, когда делаешь ход, лажаешь и даёшь возможность оппоненту выработать защиту. Здесь мы даже ход сделать не успели, как нас обыграли. Вывод: предсказуемые ходы – это хороший способ получить смачную оплеуху.
Нужно мыслить нестандартно, найти такой ход, который он предсказать не сможет.
В голове крутилась мысль о необходимости разрушить его структуру, помочь правительствам, где он ведет бизнес, окрепнуть и сделать так, чтобы он пал в глазах других главарей организации. Возможно, тогда они его устранят. Но не факт, что я об этом узнаю, и не факт, что новый Шестой не продолжит мстить. Да и долгий это путь, а вести затяжную войну я не хотел. Поэтому оставил этот вариант на крайний случай.
Другой вариант – подкупить тех, кто что-то знает про Шестого. Уверен, Исида в курсе, где его найти. Задумка сложна в исполнении. Во-первых, я не представляю, что такого предложить, чтобы она продала «своего». Во-вторых, не знаю устройства организации, отношений главарей между собой, чтобы ими манипулировать. В-третьих, я не придумал способа, как проверить честность сделки. Что мешает Исиде назначить запредельную цену и подсунуть кого-то липового? Ничего.
Попробовать-то можно. Как минимум, если Исида ещё раз придёт общаться, предложить ей идею. Правда, если она не дура, то откажется от артефактов. Я не я буду, если не воспользуюсь возможностью и не внедрю что-нибудь дополнительное, с возможностью отследить.
Был и третий вариант. Если не получается достать Шестого, надо дотянуться до кого-то другого. Взять в плен и допросить. Задача настолько же сложная, как и поимка самого Шестого. На данный момент я придумал три направления. Первый – Исида. Раз уж сама ко мне лезет, можно попробовать подловить. Второй – мастер зверей. Слишком уж у него направление характерное. Тут тебе не тайная преступность, нужны большие площади, чтобы зверьми заниматься. Третий – новое оружие. Что-то мне подсказывает, что это дело рук организации. Не факт, что напрямую они разрабатывают, может, курируют, но то, что как минимум где-то рядом стоят и присматривают – в этом я точно уверен. Иначе откуда у бандитов продвинутые игрушки? А раз курируют, значит, есть тот, кто этим занимается, и вот он может вывести на Шестого или кого-то другого в организации.
Обдумав эти идеи, пригласил Родиона на разговор. К себе домой. В комнату, которую оборудовал максимальной защитой, чтобы уж точно не подслушали.
– Можно пустить эти направления в разработку, – сказал он, выслушав.
– Только как это сделать, чтобы не произошло утечки?
Несмотря на все проверки, отлавливание многоликих и прочих шпионов, всегда оставался шанс, что часть информации уйдёт на сторону. Как сделать так, чтобы этого не случилось или чтобы случилось правильным образом – над этим Родиону голову ломать. Не моя компетенция и хорошо, что так.
– Если с гарантией, то никого не привлекать. Я подумаю, как лучше это провернуть. Мне нужно… – Родион задумался, замолчал на пару секунд и ответил: – Три дня. Пока не спеши.
 
– Хорошо. Как в целом обстановка? Появились наметки?
– Многое узнали о преступной сети, но где скрывается Шестой – нет, пусто. Никаких даже намёков.
Чего я и опасался.
– Кстати, – сказал Родион. – Князь просил передать, что нужно подготовить отряд рыцарей. Ты восстановился?
– Загляну завтра.
– Да и в целом не помешало бы расширить этот отряд.
– У меня есть дополнительное предложение. Я тут набросал проект защитников. Грубо говоря, ходячие артефактные станции на все случаи жизни, способные прикрыть от большинства угроз.
– А чем это отличается от брони?
– Ну… – я попытался найти объяснение и не смог. – Для пользователя в конечном счёте ничем.
Тут до меня дошло, что то, как вижу артефакты я, и как видит их обычный человек, – сильно отличается. Это для меня подход принципиально иной, а для пользователей… Броня и броня, чего сложности городить.
– Просто как идею обозначу, что броню можно комплектовать разными модулями под конкретные задачи. Ещё есть проект открытия портала обычным человеком. Для эвакуации или ещё чего.
– А вот это очень интересно, – Родион аж вперед подался.
– Слушай, что с тобой? – не удержался я от вопроса.
После того, как Родион перешёл в общении на «ты», да и после совместного похода против преступности наши отношения переросли во что-то, близкое к дружественному. Я и до этого его подкалывал, а сейчас сам бог велел.
– Ты про что? – замер он. Словно его на преступлении поймали.
– Твоя мимика. Она ожила.
Родион на это… улыбнулся. Ну, то есть прям совсем улыбнулся. Уголки губ вверх пошли. Морщинки вокруг глаз собрались. Я даже головой потряс, настолько это необычно было. Руки зачесались проверить, не многоликий ли это.
– Ты только никому не говори, хорошо? Твоя целительница немного перестаралась, когда с того света возвращала.
– А-а… – протянул я, осмысливания новость.
Родион и улыбки? Мир сошёл с ума.
– Если сделаешь пару артефактов перемещения для обычных людей, это будет полезно сейчас, – сказал он, приняв стандартный равнодушный вид. – Аристократы хорошо чувствуют других бесов и ходоков. Это инстинкты. Поэтому приходится внедрять обычных людей, и, если у них будет возможность отхода… Ты понял.
– Сделаю, – кивнул я, в этот момент создавая печать проверки.
Данные показывали, что это и правда Родион.
Чудеса.
***
Не буду говорить, что в который раз убеждаюсь: мозг в критических ситуациях генерирует идеи куда лучше, чем в мирной жизни. А ещё я понял про себя, что никогда не был миролюбивым человеком. Боролся за мир – да, было такое. Но все мои разработки в прошлой жизни сводились к двум вещам. Выживанию да убийству темных алхимиков.
Чем я занимаюсь в этом мире? Наращиваю защитные средства, то есть выживаю, да сражаюсь с недоброжелателями. Не темные алхимики, но ходоки и высшие бесы по опасности легко могут их превосходить. Если сравнивать с теми, кого я встречал на своём пути. Так-то, попади сюда хотя бы один темный, аристократия массово хлебнула бы горя. В этом мире куда больше энергии, а значит, и развернуться можно сильнее.
Сражение алхимиков – это всегда поиск уязвимостей в защите. Вот мой ум и пытался найти, куда наносить удар, чтобы повергнуть противника.
Ходоки – главная угроза этого мира. Не считая меня. Всю историю человечества от них была единственная защита – метеоритное железо, позволяющее блокировать чужакам перемещения и по ночам спать спокойно. Защита специфическая и дефицитная, попробуй ещё найди камень, упавший с неба. Ещё к ней можно адаптироваться, на что уходит от нескольких часов до месяца, в зависимости от силы камня и ходока, что хочет проникнуть на закрытую территорию.
Несмотря на все минусы, трудно переоценить значение метеоритного железа. Ничего важнее у аристократов нет. Физического я имею в виду.
А что, если начать разрушать защиту?
Я попытался представить, что будет, если я заявлюсь к английскому императору и разрушу защиту его дворца. Попытался и не смог. Это как минимум повод для войны. Которой может и не быть, потому что заявка очень серьезная. Начать с чего-то поменьше? С посольства? Выбрать какой-нибудь род для показательной порки?