В поисках солнца (СИ)

— Возможно, — сухо согласилась с ним она и снова склонилась к своим записям — платье удивительным образом и не подумало отходить от тела в районе декольте — и после фыркнула недовольно: — Мои чары его не устраивают, видите ли!
— Отвлекают, — поправил Дерек, возвращаясь глазами к балладе.
Однако заняться делом ему не удалось. Магрэнь хмыкнула и заявила:
— Ну, раз уж ты был так любезен, что предложил альтернативу, то я, пожалуй, предпочту оттачивать свои чары!
— Зачем? — с искренним удивлением повернулся он к ней.
Она неопределённо повела плечом — шея красиво заиграла от этого жеста.
Дело в том, что пару дней поизучав вопрос с татуировками, Магрэнь запуталась ещё сильнее. На либерийские было точно не похоже — они представляли из себя магические письмена, а не рисунки, да и наносились немного другим способом. С ньонскими тоже было неясно: они почти всегда имели важное ритуальное значение, и тоже наносились не единым художественным рисунком, а отдельными элементами. Элементы эти, обычно простые, в итоге отличались по интенсивности — ведь между их нанесением порою проходили годы!
По всему получалось, что такие татуировки, как у Дерека, могли нанести только в Джотанде, — больше нигде не требовались мастера, способные создавать настоящие картины, а не просто узоры, буквы и знаки. И здесь у Магрэнь опять ничего не сходилось, поэтому она решила, что было бы неплохо рассмотреть картинку поближе и детальнее.
Её живой ум мог придумать десяток способов заставить мужчину обнажить верхнюю часть тела, но она решила не усложнять простую, в общем-то, задачу, — и без затей Дерека соблазнить. При таком варианте можно было бы не только посмотреть, но и пощупать, что являлось явным преимуществом.
Соблазнять Магрэнь умела и любила; но просто дерековское «Зачем?» опять смешало ей все стратегические наработки. Для воспитанного джентльмена он был слишком прямолинеен, для грубоватого обывателя — слишком вежлив и отстранён. По всему выходило, что тут заготовками не отделаешься, тут нужно индивидуальный подход искать!
Вызов такого рода вызвал в Магрэнь закономерный азарт. Ей сделалось действительно интересно, что скрывается за манерой Дерека и каков он в качестве любовника.
Решив спровоцировать его на то, чтобы он сам выбрал стратегию, она не стала ничего говорить: мило улыбнулась и таинственно промолчала, пряча взгляд за ресницами и оставляя собеседника самому искать ответы на свои вопросы.
Дерек, впрочем, не спешил принимать отданную ему инициативу. Он просто продолжал спокойно смотреть на неё в ожидании ответа, не выказывая ни малейшей неловкости по поводу затянувшейся паузы.
Магрэнь досадливо вздохнула и демонстративно вернулась к своим листочкам, поправляя там какую-то не слишком удачную строчку.
Дерек с философским видом пожал плечами и продолжил переводить.
С полчаса они работали, впрочем, не так успешно, как раньше, потому что мысли Дерека находились в некотором смятении. Ему в его жизни никогда не приходилось флиртовать, поэтому он совершенно не понимал, зачем Магрэнь понадобились все эти заходы и чего она ими пытается добиться. Он же и так ей помогает? Зачем пытаться его очаровать?
Мысль о том, что его пытаются соблазнить, в голову Дерека даже не забрела. Он всегда казался себе лицом слишком незначительным, чтобы заинтересовать женщину; и даже ситуация с Лэнь не добавила ему тут очков уверенности в себе — он полагал, что Лэнь по юности соблазнилась первым же встречным, который проявил к ней живое участие.
Так что единственное объяснение, которое он нашёл поведению Магрэнь, состояло в том, что ей чего-то от него нужно, и она пытается очаровать его, чтобы он это для неё сделал.
Дереку нравилась Магрэнь: с ней было интересно разговаривать, она обнаруживала глубокий ум, умела слушать и понимать, сияла яркими живыми эмоциями… В общем, он был и так готов ей помочь, без всяких ухищрений с её стороны. Поэтому, в конце концов, он оторвался от перевода и честно заявил:
 
— Не понимаю всех этих игр. Почему бы тебе просто не сказать прямо, что тебе от меня нужно?
Бросив на него лукавый взгляд, она отложила перо и тут же включилась в игру.
— Дерри! — с весёлой укоризной воскликнула она, изящно подпирая подбородок ладошкой. — Ты правда не знаешь, для чего женщины соблазняют мужчин? — голос её искрился лукавой улыбкой.
Дерек замер, глупо моргая. В его картину мира никак не вписывалась женщина — да ещё такая умная, состоявшаяся, изысканная и красивая! — которая просто надумала его соблазнить, потому что он интересует её как мужчина.
Магрэнь наблюдала за его ошеломлением с искренним и глубоким удовольствием: она не ожидала, что его будет так легко смутить.
— Как! — мягко и удивлённо воскликнула она, наслаждаясь чувством власти над ним, а затем с деланным участием в голосе уточнила: — Дерри, ты и вправду девственник?
Дерек, однако, к тому времени «разгадал» её игру. Поскольку он ни на грош не поверил, что действительно её интересует, он нашёл иное объяснение её действиям. «Должно быть, они с Тэном были любовниками, но расстались некрасиво! — предположил он, делая выводы из того, что увидел в их прошлой встрече. — И теперь она хочет задеть его через связь со мной!»
Теперь, когда у него в голове всё срослось, смущение покинуло его, и он, посмотрев на неё недовольно и строго, ответил:
— Вопрос такого рода, на какой, как ни ответь, выставишь себя дураком. Ты уверена, — с участливой заботой в голосе переспросил он, — что выбрала правильный способ соблазнения?
То, как резко он взял себя в руки и перешёл в атаку, весьма дезориентировало Магрэнь. Ей и в голову не могла прийти мысль, что он подозревает в её действиях интригу против Райтэна, и она списала его охлаждение на недовольство её подначкой.
Слегка прикусив губу, она стрельнула в него взглядом любопытным и весёлым, и лёгким тоном уточнила:
— А какой способ соблазнения предпочёл бы ты?
Дерек сморгнул, отвёл глаза и замялся.
— По правде сказать, — подумав, отметил он, — я не очень-то понимаю, что тебе ответить. Меня, кажется, впервые пытаются соблазнить.
Смерив его взглядом более чем скептическим, она раздражённо постучала пером по столу и вернула ему его интонацию:
— Ты мне льстишь? Нипочём не поверю, что тебя окружали исключительно идиотки!
С её точки зрения, Дерек был вполне интересным мужчиной, которого, определённо, имеет смысл соблазнять.
Получив претензию такого рода, Дерек честно задумался и уточнил:
— Нет, девицы определённого свойства, конечно, пытались, но это ведь не то же!
Наивная простота, с которой это было сказано, рассмешила Магрэнь.
— Ну, сочту за комплимент! — отсмеявшись, заметила она. — По крайней мере, в твоих глазах я не похожа на… девицу определённого свойства, что не может не радовать!
Дерек отчаянно смутился, осознав, что невольно сравнил действия собеседницы с поведением продажных женщин; в пользу Магрэнь, конечно, но даже сам факт такого сравнения явно попахивает оскорбительной грубостью.
— Прости, — незамедлительно повинился он. — Я не имел в виду…
— Как! — перебила она его весело, приподнимая брови в удивлении. — Всё-таки похожа?.. — и с большим удовольствием рассмеялась его очевидному смущению, радуясь, что снова вернула себе контроль над диалогом.
Дерек досадливо поморщился. Ему, напротив, было совершенно не по душе то, в какие дебри они ушли. Ему, к тому же, казалось, что Магрэнь насмехается над ним, и это было особенно неприятно.
— Рэнь, — попытался вернуть он её к серьёзному разговору, — давай к делу. Чего тебе от меня надо?
— Не любишь провокации? — хмыкнув, выгнула бровку она.
— Не люблю манипуляции, — сухо парировал он, вставая и приводя в порядок свои бумаги и собираясь уйти до того, как попадёт в какую-нибудь крайне неловкую ситуацию.
Заметив его намерение, Магрэнь почувствовала себя озадаченной. Ей казалось, что контакт с ним налажен, и флирт их вот-вот перейдёт в разряд «горячо, совсем горячо!» Она даже предположить не могла, что он расценит её слова и действия как насмешку: он был красивым зрелым мужчиной, безумно обаятельным, ярко эмоциональным и умным, и даже предположить было невозможно, что в вопросах любви он совершенно не искушён.