"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— А вот мы знаем, что видел. Вчера ты это в «Трех улыбках» говорил агенту… Парень, зря ты упираешься. Сейчас мы без ордера, но быстро можем получить его — и тогда поговорим с тобой в другом месте.
— Родрик, — мать нависла над ним. — Не смей врать. Даже я знаю ее, — мамин палец ткнул в Косичку. — Ее фото есть в твоем альбоме, а ее волосы ты носишь в медальоне, как это у вас теперь принято. И никогда не думай, что ты можешь что-то утаить от матери. А я ведь чувствовала, что добром это не кончится! Порядочная девочка не отказалась бы прийти к нам в гости! Ну, сейчас-то мы узнаем, кто на самом деле твоя драгоценная Коса!..
— Спасибо, мэм, — улыбнулся глазами второй сыщик, — вы очень помогли нам!.. А вас не затруднит показать нам альбом и медальон?
Гребешок незаметно сжал зубы, стараясь прямо держать глаза и не моргать. Все рушится, когда приходят полисмены. И твой личный шкаф — уже не запретная зона, и сам ты — кандидат на учет в полиции. И мать заодно с ними, как ждала их! Матери никогда не были девчонками и не влюблялись, они сразу стали подозрительными, въедливыми занудами, и детей-то завели, чтоб кровь им портить и пилить нервы. А продавать девчонок он не станет все равно, даже если они баншеры! А может, никакие и не баншеры — просто решили завести себе подружку-куклу и через Сеть отловили Лилик, а этой Селене-Муане из банды Хармона почудился «гарпун»… Конечно, хакнули слишком по-крупному и влезли под статью закона… Может, они ее вернут? Ну, как машину — взяли, покатались и на стоянке оставили. Тогда им меньше влепят. Да, так они и сделают! Они — правильные девчонки, они против наркотиков и драк, и тусовались крепко и без дури. И даже жвачку с сольвой осуждали, хотя если жевать, а не курить, мозги не разлетаются. Они немножко сорвались, с кем не бывает — но они одумаются, обязательно…
— Он сам их принесет. Родрик, мы ждем.
Мы! Взрослые все — как мафия! Сквозь тугой, вязкий воздух Гребешок поволок тяжеленные ноги к себе в комнату. Ну, прямо в душу роют, самое святое лапают!.. Он грохнул альбом на стол, а медальон швырнул — вот, подавитесь. Пока один внимательно листал фотолетопись тусовки, другой пинцетом вынул несколько волос и подпалил на огне зажигалки. Обычно волосы горят быстрым и маленьким огнем, спекаясь на конце в крохотный черно-серый шарик, рассыпающийся на прикосновение, и при этом воняет паленым, но волосы Косы горели медленно ползущим пламенем, обтекающим тяжелую, свисающую каплю. Запах был странный, но полисмен обонял его как дорогие элитарные духи:
— Чарлин, это оно. Псевдоорганика.
— Теперь все ясно, — Чарлин отложил альбом, раскрытый на фото с Маской, Дымкой и Косой. — Мэм, ваш паренек дружил с киборгами из Банш. Правда, он этого не знал.
— Как — с киборгами?.. — мать оторопела, а уж что почувствовал Гребешок — словами не передается. — Я же видела эту девочку…
— Это была не девочка, а человекообразный робот.
— Парик, — отчаянно сказал Гребешок. — Она носит парик! Ну, этот, вживленный!
— Если бы, — вздохнул второй. — Родрик, мы не первый год в кибер-полиции и, поверь, можем отличить волокно вживляемых биопроцессоров от тех, что производит «Cyber Look». Думаю, и экспертиза это подтвердит. Извини — а ты не пробовал с ней целоваться?..
Гребешок сильно потер лицо ладонями. Глупая, мимолетная догадка вдруг стала правдой — но тогда… Это ужасно, ужасно!
— Вы никому не скажете об этом? — глухо спросил он, глядя вниз. — Никому, правда?.. Она… я… Все знают, что она — моя девчонка…
— Я понимаю, — Чарлин положил руку ему на плечо. — Ты боишься, что тебя засмеют в компании. Не беспокойся — если ты нам все расскажешь, мы не станем это разглашать.
— Никто не знал этого, честно, — забормотал Гребешок, не поднимая глаз. — Они приезжали на сходку, как все. Они ничем не отличались. Прикалывались, смеялись, ну, как обычно… Пили шипучку.
— Имитация, Родрик, имитация. Они на ощупь теплые, у них развитая мимика, объемистый интеллект и гибкие программы поведения. Они могут изобразить что угодно — смех, гнев, заигрывания, кокетство…
— Ну, и чем они тогда от людей отличаются?! — Гребешок вскинулся, сбросив с себя руку Чарлина. — Мотоциклы они водят, книжки читают, смотрят мультики… Да я сам у них брал и почитать, и посмотреть! Чего вы прицепились к ним?! Запишите их в люди, пусть налоги платят!..
Кибер-полиция ловит киборгов, Косичка — киборг из Банш. Гребешка мутило — но не от того, что он вмазался в куклу, а потому, что горящие волосы и слова Чарлина яростно спорили в нем с воспоминанием о Косичке. Ее слова, шутки, взгляды — все такое живое и непосредственное… Разум и Чарлин говорили одно, а чувства и Коса — другое, и одно не могло примириться с другим.
— А марки и номера их мотоциклов ты, конечно, помнишь?
— А нет ли у тебя книг и кассет, которые они давали? Киборги тоже оставляют отпечатки пальцев.
— Вот эта, так сказать, девочка в кадре называлась Дымкой? Позавчера она угнала флаер, но группа усиления проекта «Антикибер» выследила и поймала ее. А кто вот эта, с разрисованным лицом?
— Маска, — голос Гребешка ослаб. Его не слушали, а его горе было лишь поводом для шантажа. — Это их сестра… А… что с ними сделают?
— Перепрограммируют и вернут хозяевам, — весело ответил Чарлин. — Давай рассказывай. Я вижу, ты все понял и готов сотрудничать.
— Еще была Гильза, она чуть постарше. Ее на ваших фотках нет, и у меня нет. Она там редко появлялась…
Лилик. Ее видели с ним на сходке, и что они вместе уехали. Слишком много там глаз, чтоб надеяться на всех. Все равно это всплывет.
— В последний раз, тоже позавчера, к ним пришла еще сестра… Лилик. Ее показывал Доран сейчас, она… Короче, она от Эмбер ушла, — произнес Гребешок.
— Отлично, — словно выиграв у автомата горсть бассов, Чарлин схватил в кулак что-то невидимое. — Ты первый, кто нам дал наводку, — премия Дерека твоя!
Радости Гребешок не ощущал. Это не радость, а гадость, когда на тебя жмут, а потом хвалят, сколько соку вытекло. Но и теплоты к Лилик он теперь не чувствовал. Внутри у него стало досадно и пусто, впору встать и выйти, чтоб помолчать в одиночку, в подушку лицом. «Если мать еще по волосам потреплет — вообще взорвусь», — мысленно пригрозил Гребешок, но — обошлось. Он изнывал от ожидания — когда его отпустят с миром. Он называл и номера, и марки мотоциклов не как добросовестный свидетель, а чтоб отвязались.
— Не знаю, что за чума эта Банш, — возмущалась мать, провожая агентов к дверям, — но лично меня бесит, как «General Robots» смеет выпускать такие… такие копии людей! Я не слишком религиозна, но, по-моему, все это оскорбительно для Провидения. Этого не следовало делать с самого начала!
— Мэм, мы всего лишь полицейские, а не священники, — Чарлин протянул ей расписку об изъятии альбома, медальона с волосами, трех кассет с мультфильмами и пяти книг по мотивам тех же мультиков. — Провидение — вне нашей компетенции. Но что касается вашего парня — обязательно сводите его к психологу; у него могут быть большие личные проблемы, связанные с куклами.
Гребешка она нашла лежащим на постели вниз лицом. Мужчины не плачут — слезы у них текут внутрь и выжигают в душе язвы. Мать со вздохом села рядом.
— Да, конечно, ты думаешь, что я плохая и жестокая, раз помогла полиции. И что я не любила никогда и никого. Родди, ты ошибаешься. Я влюблялась и ревела от того, что он меня не замечает. А ты пойми, что твоя ошибка — не трагедия. Это была не девчонка, а кукла. Вряд ли она выбрала тебя, скорее ты — ее, потому что тебе пора влюбиться. Но это пройдет, поверь мне…
— Ну и пусть, что кукла, — тоскливо промычал Гребешок. — Ты ее по-настоящему не знала… Я даже думать не хочу, что она кукла и что их похватают. Они нормальные, как все! Ну почему их в покое не оставят?! Когда на Эридане рабство отменили, никто ведь не стал аморов, рабов этих, обратно загонять в бараки! Вот и их бы так…
— Эриданские аморы — люди, — терпеливо внушала мать, — у них человеческие права. А куклы — это совсем другое, это изделия…