Иллюзии 2 (СИ)
Жалобно зазвенев, лезвие отлетело в сторону и теперь в ход пошли когти частично трансформированных рук. Чешуя прикрыла кожу, защитив ее от повреждений, а фиолетовые когти безжалостно крошили ствол тысячелетнего реликта. Наконец, заключительным аккордом, морозный шквал прокатился во все стороны от императора и выстудил комнату, украсив пушистой изморозью темные пол, стены и столбы в лохмотьях щепы.
Выдохнув, Аллоневир Эйль Флезират вернул себе привычный облик и опустился на колени на белый искрящийся инеем пол. Какое-то время император сидел, упираясь ладонями в колени и повесив голову. Он вполне мог рассчитывать на одиночество, когда уходил в этот зал облицованный плитами шкиффа способного заглушить любой всплеск магии, и можно было не бояться, что кто-то увидит его в таком состоянии.
Выпустив ярость в зале, оставив на фоне черных плит белые ошметки дерева, припорошенные снегом, тяжело ступая и покачиваясь из стороны в сторону, он вошел в купальню. Светлое помещение, искусно украшенные мозаикой стены, пол и дно бассейнов, негромкое журчание проточной воды заставили на мгновение замереть на пороге.
Испуганные девушки, тенью застывшие в углу в ожидании господина, робко поклонились. Старшая сделала шажок вперед, предлагая свои услуги. Он посмотрел сквозь нее невидящим взглядом. Ничего не сказав, сбросил костюм и погрузился в теплую воду. Струи проточной воды ластились, смывая пот, унося с собой усталость и остатки злости. Аллоневир расслабленно откинулся на специальный подголовник, положив руки на край бассейна, и медленно выдохнул.
Самым неприятным оказалось то, что именно своей смертью Влада запустила цепь событий, которая спасла его от участи марионетки. Странная реакция тела на служанку, позаимствовавшую у госпожи духи и продолжавшей крутиться вокруг безутешного Терриана, повергла молодого дракона в шок. Он определил причину и изъял флакон необычных духов. А уловив сходный аромат от Сариде, и присовокупив к этой информации сведения о зависимости вернувшихся лордов, сделал верные выводы. Самое важное, что у него хватило ума поделиться этими выводами с безопасником, а не мчаться со своими сомнения лично к императору.
Приходится признавать, мальчишка вырос и составит хорошую компанию начальнику УМагРасса. Если бы не его наблюдательность и острый аналитический ум, не предусмотрительность нага, оставившего документы с описанием разработок бывшего хозяина и набор противоядий, если бы не слаженные действия Фарисадриаля с Шааркханом он бы уже застегнул брачный браслет на руке Сариде, став ее рабом.
Четыре дня он провел словно в бреду, пока эльф, набравшийся опыта у нага, приводил его в чувства. Он не удивился, когда Фарисадриаль положил перед ним отчет о деятельности клана Лимахтов. Тревожные звоночки со всех сторон поступали к ним уже давно. Даже среди вампиров далеко не все были рады усилению влияния этой семьи, а о жестокости их сторонников, оргиях проходивших для избранных, ходили масса тревожных слухов.
Сариде рвалась к власти, а им нужно было время. Был разыгран целый спектакль. Старый гоблин Ракхашазыг искренне раскаивался и готов был рвать на себе волосы, рассматривая выпавший камень из ключа от комнаты с фамильными артефактами.
Упав на колени перед Императором, когда тот привел избранницу в сокровищницу, хитрец даже пустил мутную слезу каясь, что не успел забрать у главы клана хранителей запасной ключ от сокровищницы до того как тот удалился в чертоги «Сердца огня» для проведения ежегодного ритуала возрождения. Сей храм, находится глубоко в недрах на нижнем уровне подземной столицы этих хитрых созданий, и спускаться туда без сопровождения жрецов было самоубийством. При леди Аллоневир изображал безумно-влюбленного и готового на все мужчину, а Изарис подтягивал силы к столице. Готовились и к нападениям вот всех более-менее крупных городах.
Заговорщикам удалось внушить, что во время открытия межмирового портала будут задействованы родовые артефакты, и многие семьи останутся без защиты. Это дало возможность определить день Х. Но, несмотря на это жертв, все равно избежать не удалось.
Хитрая стерва рассчитала верно. Даже в случае неудачи с заговорщиков она вышла бы сухой из воды, и, получив корону, превратила бы его в свою марионетку. Аллоневир считая ее истинной парой, защищал бы Сариде до последнего…
Гениальные изобретения извращенного ума, завязанные на обмене энергиями присущей высшими в момент связи. Духии немного магии подчинения. Кто бы мог подумать? Какие еще сюрпризы может преподнести бывший хозяин змея?
— Долго ты собираешься еще терзаться?
Император повернул голову и увидел Шааркхана. Демон быстро разделся и скользнул вводу, устраиваясь неподалеку и не спуская взгляда прищуренных глаз со своего властителя. Поманив девушек, указал ей на себя и императора. Те осторожно, готовые в любую секунду отступить подошли и, капнув душистые масла, принялись легкими движениями массировать шею и плечи мужчин.
— Не знаю, как правильнее поступить… — задумчиво отозвался император. –
Понимаю, покушение на власть должно быть наказано. Суд вынес смертельный приговор всем заговорщикам. Чем страшнее будет наказание, тем меньше шансов, что кто-то захочет повторить подвиг Лимахтов в надежде, что у него-то получится. Но в тоже время устроить показательные казни всех, так или иначе участвовавших в заговоре, значит вступить на путь разрушения нашего мира и показать собственную несостоятельность, как политика.
Совет настаивает на публичной казни для тех, кто стоял во главе заговора. Но Сариде… я ведь когда-то действительно едва не сделал ей предложение…
— Ты же прекрасно понимаешь, что добейся она своей цели, так или иначе, нас всех устранили бы довольно быстро, а из тебя сделали бы марионетку, — демон фыркнул,
недовольно повел мощными плечами и, заставив служанку убрать руки, на несколько секунд окунулся с головой в бурлящую ароматную воду.
— Я не хочу так просто убивать…
— Если бы хоть одна из моих женщин рискнула бы поступить со мной подобным образом, то за каждый день лжи, проведенный со мной, ей пришлось бы расплатиться куском своей плоти. А потом я все равно бы ее казнил. Скорее всего, напустил на нее черную гниль, заточив на всеобщее обозрение в клетку на площади! — глаза верного друга вспыхнули алыми углями, — Именно так умерла моя мачеха. Твоей же «леди Сариде» — демон с презрением выплюнул ее имя, — вынесли всего лишь смертный приговор. Если бы она была твоя половинка, твои сомнения были бы понятны. Против воли богов не пойдешь, но так… Проводник ведь смотрел всех обвиняемых, чтобы исключить подобные связи? Или ты больше не доверяешь старому жрецу?
Черты дракона заострились, и на коже выступили перламутровые чешуйки, предвещая оборот, но император сдержался, внезапно зло, рассмеявшись, удалил ладонями по воде, заставив взметнувшиеся капли на мгновение застыть в воздухе в виде мелких льдинок. Льдинки с сухим шелестом посыпались вниз, осыпая прозрачным стеклом волосы демона, брызнув с сухим шелестом в разные стороны по разноцветной мозаике пола. Девушки испуганно шарахнулись в стороны и привычно нырнули в свой уголок. Он повернулся всем корпусом к своему телохранителю и сверкнул глазами, обнажая клыки:
— Вот как ты подумал про меня! Неужели я настолько жалостлив на твой взгляд? — демон потупился, осторожно сдвигаясь в сторону от правителя. — Ты не понял, Шаар. Я хочу, чтобы она жила. Жила и мучилась. Хочу, чтобы она сама прочувствовала, каково это — быть чьей-то марионеткой. А Аринарий не станет лгать. Жрецы приносят клятву, которую невозможно обойти, не поплатившись собственным даром и жизнью.
***
— Прости, — демон достал из кармана браслет и защелкнул его на моей руке, — но так будет лучше. Не хочу дважды совершать одну и ту же ошибку. Это браслет нашего рода, он защитит тебя от чужих притязаний, а я обещаю, что и пальцем тебя не трону. Не хочу, чтобы ты вновь пыталась скрыться.
Изо всех сил оттолкнула все еще удерживающего меня демона и сделала шаг назад, пытаясь избавиться от навязанного украшения. Словно в насмешку браслет сжался, плотнее обхватывая запястье. Меня повело в сторону, и я испуганно дернулась в попытке удержать равновесие. Над головой раздался шум, ветер взъерошил волосы, и в пещере стало заметно светлее. Вскрикнув, поняла, что зависла в воздухе на высоте нескольких метров над каменистой площадкой. Внезапно пришло понимание происходящего — я лечу! Страх сменился какой-то шальной радостью заставившей меня рассмеяться во весь голос. Пещера, мои сны, все это было не зря! Задрав голову, я восторженно смотрела как надомной, рассыпая искры, вздымаются и опадают два огромных золотых крыла.