Не верь мне. (СИ)

    - Где туалет? - резко перебила его Силантьева. Икнув, она прикрыла рот рукой, и, оторвавшись от двери и толкнув его, кинулась опрометью мимо него.
    - Мда, - устало выдохнул Тихонов, проведя рукой по лицу. Постояв в прихожей несколько секунд и приходя в себя, он двинулся вслед за девушкой, предугадывая по звукам, что ночка будет еще та.
    ***
    Прослушав еще раз уведомление о том, что абонент недоступен, я со вздохом раздражения положила телефон на прикроватную тумбочку. Надежды на то, что Женя соизволит взять трубку, испарилась уже после тринадцатого звонка. Ладно, не маленькая уже, сама о себе позаботится. Перед тем, как убрать сотовый, успела глазами зацепиться за циферблат, который указывал на третий час ночи. Вопреки всем здравым умыслам, которые ярко трезвонили в моей голове, что завтра нужно рано вставать в университет, спать мне не хотелось. Прикрыв глаза, попыталась сосредоточиться на стоявшей в квартире тишине, которая всегда действовала на меня умиротворенно. А сейчас к этому добавлялся еще и негромкое постукивание дождевых капель по стеклам. Было похоже на то, как если бы кто-то стоял рядом и тарабанил пальцами по столу. Не ногтями, а лишь подушечками пальцев. Мягко так. Но, даже не смотря на успокаивающий ритм, в душе царило смятение. И даже смена позы не утихомирила гнетущего внутри беспокойства. Думала ли я о поцелуе с Данилом? Нет, возможно, и дальше не буду включать его во внимание, учитывая то, что сделан он был по совершенной пьяной глупости, хотя и стоит признать, что отвратительным он не был. Волновало совсем другое, и самое неприятное, что я не могла дать этому ощущению названия. Этот вечер поднял во мне какие-то скрытые в глубине эмоции, которые вырвавшиеся наружу цепкой хваткой вцепились где-то в области между лопаток. Можно ли было назвать это предчувствием к чему-то плохому или же все списать на разыгравшуюся фантазию. Возможно это состояние аффекта от незнакомой обстановки.
    - Спи, - мой тихий шепот разрушил тишину своей хрипотцой. Я приказала самой себе и, как ни странно, но это подействовало. Словно бы мой разум только и ждал слуховую команду. Чувствуя, как погружаюсь в зыбкую глубину сна, обняла свою подушку.
 Глава двенадцатая
 Незнакомец.
    Зябко поежившись от проникающего под одежду холода, прибавила шагу и быстро вскочила по ступенькам, словно боясь, что он последует за мной. Прорвавшись через парадные двери университета, резко остановилась. Эта была смена обстановки с мирной тишины улицы на поглощающий гул студентов, в который я погрузилась, невольно скинув наушник. И только тогда я услышала слабый голос, что окликал меня. Обернувшись, увидела, как ко мне быстрым шагом направляется Маша. На обычно бледноватом лице алел румянец, который девушка приобрела благодаря уличной прохладе.
    - Михайлина, - робко улыбнувшись, поприветствовала она меня, подойдя.
 - Миша, - коротко поправила ее. - Просто Миша, - условности меня раздражали, особенно если они касались произношения моего имени.
    - Миша, - исправилась Мария, чем заслужила мое одобрение кивком. - Привет.
    - Привет.
    Дальше мы, молча, пошли на пару. Вести светские беседы, да и вообще, разговаривать не хотелось. Как и следовало ожидать, утро для меня было не из самых приятных, а посему, настроения пока что у меня не было.
    - Что-то ты какая-то не радостная, - вторгся в мои мысли голос соседки. Серые глаза с любопытством уставились на меня.
 
    - Нет, тебе показалось, - вышло это сквозь зубы.
    - Не выспалась, да? - словно не замечая моей оскаленности, по-доброму ухмыльнулась девчонка, сделав весьма верный вывод. - Чем же ты занималась всю ночь? - и с каких пор она стала проявлять такую активность в общении со мной?
    - Маша, - выдохнула я, чувствуя легкое раздражение. Сама не знаю, чем оно было вызвано, но разве голову с похмелья всегда поймешь и остановишь? - Пожалуйста, не трогай меня сейча...
    Договорить не успела, так как на полуслове меня оборвал громкий звук распахнувшейся где-то сбоку двери, которая громко хлопнула о стену. Слово, как невысказанная мысль, так и застряли где-то в горле, так и не вырвавшись на свободу. Возможно, это было и к лучшему, что я не успела ляпнуть Маше что-то еще, более грубое. Стоявшую громогласную тишину, возникшую хлопком двери, теперь уже нарушил режущий звук разбитого стекла. Если же первое действие привело к тишине, то второе тут же нарушило ее, пробуждая гул голосов людей, что находились в кабинете. Мы с Машей находились как раз возле этой аудитории, и я только сейчас заметила, что мы стояли на месте.
    - Что вы себе позволяете?! - слышала я чей-то возмущенный вопль и еще несколько голосов вторили ему, сокрушаясь по поводу произошедшего. Слышались даже смешки, но все голоса сливались для меня в один поток шума. В дверном проеме были видны несколько фигур людей, которые, замерев, что-то обсуждали. Кто-то жестикулировал, кто-то просто стоял истуканом, глядя на разбитое окно, ущерб которого можно было оценить даже с моей зоны видимости.
    Внезапно у меня вырвалась усмешка. Да, если оценивать стоимость ущерба, то кому-то одной раздевалкой явно не отделаться.
    - Карминский, ваши выходки переходят все границы дозволенного! - снова возмущенный женский тон, что вопил изначально, дал о себе знать, только уже не было истеричных ноток в голосе женщины. Взглядом я прошарила каждую фигуру в кабинете, что открывалась моему взору, остановившись лишь на одной. В отличие от остальных, этот, что стоял к ней спиной, нервностью не отличался. Не было в его позе напряжения. Наоборот. Даже не видя его лица, было понятно, что человек спокоен. Руки его были засунуты в карманы, а по редко вздымающимся плечам предугадывалось спокойное и выровненное дыхание. И не смотря на стенания и возмущения преподавательницы, он даже не шелохнулся. Темный затылок так же не поворачивался.
    Так же, не шевелясь, я наблюдала за темной фигурой. Во мне взыграло любопытство, в желании узнать, что же ответит или сделает провинившийся. Отчасти и хотелось увидеть его лицо. Находясь вдали от стоявшего парня, я уже сделала выводы про себя, что он высокий, а по широким плечам, что он явно не был тощим пареньком. Темные волосы были чуть длинноваты, закрывая уши и в небольшом беспорядке, словно их хозяин постоянно проводил рукой по ним, взрыхляя густую шевелюру. Я даже не слушала, что говорит женщина, но судя по выражению лица, была она просто в бешенстве.
    - Миш, пошли, иначе мы опоздаем, - вторглась в мое сознание Мария, тронув за руку. Оторвавшись от созерцания мужской спины, посмотрела на девушку. Она тоже была заинтересована тем, что происходило в этом кабинете, но особо острого любопытства как у меня не испытывала, помня о своих обязанностях. Да и не только мы, но и теперь множество студентов, проходящие мимо, стояли возле нас и вглядывались в разыгравшуюся сцену, которая грозила закончиться либо истерикой преподавателя, либо отчислением стоявшего перед ней объекта.