Кодекс Агента. Том 3 (СИ)
Экскурсия закончилась, мы с Хранителем сидим в его рабочем кабинете, и старик молчит, обозревая бесконечные ряды древних фолиантов у меня за спиной. На столе стоит неизменный самовар, в пузатых чашках плещется травяной чай, а стальной поднос завален всевозможными видами баранок и бубликов.
Хранитель хмурит седые брови и напряженно раздумывает о чем-то, поглаживая бороду. Я с трудом сдерживаю желание обернуться. У меня возникает иррациональное ощущение, что я увижу статую Основателя Рода Фиолетовых и столкнусь с взглядом бронзовых глаз, направленным мне в спину. Воображение рисует бронзовое лицо, похожее на мое до степени смешения.
Я отгоняю бесполезные мысли и обращаю взгляд на собеседника, не проронившего ни слова после окончания осмотра экспонатов. Хранитель Рода все еще не считает меня своим, несмотря на все приказы и объяснения Великого Князя Шувалова. И старик явно чем-то обеспокоен или расстроен, чем-то, имеющим прямое отношение ко мне.
Я молчу и терпеливо жду. Жду, когда он решиться заговорить и задать терзающие его вопросы. Судя по затянувшемуся молчанию, вопросы волнуют старика весьма сильно. Наконец, взгляд темно-серых глаз обращается на меня.
— Как вы могли⁈ — с упреком спрашивает он, и я сразу понимаю, что речь идет о нападении на Храм Разделенного. — Вы понимаете, что поставили на карту безопасность нашего Рода и всей Российской Империи⁈
— Я не планировал уничтожать Кристаллы, если вы об этом…
— Специально вы и не смогли бы этого сделать, но окажись вы Светлым…
Я подаюсь вперед не в силах скрыть свое любопытство. Молча смотрю на старика, прикидывая, как лучше выстроить диалог, чтобы получить максимум столь необходимой мне информации. Намечается тяжелейшая спецоперация по преодолению недоверия.
— Светлые способны навредить Кристаллам⁈ — удивленно спрашиваю я. — Вы мне этого не говорили! Да и как бы я стал Светлым, не надев на грудь соответствующий Осколок⁈
— Юноша, не считайте меня глупее, чем я есть на самом деле! — обиженно заявляет старик, оглаживая седую бороду. — Осколок Светлых висел на вашей груди, когда мы с вами и Великим Князем поднимались к родовому Кристаллу! Чуть позже вы задали мне множество недвусмысленных вопросов, касающихся возможности стать Светлым!
— У меня нет Осколка Свтелых, — заявляю я в ответ и пристально смотрю в глаза старику.
Я не вру, и он это чувствует. Сейчас у меня, действительно, нет Осколка, и я ничуть не грешу против истины. В любом разговоре можно не сказать ни слова правды и при этом не быть уличенным во лжи. Меня этому хорошо научили.
— Никто не вправе подвергать опасности главное достояние Империи — цветные Кристаллы, созданные самим Разделенным! — гневно заявляет Хранитель. — Их всего четырнадцать: семь в Храме и по одному в высотках Великих Родов!
— Всего четырнадцать? — удивляюсь я. — На всю Империю? А что же установлено в провинциальных Храмах?
— Муляжи! Именно поэтому Инициации всегда проводятся в Московском Храме — отвечает старик и замолкает, явно сожалея о сказанном. — Но это секретная информация, ее даже мне знать не положено, и если вы озвучите ее кому-нибудь…
— Тогда не сносить мне буйной головы! — покорно киваю я, иронично улыбаясь. — Вот только голова у меня всего одна, а поводов ее лишиться — уже десяток!
— Если вы не умерите молодецкую дурь… — старик замолкает и закусывает губу, осознав, что перешел границы дозволенного. — Молодецкий пыл, я хотел сказать… Если вы не умерите молодецкий пыл, то лишитесь ее в мгновение ока!
Хранитель пристально смотрит мне в глаза, пытаясь донести всю серьезность сказанного.
— Захватив Храм Разделенного, вы пошли на чудовищный риск, и существует лишь один мотив пройти Инициацию ценой такого риска — желание не быть сожженным в алтаре Великого Храма! — медленно произносит старик, не в силах успокоиться.
— Не только, — возражаю я, и мои глаза вспыхивают фиолетовыми сапфирами. — Я хотел доказать, что не являюсь Темным до того, как окажусь в подвалах доблестного Тайного Сыска!
— Как раз в них вы и должны были оказаться после нападения на Храм! После столь вопиющего попрания Имперских законов вас должны были казнить на Красной Площади! Обезглавить на Лобном месте, как в стародавние времена! — горячится старик. — Но вы почему-то сидите передо мной, меланхолично попивая чай и закусывая его баранками!
— Милость нашего самодержца не знает границ! — с придыханием заявляю я и закатываю глаза к потолку за неимением портрета Императора перед глазами.
— Именно так! — соглашается Хранитель с желчной усмешкой на лице. — А все потому, что Разделенный одарил нашего Императора великим множеством талантов! Вот только это множество не включает в себя милосердие!
— Ладно! — я согласно киваю. — Допустим, Император простил меня по иной причине. По расчету, например! Что это меняет⁈
— То, что вы тотально от него зависите! — с торжеством сообщает мне Хранитель. — Уголовное дело заведено⁈ Вас осудили, и Николай Александрович Романов собственноручно подписал указ о помиловании⁈ Нет⁈ Значит, все это может случиться в любой момент, и вы у него на крючке!
Еще недавно я бы поразился простоте, с которой меня поймали на упомянутый крючок, но сейчас лишь пожимаю плечами. По мере погружения в мир аристо, я удивляюсь все меньше и меньше, особенно изяществу придворных игр, участником которых поневоле стал.
— Благодарю за предупреждение, — говорю я. — Думаю, что Императору нет нужды выстраивать многоходовые комбинации, ведущие юнцов вроде меня в заранее расставленные ловушки. Ему достаточно пожелать моей смерти, и одаренные верноподданные выстроятся в очередь, желая исполнить волю монарха!
— Все так, но юридические зацепки никогда не помешают! — парирует Хранитель, наставляя на меня костлявый указательный палец. — Зарубите это на вашем идеальном носу!
Он замолкает и стушевывается, мгновенно растеряв весь свой пыл.
— Игорь Всеволодович рассказал, что в древности Инициация проходила не в алтаре, а в главном зале Храма, и Главы Великих Родов в ней не участвовали⁈ — спрашиваю я, переводя разговор в практичное русло.
— Все так и было, если верить дошедшим до нас летописям, — подтверждает Хранитель. Инициация — таинство, получение Дара из рук самого Разделенного, и древние аристократы проходили ее в одиночестве, как это сделали вы, оставаясь с Богом один на один. На ступенях Храма юношей и девушек встречал лишь глава их Рода и подносил им хлеб-соль, если видел волшебный свет в очах…
— А если не видел?
— Изгонял из Рода прилюдно!
— Почему же традиция изменилась?
— После свержения Ивана Темного и его опричников Совет Семи взял власть в Империи под полный контроль и принял решение контролировать обретение Дара и удерживать равновесие между Великим Родами…
— Равновесие⁈ — уточняю я. — Это означает контроль численности одаренных в каждом Великом Роду с учетом мощи их Дара⁈ Убийство лишних цветных⁈
— Ну почему же убийство, — возражает старик. — Все можно обставить так, что неугодный претендент навсегда останется серым…
Я в молчании таращусь на старика, переваривая услышанное. Баланс сил, сложившийся между Великими Родами — не естественное состояние, а созданное искусственно, и в теории фиолетовых магов может быть столько же, сколько красных или даже больше! Но в этом случае никто и ничто не сможет помешать им захватить и удерживать власть бесконечно!
— Главы Великих Родов знают об этом? — на всякий случай спрашиваю я, хотя ответ очевиден.
— Конечно! — Хранитель кивает. — Они поддерживают равновесие добровольно.
— А кто определяет достойных и недостойных получения Дара?
— Глава соответствующего Великого Рода, — отвечает старик.
— Тогда как получилось, что Фиолетовые вымирают?
— Ваше Сиятельство, вы же изучали эволюцию и теорию естественного отбора? — спрашивает старик, и в его голосе звучит ирония. — Когда потенциальных представителей вида остается чрезвычайно мало, вид может исчезнуть с лица Земли в результате череды нелепых случайностей.