Мы – ищем! Прорыв. Часть первая (СИ)

Вслушавшись в ментальную сферу, Аната кивнула — зов стал сильнее и ближе, но остался столь же тихим и безнадежным. Она потянулась к его источнику, транслируя, что слышит и готова помочь. Поначалу ничего не происходило, а затем зов словно захлебнулся на мгновение, стал слабее, после чего резко усилился. Это выглядело, словно зовущий пребывает в растерянности и не знает, что ему делать дальше. Он, похоже, давно перестал надеяться на ответ, и вдруг тот пришел, как это ни невероятно.
— Кто вы?.. — едва ощутимый ментальный образ заставил ментатов напрячься.
— Вероятностые маги ордена Аарн, — ответила на той же волне Аната. — Готовы оказать помощь. Что требуется?
— Спасите детей…
— Если это возможно, спасем. Где они?
— В основании статуи находится убежище, там шестнадцать стазис-капсул, — ответил неизвестный. — Они там уже полтора миллиона планетарных циклов, и вскоре их ресурсы закончится. Я хотел пробудить их сам, но у меня почти не осталось энергии, еще два-три цикла, и я прекращу свое существование.
— Вы искусственный интеллект? — поинтересовалась Аната.
— Нет, я алайх, это нечто напоминающее духа прежде живого существа, живу одновременно в реальности, иногда не в одной, астрале и даже ментале. Мы были техно-магической цивилизацией, стремились к переходу, но не успели достичь его. Из глубин вселенной пришли странные существа или сущности, мы так и не смогли понять, кто они такие, но их ментальная и магическая мощь была запредельной. Мы им чем-то помешали, было в нас что-то такое, что не давало сделать нас такими, какими они хотели нас видеть.
— Это эстаа? — подалась вперед ментат. — Они же «сверхи»?
— Не знаю, возможно. Они не отвечали на наши запросы, они просто уничтожали всех взрослых и похищали детей, перед каждым своим действием посылая образ, что мы неправильные, а все неправильные должны исчезнуть. Я был всего лишь младшим наставником в школе полного цикла, мы эвакуировали в другую вселенную детей из мира Хонтас, но нас обнаружили и сумели изменить параметры портала, в итоге мы попали не туда, куда хотели, и оказались в этом полностью пустом мире. Связаться со своими мы не смогли, эта вселенная какая-то странная, очень бедная на энергию, мы оказались неспособны делать элементарные бытовые вещи. Какое-то время мы пытались здесь выжить, но выяснилось, что враги отправили вслед нам проклятие неудачи во всем, которое настигло взрослых. К счастью дети, в силу малого возраста и отсутствия инициации, оказались ему не подвержены. Мы, осознав, что произошло, отдали все свои силы и саму жизнь, построив стазис-хранилище, куда уложили детей, и создали артефакт, зовущий на помощь.
— Это статуя?
— Да, статуя Аллиянары, Создательницы. Я, согласно жребию, перешел в состояние алайха, оставшись возле хранилища. Мы надеялись, что помощь скоро придет, ведь спасение детей всегда было высшим приоритетом для любой цивилизации. Но никто не пришел… Я ждал… Шли годы, столетия, тысячелетия, а все оставалось по-прежнему. К сожалению, прекратить свое существование или сойти с ума алайх не может, пока не исполнит свой долг. Но я давно отчаялся. И вдруг сегодня получил ответ от вас. Вы знаете путь в нашу родную вселенную?
— Нет, к сожалению, — развела руками Аната. — Как звался ваш народ?
— Истару-райд, — ответил младший наставник.
— Мы никогда о нем не слышали, хотя бывали во многих вселенных. За прошедшие сотни тысяч лет он вполне мог погибнуть или перейти. Сами мы тоже не отсюда. У нас, как когда-то у вас, техно-магическая, но при этом поливидовая цивилизация, все разумные которой являются ментально активными. Мы живем в общем ментально-эмоциональном пространстве, боль другого аарн равнозначна собственной для каждого из нас.
— О, вы достигли уровня, к которому мы только стремились! Значит, мы можем доверить вам спящих детей. Но их нельзя будить, пока не снято проклятие…
— А что делает это проклятие? — поинтересовалась Аната.
— Оно разделяет любое общество и даже небольшую группу рахумных существ на отдельных индивидуумов, превращая его в клоаку, где каждый стремится только к собственным целям, не обращая внимания на то, чего их достижение будет стоить другим, — ответил младший воспитатель. — Помимо того оно всех, кто не разделяет эти «идеалы», лишает удачи. Действует довольно долго, но методов борьбы с ним мы так и не нашли. Несколько сотен лет его влияния разрушает все вертикальные и горизонтальные социальные связи в обществе, включая семью, но при этом не позволяет ему распасться, устанавливая жутковатые, с нашей точки зрения, законы и обычаи. Любая гуманность исчезает. Разумные превращаются в зверей. И считают все это правильным и естественным. Однако для достижения стойкого эффекта потребуется не одно поколение.
 
— Примерно это произошло с поселившимися на этой планетой разумными, — помрачнела ментат, похоже, причина случившегося с райверской республикой была найдена. — К сожалению, проклятие распространилось на много планет, вся местная цивилизация превратилась в адскую клоаку, причем страстно стремится превратить в свое подобие другие народы, не поддавшиеся этому безумию. Мы искали причину происходящего и… кажется, нашли.
— Примерно так и должно было действовать проклятие согласно выводов аналитиков. Хотя точно это неизвестно, мы, естественно, не стали ожидать результата воздействия, опасаясь, что оно повлияет и на нас, и ушли на перерождение, предварительно создав убежище и погрузив детей в стазис.
— Значит, нужно искать проклятие и нейтрализовывать его, — констатировала Аната. — На какой основе оно было создано? Какие силы использовались? Не вероятностная магия?
— Частично она, частично еще что-то, нам незнакомое, — немного подумав, сообщил младший наставник. — Поэтому мы и не смогли разобраться. Если бы мы остались на родине, то ученые сумели бы разобраться. Но здесь?.. Не получилось, пришлось действовать иначе. Главное было спасти детей. Наверное, кто-то другой сделал бы лучше, но мы были всего лишь мастерами одной небольшой школы и сделали все, что смогли. Мне пришлось провести здесь полтора миллиона лет и единственное, чего я жажду, увидеть, как дети проснулись, а после этого уйти на перерождение. Я слишком устал…
— Понимаю, — поежилась девушка, представив такой срок в полном одиночестве и безнадежности. — Но, пока мы не снимем проклятие и не пробудим детей, прошу вас остаться.
— Конечно, останусь. И передам все свои знания, которые ваших ученых заинтересуют. Возможно, они вам пригодятся.
— А вы знаете, как выглядит проклятие?
— Да, смотрите, — в сознании Анаты возникло подобие многомерной кляксы, опутанной бесчисленными нитями и тонкими щупальцами. — Ищите его в ментале над планетой, оно, скорее всего, полностью окутало ее. Возможно, единственный выход — это эвакуация убежища, чтобы пробудить детей в другом месте. Не уверен, что можно вычистить эту гадость.
— Сначала надо попытаться и посмотреть, что получится.
Сформировав эмообраз со всей информацией о случившемся, девушка отправила их всем аарн и двархам экспедиции, а те передали их кэ-эль-энахцам, благо все они имели телепатические импланты. Некоторое время царило ошеломленное молчание, а затем заговорил Лерк:
— Нужно срочно снимать это проклятие! Ясно теперь, что превратило эту несчастную цивилизацию в клоаку.
— Я боюсь не справиться, — тяжело вздохнула Аната, — я еще недостаточно опытна для такого. Вызывай Кержака.
Ответа от старого орка пришлось ждать довольно долго, он был чем-то сильно занят. А приняв сжатый эмообраз из другой вселенной, надолго задумался, после чего посоветовал ученице посмотреть, что происходит в ментале, но очень высоко не подниматься и стараться держаться поодаль от планеты — мало ли что. Также пообещал прибыть примерно через двое суток, на прощание пробурчав, что тоже никогда с проклятиями подобного уровня еще не сталкивался. Придется думать. Будить детей старик строго-настрого запретил, но велел обеспечить убежище энергией, не хватало только, чтобы дети погибли от ее отсутствия.