Провозвестник (СИ)

Истребление. Взаимное. Именно это хорошо осознавала Мико, используя основное своё оружие, магию Жизни и Природы для поддержки, исцеления своих и атаки тех, кто ещё недавно принимался ей за таковых. Ясно было, что как только ей и другим детям Матери удастся истребить ставших частицами Единения — что удастся, она не сомневалась, их число было не столь и большим — этим непременно воспользуются взявшие замок в осаду враги. Но лучше уж так, только бы не оказаться подобием захваченных «инопланетными паразитами» бедняг. Если сама она просто возродится, то оставшиеся её подданные, кому не повезло бы попасть в руки… то есть клешни и прочие конечности инсектов, могли бы дважды позавидовать мёртвым. Девушка не зря кое-что читала о тех, с чем вынужденно вступила в, как ей казалось, союз. И зря не обратила внимания на то, что немалое число из высказывающих личное мнение о Единении твёрдо заявляли: «Верить «тараканам» нельзя никогда и ни при каких условиях. Они просто не знают такого понятия как честь и вообще чужды любым нормальным для людей и иных рас мира «Лендлордов» эмоциям».
Не приняла всерьёз. Теперь приходилось платить. Кровью, смертями, осознанием того, что совсем скоро ей действительно придётся возродиться в укромном местечке, облачиться в припасённую там же одежду, взять толику припасов и отправиться на север… а может и не туда, но непременно к эльфам Вечного Леса. Хотя бы для того, чтобы рассказать о произошедшем с ней.
Какой там «ждать»! Вот они, первые вестники неотвратимого конца. Мико краем глаза замечала, что в воздухе появились ифриты, суккубы, уродливые подобия драконов, имеющие явную демоническую природу. Во вспышках телепортации на стенах показалась парочка архидьяволов, опасных прежде всего своей способностью возникать из ниоткуда и исчезать обратно. Вот они, наиболее мобильные и опасные войска Инферно, которым не было нужды даже штурмовать стены, достаточно крыльев или магических способностей. А её воины и маги — те, кто остался самим собой и к тому же продолжал оставаться живым и относительно здоровым — были прежде всего сосредоточены на уничтожении орудий Единения, ставших таковыми из их друзей, родных, возлюбленных. В сравнении с этим демоны казались второстепенными. Сами же порождения Инферно…
Мико не верила своим глазам. Более того, ущипнула себя, на несколько мгновений даже отвлекшись от того, чтобы перераспределить потоки маны от Источника. Демоны, зависшие в воздухе и появившиеся на стенах, не то что не нападали на всех вокруг, пользуясь удачной ситуацией, они… неспешно, выборочно, но били в спину клинками либо боевыми чарами только тем, кого уверенно можно было опознать как частиц Единения. И вот это ну никак не укладывалось в голове у Мико Тоявы.
Число живых сосудов, захваченных несущими волю Единения, сокращалось, их уже почти не осталось. Зато демонов и тех, кого можно было опознать так тёмных темпларов, становилось всё больше и больше, в том числе и тех, которые взобрались на стены при помощи штурмовых лестниц. Взобрались, но всё так же не выказывали агрессии к её, Илладриэли, подданным. Просто стояли, готовые ко всему, но и только.
Всё. Пали последние враги из числа «инсектов» и оставшиеся эльфы, сформировавшие плотное построение, в том числе защищающее их княгиню, замерли, будучи готовы к последней схватке. Вот только их извечные враги из Инферно не спешили раздавить однозначно слабейших в теперешней ситуации. Напротив, со стены, развернув крылья, спланировала фигура демона не из типичных. Явный признак одного из аристократов Инферно. И рядом приземлились двое демонов-метаморфов, ещё в полете меняющихся, принимающих гуманоидные формы.
— А вот теперь нам всё же нужно поговорить, княгиня, — усмехнулся главный демон. — Я, князь Инферно Хельги, объявляю временное перемирие. И готов обсудить условия вашей… капитуляции с сохранением жизни и даже свободы. В обмен на некоторые услуги. После случившегося, — взмах рукой в сторону тех, кого и сама Мико и другие недавно принимали за таких же эльфов, — вы не можете отрицать, что есть нечто куда враждебнее обычных демонов Инферно.
   
Глава 13
 
Ну ни хрена ж себе количество! Это я про марионеток насекомышей, которые были понаделаны их местных эльфов. Качество замечательное, методы маскировки тоже на высоком уровне, а уж про качество инвазии я и вовсе умолчу. Как ни крути, а два из четырёх советников местной хозяйки уже дорогого стоят. А ведь помимо них ещё и чисто силовая составляющая присутствовала солидная. Такая, которую оставшиеся настоящие остроухие могли вынести лишь серьёзно подняпрягшись и понеся реально большие потери.
Было, ох было у меня огромное искушение дождаться окончания так прелестно и радостно для нас начавшегося столкновения собственно эльфов и того, что получилось волей Единения из их неудачливых собратьев! Однако пришлось сцепить зубы и пожертвовать сиюминутной выгодой ради стратегического преимущества. Потому последовал несколько иной приказ, а именно мобильной и хорошо защищённой части войска занять позиции и, не подвергая себя серьёзному риску и не расходуя с особым усердием запасы маны, атаковать тех, кто однозначно опознаётся как скрытый насекомыш, пусть и получившийся из эльфийского исходного материала. Приказ был выполнен, правда без какого-либо удовольствия. Успели мои ребятки понять, что даже такие вот импровизации никогда не бывают просто так, а исключительно с далеко идущими намерениями. Какими именно? Так это они узнают в самом скором времени. Пока же… Как только были добиты последние «приобщившиеся к тараканьей жизни», мне оставалось лишь спрыгнуть со стены во внутренний двор, где и проходила основная схватка, после чего заявить как о себе, так и о своих намерениях.
Они, намерения эти, были явно неожиданными, но и возразить против них эльфийка, опознанная по описанию как княгиня Илладриэль, ничего толкового не могла. Хотя бы потому, что оставшиеся в её подчинении воины не могли похвастаться ни числом, ни идеальным здоровьем, ни бодростью. Про боевой дух говорить и вовсе не приходилось. Откуда ему, духу то бишь, взяться, когда сначала дают пинка давние и однозначные враги сразу из двух условных фракций, а потом ещё и ситуативный союзник оказывается не просто тайным врагом, но ещё и успел подменить марионетками немалую часть твоих же собратьев. Нету в таких ситуациях боевого духа! Единственное, что у оставшихся эльфов действительно имелось — это желание погибнуть сражаясь, только и всего. Понимаю, уважаю, но мне, как бы странно это не прозвучало, они живые и в добром здравии будут на порядок полезнее, нежели в мёртвом состоянии. Парадоксально, но факт.
— Верить демонам…
— Всё лучше, нежели связываться с Единением, — мгновенно парировал я попытку плюнуть ядом в сторону Инферно со стороны эльфийской княгини. — Кстати, именно из-за случившегося проникновения хорошо замаскированной инсектоидной заразы я вообще разговариваю с теми, кто прошлую попытку переговоров поприветствовал острыми стрелами. Украсить бы вашими остроухими головами копья и расставить по стенам уже моей крепости… Жаль, что я не могу позволить себе такую роскошь.
Последние фразы были по большей части для моих ребяток из числа тех, которые попроще разумом. В меньшей же — для эльфов, дабы не заподозрили демонического меня даже в толике симпатии или тем паче почтении перед их «перворожденными» величествами. Ни симпатии, ни почтения не было, само собой, но иллюзии что эльфийские, что человеческие — штука загадочная, их сроду не удавалось предсказать полностью. Плюс стоило настроить эльфийскую сторону на сугубо деловой лад, довольно чётко призывая отбросить в сторону все эмоции и руководствоваться рассудком.
 
— С каких пор для демонов роскошью стала возможность замучить слабых, тем более если слабыми в силу обстоятельств оказались возлюбленные дети Матери? — это уже дриада прорезалась, сейчас будучи слившейся с деревом, то есть находящаяся в боевой и весьма внушающе-страшненькой ипостаси. Лирра, кажется, советница, теперь уже одна из двух уцелевших опор Илладриэли.