Черные начала. Том 8 (СИ)

Сейчас из агрегата торчали кристаллы, много кристаллов, будто свечки на торте, однако было достаточно лишь беглого взгляда, чтобы сказать сразу, что все они уже давно разрядились. Ради интереса я даже вытянул руку и выпусти в его сторону энергию, попытавшись их запитать. По идее, как и в прошлый раз, это должно было запустить механизм, заставить кристаллы ожить, но… нет, пусто. Они даже не подали признаков жизни.
Я достал один из кристаллов и покрутил его в руке.
— Что это? — спросил один из наёмников. — Духовные кристаллы?
— Это место, которое запитывает судно энергией, благодаря которой он летит, — сказал я, обойдя агрегат по кругу. — По крайней мере, когда-то запитывал.
— А сейчас?
— А сейчас разрядился, — ответил я. — Скорее всего, если заменить их все, то можно будет поднять его в воздух.
— Серьёзно?! — оживился один из охранников.
— Это лишь предположение. Я не знаю, как они работают. Может причина, почему он упал, в совершенно другом, и этот агрегат здесь ни при чём, но… да, возможно это поможет.
Как заменить сдохший аккум на машине.
— Тогда бы у нас был бы собственный корабль! Это же… блин, да можно было бы столько грузов перевозить за раз, и при этом очень быстро!
— А вы раньше встречали такие суда? — спросил я.
Один покачал головой, но тот, что был постарше, кивнул.
— Один раз. Но никаких тварей в нём тогда не было. Он был разбитым и пустым, — пожал он плечами.
— Ясно…
Я положил разрядившийся кристалл на место.
Мне кажется, что будь всё так просто, типа просто засунь заряженные кристаллы и всё, то кто-нибудь уже бы давно догадался это сделать. С другой стороны, просто никто мог не подумать об этом, как это обычно бывает, а их встречаешь не так уж и часто, чтобы кому-то да пришло в голову просто заменить все кристаллы. Всё же надо знать принцип работы судна, а здесь одни бедуины необразованные.
Палуба с экипажем встретила нас действительно ордами мумий. Когда мы только поднялись, те лежали, как высохшие покойники, повсюду. Одни висел в гамаках, другие сидели, облокотившись на стенку судна, третьи замерли и вовсе за столом. Но едва мы сделали пару шагов, как они начали подниматься.
Здесь я уже не мелочился. Выхватив меч и вытащив клинки веера, я сразу же прошёлся ураганом, вырезая всё на своём пути. Меч так и сверках в лучах, пробивающихся через щели в обшивке судна. Многие мумии даже не успевали поднять головы, как теряли её безвозвратно, и за несколько минут я прошёл практически весь отсек, оставив после себя считанные единицы, с которыми уже могли справиться и обычные охранника.
— Знаешь, что странно? ­— спросил я негромко, глядя на то, как сражается охрана.
— Что такое? — тут же отозвалась Люнь.
— Они все лежали так, будто просто… просто легли и уснули.
— В каком смысле?
— В том, что когда мы сюда поднялись, одни сидели за столом, другие лежали в гамаках, третьи в проходе, будто в какой-то момент они все просто… умерли. Раз, и всё — смерть застала всех там, где они находились в последний момент. Кто-то спал, кто-то работал, кто-то ел.
— Думаешь, их отравили?
— Сейчас этого не узнаешь, но почему бы и нет, верно? — ответил я, оглядываясь.
Подошёл к столу, за которым сидела одна из мумий, поднял стакан, заглянул в него и поставил на место, после чего присел над высохшим трупом. Немного странная одежда, на шее какой-то кулончик…
Я без зазрений совести сорвал его с трупа и поднёс к глазам поближе. На нём был изображён треугольник с глазом, который протыкает меч — интересный символ. А если ещё и представить его на себе, то совсем хорошо становится.
Тем временем люди за моей спиной уже закончили с остатками мумий.
— Считай, полностью отчистили корабль, — встал я, бросив кулон обратно на труп. — Короче, поступим сейчас так. Вы проверяете нижнюю палубу, где лежат ящики и сундуки, а я поднимусь выше, посмотрю, что там на верхней палубе творится. Может ещё добью кого-нибудь. А, и можете в принципе звать других сюда.
Те кивнули и направились вниз, когда я по лестнице вышел под палящее солнце и тёплый сухой ветер. После душного и затхлого корпуса судна оказаться снаружи было очень приятно.
 
Здесь царило спокойствие и безмятежность, будто и не было никаких мумий палубой ниже. Мирно поскрипывали деревянные мачты, на ветру слегка похлопывая, расправлялись порванные временем паруса. За бортом раскинулась безмятежная пустыня.
Я прошёл к борту судна, прислушиваясь, как под ногами скрипит палуба, старая, выцветшая и обветренная. Местами на ней виднелись целые «лужи» песка, который забился в углах у бортиков и в щелях.
Подошёл к фальшборту и с удивлением обнаружил, что он покрыт резьбой, странными узорами, которые мне ничего не говорили. Я осторожно провёл по ним пальцем, прикидывая, сколько времени ушло на, по сути, бесполезную по своей функциональности резьбу, которая ничего не давала.
Или давала? Ну там может какой-нибудь барьер магические или ещё что?
Жаль, сейчас уже хрен узнаешь, для чего это всё было.
Я бросил взгляд на кормовую надстройку судна.
— А ты не боишься, что там в трюмах будут сокровища, и они их присвоят себе? — спросила в этот момент Люнь, поглядывая вниз. — А то они какие-то подозрительные, не доверяю я им…
Так-так, у кого-то засверкали жадностью глазки.
— Люнь, тебе же они всё равно без нужды, — улыбнулся я.
— Так я и не о себе беспокоюсь, — возмутилась она. — Боюсь, что тебя обмануть захотят.
Ну-ну…
— Нет, не боюсь, — покачал я головой.
— Но вдруг…
­— Поверь мне на слово, самое интересное хранится всегда у капитана в каюте. И если даже они найдут там золото, то будь уверена — то, что найдём мы, будет в сто раз дороже любого сокровища на судне.
— Как скажешь… — с сомнением произнесла она, всё равно поглядывая вниз.
Правда, когда я шёл к корме, где по идее в кормовой надстройке должен был жить капитан, заметил одну странную, заставившую меня насторожиться, вещь.
Следы.
Опять следы.
На одной из наметённых «луж» песка хорошо просматривалась три пары чьих-то отпечатков, которые вели туда же, куда направлялся сейчас я. Это из заставило меня насторожиться, вновь взяв в руки меч.
Причём ведь мы уже видели их в прошлый раз, когда мы только вошли в корабль (не обратил правда внимания, были они снаружи или нет), но тогда я подумал, что их оставили мумии. А сейчас вновь следы, но уже сверху на палубе, где мумий нет.
— Люнь? — нахмурился я.
— Что такое? — она проследила за моим взглядом. — Следы?
— Ага. Зу-Зу, будь рядом.
Пушистый с ответственной мордочкой кивнул, но при этом не выглядел настороженным или каким-то испуганным. То есть, будь это действительно что-то страшное, по его виду мы бы это поняли.
Лёгкой поступью, так, что доски практически не скрипели, я направился к каюте капитана, держа меч наготове. Я не боялся, однако сердце уже взяло темп в предвкушении каких-либо проблем. Когда я подошёл к кормовой надстройке, Люнь первее меня шмыгнула внутрь, после чего вернулась обратно и кивнула.
— Никого.
Ну то, что она никого не заметила, ещё не значит, что там никого нет. К тому же дверь выглядела так, будто её совсем недавно открывали. Это я понял по наметённому песку, на котором остались следы от двери.
Осторожно приоткрыв дверь, я заглянул вовнутрь.
Вновь духота и затхлый воздух ударили в лицо. Здесь, как и на нижних палубах песок ровным слоем устилал практически все поверхности, что здесь были. И первое, что я заметил — труп капитана.
Тот лежал на полу с торчащим из головы подсвечником, который кто-то не поленился воткнуть ему в башку. А значит этот кто-то тоже разумный и тоже не любит мумий. И судя по следам на полу, здесь разыгралась нешуточная битва не на жизнь, а насмерть.
Я осторожно вошёл внутрь, окинув взглядом комнату. Всё, как на картинках про старые корабли — слева у стены большая кровать. Справа какие-то шкафы, кресло, сундуки. У стены напротив, где было окно, расположился большой такой классический стол, на котором были разложены уже превратившиеся в труху и нечитаемые карты (а жаль).