Возмездие Света (СИ)

— Спасибо… — только и успел сказать я ему, а уже мчался назад к торговцу.
Я, наверное, с бешенным взглядом вбежал в лавку, напугав торговца до смерти, и протянул ему два мешочка с монетами, которые он долго пересчитывал, потом скривился, но сказал:
— Ладно, этого будет достаточно. Так и быть, — и протянул мне купленное.
Коньки были получены, и я вышел на потёртое мраморное крыльцо, прижимая их к груди. Потом стоял долго на месте с растерянным видом, понимая, что Янке коньки уже не вернуть… как и её. Смотрел на лезвия и обувку, вспоминая буквально каждую царапину и мелкий дефект, что невозможно было исправить. Вдруг мне стало стыдно, сейчас у меня есть Аланта, а Яну мне уже никогда не увидеть. Тогда я решил: «Подарю их Аланте!»
Тогда я задумался, как же мне быть с катком. Я помнил все те фигуры для танца на льду. Обувка, скорее всего, Аланте должна подойти по размеру, и мне оставалось найти лишь каток. «Легко сказать», — задумался я.
— Хорошие коньки, молодец, что купил. И сделано хорошо, а чё такой грустный? — спросил Эван.
— Их сделал я, давно. Хочу подарить их… Аланте. Но нужно придумать что-то с катком.
— Так это же вовсе не проблема, у них на севере города есть ледяной дворец, домище такое большое. Я думаю, там и каток должен быть. Мы с Логосом в приют сейчас направляемся, передать чего?
— Ага, скажи Аланте, приду попозже, в городе задержусь.
— Хорошо, только ты долго не задерживайся, а то уведут твою местные, ха-ха!
— Не смешно. Ладно, скоро буду, пока.
Я направился по одной из узеньких улиц в сторону северного квартала, расспросив встречных горожан о направлении, но вскоре маршрут мне подсказали яростные потоки свежего холодного ветра, дующего в лицо. Через некоторое время я оказался на развилке дороги, за поворотами виднелись складские помещения с наглухо замурованными окнами и замками на дверях, а чуть впереди меня пещера словно раскрывалась во все стороны. Я прошёл вперёд к огромному просторному залу, своды которого терялись в вышине, и передо мной открылось огромное замёрзшее озеро, в центре которого располагалось большое здание, сложенное из толстых ледяных блоков с цветными электрическими светильниками, вмонтированными в их глубине. Большая часть подсветки была отключена, после произошедшего жителям было не до развлечений. У входа я заметил рабочего, расчищающего ледяную дорожку перед зданием, и решил расспросить его:
— Тихого вечера, — произнёс я ему традиционную фразу, принятую здесь в обращении.
— Тихого… Я вижу вы не местный? — спросил мужчина, поначалу оценивающе осмотрев меня.
На нём была одета теплая меховая куртка белого цвета и толстые утеплённые штаны, на ногах мужчина носил белого цвета валенки из козьего меха и выглядел забавно — в наших краях такую обувку одевали только детишки, и то лишь в самые холодные зимы. На голове у него был накинут капюшон с меховой отделкой, а нижнюю часть лица закрывала тёмная тёплая маска. Я только в этот момент обратил внимание и прочувствовал холод вокруг. Моя любимая плотная тёплая куртка хоть прочна и удобна, и имела множество незаменимых карманов, да и штаны были утеплены толстым начёсом с внутренней стороны и имелись даже резиновые наколенники, выданные Эваном, но вся эта одежда плохо защищала от царящего в этом месте холода. Мужчина откинул маску и присмотрелся ко мне повнимательнее, недоверчиво спросил:
— Алан… неужели это ты? Ты не узнаёшь меня?
Я присмотрелся к мятой небритой физиономии незнакомца, и с трудом опознал в нём Антона, моего давнего школьного товарища.
— Антоха? Неужели это ты? Как ты тут… оказался? — обрадовался я и крепко пожал ему руку.
— Мы ведь с Коляном уехали в Первый, после того происшествия в метро. Прости… нам было тяжело оставаться в Седьмом, и мы, если честно, винили во всём тебя. Сам понимаешь. Не могу себе представить, как ты пережил всё это…
— А где сейчас Николай?
— Он… погиб, та огромная тварь его съела, когда он направлялся сюда, сменить меня. Ирония судьбы, не находишь? Вначале мы охотились на жаглов, теперь они… на всех нас.
 
— Это не жаглы и…
— Я знаю… теперь. В нашем городе от нас утаивали много правды. Ты лучше скажи, как оказался в наших краях? Как там твой брат? Это же он был в тот день с тобой?
— Лан… он тоже погиб, из-за меня… Я уехал наверх, на поверхность, залез в лифт и… Он меня спас, а сам…
— Он же был одним из носителей оружия, ведь он прошёл испытание?
— Ты знал?
— Нет, Алан. Но в Первом я узнал многое. Ходят слухи, что Третий город существует до сих пор, представляешь?
— Ага…
— Подожди, ты сказал, что побывал на поверхности и брат твой погиб, но это же… ведь там водятся порождения тьмы… Как же ты выжил и вернулся?
— Я? Думаю, я бы не выжил, если бы не Аланта, она спасла меня и…
— Ты прошёл Испытание?
— Не совсем… Антон, я наткнулся в руинах на поверхности на то же устройство, что стоит в наших храмах, и активировал его.
— Повезло тебе… Постой, так это ты прибыл с теми, другими, кто убил эту тварь?
— Да. Если хочешь, я позже тебе всё расскажу, в городе, там потеплее. Дело в том, что я пришел сюда к ледяному дворцу чтобы, даже не знаю, как и сказать. В общем, мне нужен хороший ледяной каток. Это очень важно… для меня.
— Для твоей напарницы? Я слышал… понятно. Хорошо, я тебе помогу.
И я показал ему коньки, к счастью Антоха не знал про то, что они значат для меня. Он рассказал мне, что в последнее время сложенный в далёком прошлом большой ледяной дворец используется лишь в качестве склада пищевых продуктов, а не для развлечений, и Антон лишь следит за ним и охраняет. Но согласился помочь разгрести многочисленные коробки и ящики, захламляющие площадку в центре здания. Антон показал мне ледяной дворец изнутри. В центре большого здания имелась просторная круглая арена, вокруг которой поднимались вверх многочисленные скамьи, сделанные изо льда. Мы проверили и включили цветную подсветку, и весь вечер и ночь убирали коробки и ящики, сдвигая их с центра арены к краям или откатывая по льду в соседнее помещение.
«Алан, с тобой всё в порядке? — услышал я голос Аланты и улыбнулся в ответ. Кажется, она почувствовала, и не стала допытываться. — Я потом тебе расскажу, хорошо? — подумал я и Аланта ответила: — Возвращайся, я жду тебя. У нас всё в нормально».
Всю ночь мы работали, поскольку арена оказалась большой, а ящики — тяжёлыми. К утру мы закончили — большая часть арены была освобождена от хлама и освещалась яркой цветной подсветкой, но, к сожалению, лёд в центре неё оказался довольно неровным. Тогда мы, вооружившись большим ледорубом, направились к озеру и с трудом пробили небольшую, но глубокую прорубь.
— Раньше тут крупная рыба водилась, да пропала вся в последние годы. Говорят, появились подводные твари, возможно они всё поели, — рассказывал мне Антон, пока мы носили вёдрами воду, обновляя ледяное покрытие арены.
— Твоя эта… напарница, она же теперь много значит для тебя? Знаешь, Алан, если б не ты, я бы сам ухаживал за Янкой, и она была бы жива… — винил меня Антон, пока я ровнял быстро схватывающуюся ледяную поверхность стальным острым скребком.
— Откуда я мог знать про тьму и её зерна, скажи мне, Антон! Ты и сам пошёл с нами в то метро! Я не могу её вернуть…
— Зато у тебя теперь есть… напарница, Алан… да? Ясно…
— Антоха, когда большой чёрный монстр готовится тебя съесть… И потом, тебе не понять то, что пережили мы вместе с Алантой. Я встретил именно её… не случайно, я чувствую это, всё равно, что найти свою вторую половину души, — твердил я ему, ощущая на себе озабоченное внимание проснувшейся Аланты.
Потом Антон надолго замолчал, лишь вручил мне ключи от ледяного дворца и показал, где находится рубильник, включающий всю подсветку.
— Пользуйся… в память о дружбе и… — сказал он мне и, махнув рукой на прощание, ушёл в центр города, оставив меня одного.
Я проверил гладкость катка и, отключив освещение и заперев дверь, направился в обратную сторону, к приюту. По дороге назад я свернул к крытому рынку и был приятно удивлён, когда ко мне подошёл один из торговцев и вручил большую тележку, загруженную всевозможной едой, сладостями и даже одеждой для нас и деток приюта.