Барлиона

— Мое местное погоняло отстой, поэтому Растяпа я, — ответил один из подошедших людей. Довольно худой, невысокий, с бегающими глазками, неприметным лицом. Такой игрок обязан играть за Разбойника, подумал я. Ему бы еще пару кинжалов — и все, можно выпускать на дело. — За рудник красиво базаришь, Махан. Райн, орчара позорный, рудник, все тип-топ, тока чёта я тебя не вкурю никак. Откуда ты такой нарисовался? Не было тебя у нас, в натуре. Да и ставишь себя как смотрящий.
Я даже опешил от такой речи. На руднике так никто не говорил, а тут прямо кладезь фени выискался. Мое замешательство прервал единственный в нашей компании нечеловек.
— Эрик я, если кратко, — сказал дворф. — Я тебя тоже не знаю, Махан. Я вообще всех вас тут первый раз вижу. Мне было обещано, что если я добуду двадцать кусков Малахита, то выйду наконец-то в общий мир. До Уважения мне еще полгода, но ждать уже надоело, так что я зубами в такое предложение вцепился. С моим двенадцатым уровнем персонажа и Горного дела добыть двадцать кусков Малахита — это раз плюнуть.
— И я с Прика. Карачуном зовите. Мне тоже обещали, что выпустят с рудника, если Малахит добуду. И походу я как все — первый раз вижу и тебя, Махан, и тебя, Растряпа…
— Растяпа мое погоняло!
— Да мне как-то параллельно, — продолжил Карачун. — Все равно я тебя на руднике не видел. Нас там двести сорок заключенных, и я всех знаю. Не было вас среди них. Никогда.
— Лэйте, — закончил последний. — Тоже как все — никого не видел, никого не знаю. Что делать-то будем? Я тоже двенадцатого уровня по Горному делу и персонажу. Как я понял, сюда других не отправляют. И меня тоже обещали выпустить, если Малахит добуду.
— СТАНОВИСЬ! — разнесся по руднику крик огра, и мы все стали собираться в одну большую кучу. Никакой красоты построения, никаких шеренг — перед огром стояло стадо баранов, переминающихся с ноги на ногу. Сюда бы нашего сержанта с учебки, он бы мигом порядок навел.
— Всем внимание! Правила рудника Долма объясняю первый и последний раз, — начал огр. — Первое. С текущего дня и в течение двух недель больше нет ограничения на воду и еду — их можно использовать хоть постоянно. Начиная с завтрашнего утра пища все время будет стоять на входе в рудник; кому потребуется, тот выходит и использует.
Второе. Участок на руднике Долма один, размером примерно два на два километра. Больших Медных жил — порядка трех тысяч штук, обновляются каждый день, так что хватит на всех. Доступа охранникам на участок нет, поэтому, если на вас кинулась Крыса — вы ее либо сами убиваете, либо выбегаете с рудника сюда. Завтра сюда прибудут маги, они вас защитят.
Третье. Крысы. Они у нас большие, толстые и кусают довольно неслабо. Так что будьте внимательны. У каждой Крысы своя область обитания, диаметром примерно сорок метров. Убили Крысу — в радиусе двадцати метров можете работать. На одном участке Крысы находятся одна-две жилы, так что хватит наработаться; и запомните — новая Крыса придет примерно через час, так что не зарабатывайтесь и будьте внимательны. Если вас сожрут, вы отправитесь назад, домой к мамочке. — По рядам заключенных пронесся ропот, но огр быстро его прервал: — Молчать! Я еще не все сказал!
Четвертое. Область участка очень хорошо изведана на расстояние до километра от входа, что находится дальше — известно лишь частично, так что мой совет: если хотите жить, далеко не заходите. Работать можете по одному, можете объединяться в группы. Если объединитесь, то выйти из группы будет нельзя до самого окончания работ, и группа должна сдать суммарное количество Малахита всех ее участников. Чтобы было сразу понятно — одиночки ни разу не проживали на руднике более двух дней. Про группы. Если кто-то умирает и выходит из группы, то количество Малахита, которое нужно добыть оставшимся, уменьшается на двадцать кусков. Если Малахит был у умершего, то он остается вместо трупа, и его можно подобрать. И запомните: если группа, предположим, из пятерых собрала двадцать кусков Малахита, из группы кто-то умирает и его исключают, то количество добытого Малахита уменьшается тоже. На долю исключившегося. В том случае, что я описал, на группу останется шестнадцать кусков вместо двадцати.
 
Пятое. Если произойдет чудо и вы успеете добыть двадцать кусков Малахита, при этом оставшись в живых, то до конца двух недель все равно будете находиться здесь. Можете добывать Малахит уже для себя. Двадцать кусков Малахита сдавать мне. Отсчет времени начнется уже с утра, спать на Долме негде, так что ложитесь прямо на земле. Будить вас никто не будет, но за нерасторопность каждый расплатится уже через две недели — времени, чтобы добыть Малахит, очень мало.
И шестое. С Крыс падает Крысиная шкура, мясо и, с некоторой вероятностью, различные клыки, хвосты и прочие нужные алхимикам вещи. Так что если вам повезет, то можете уехать отсюда с прибылью.
Все, теперь свободны. Следующий раз я хочу видеть вас либо с двадцатью кусками Малахита, либо через две недели, когда буду лично отправлять в рудник на корм Крысам. Разойдись!
До вечера оставалась еще пара часов, поэтому я решил сходить на разведку в рудник. Интересно же, что там да как, что значит — общий участок, много ли бегает Крыс, да и вообще, может, стоит попробовать жилу разбить. У дураков мысли сходятся, отметил я про себя, так как после слов огра практически все заключенные пошли на участок. Ну да, раньше сядешь, раньше выйдешь.
Участок был отделен от остальной части рудника мерцающей пеленой, за которой ничего не было видно. Значит, именно за эту пелену не могут пройти стражники, догадался я. Тогда получается, что сам участок — это некий аналог Подземелья в общем игровом мире. Но если это так, то нужно в обязательном порядке собирать стандартную группу для Подземелья — танк, лекарь и трое ДД (англ. damage dealer — боец, наносящий урон). Ой, чувствую я: не зря с нашего рудника тут оказались пятеро; ой, не зря. Дворф будет танком — он маленький, по нему труднее будет попасть, плюс у него какие-то специальные плюшки были в части танкования, если я не ошибаюсь насчет дворфов. Я буду лекарем, хоть и ужасно это не люблю, а оставшаяся братия будет пинать Крысу с боков, пока она будет Эрика грызть. Надо предложить им такой вариант. С такими мыслями я подходил к мерцающей пелене, как вдруг из нее с диким криком выкатился кубарем какой-то заключенный. Мгновенно вскочив на ноги, он кинулся по направлению к стражникам, а со стороны участка появилось ЭТО.
ЭТО было Крысой, размером примерно с небольшого пони — высотой около метра, а длиной, если вместе с хвостом, тянула на все два с половиной — три. И это — Крыса? Да это же Лошадь! Животное остановилось в недоумении, видя такое скопище народа, затем у него в голове, видимо, что-то перемкнуло, и оно неспешно потрусило за только что появившимся заключенным, полностью игнорируя всех оставшихся. Ага, у Крысы есть агро-лист (список, в котором хранятся данные о каждом игроке, попавшем в поле видимости моба. Моб бьет первого по списку игрока. Чтобы моб переключился на другого игрока, тот должен его переагрить, то есть создать больший уровень угрозы, чем первый игрок в списке), — мелькнула мысль, — значит, остальным ничего не грозит. Только вот то, что произошло дальше, я могу объяснить лишь действием подсознания и рефлексов, но никак не собственными осознанными действиями.
— Эрик, цепляй ее, я лекарь! Растяпа, Карачун, Лэйте, ждете пять секунд и вгрызаетесь в нее с боков! Сзади не подходить, может хвостом долбануть! Начали! — заорал я не своим голосом. Не знаю, что повлияло на Эрика: мой крик, моя Харизма, его адекватность или Марс в созвездии Козерога, — но после моего крика он подбежал к Крысе, выхватил кирку и, хорошенько размахнувшись, с криком: «А-а-а, тварь!» — ударил.
Крыса высоко пискнула, остановилась, но мгновенно среагировала на действия Эрика: резкий разворот, укус — и полоса Жизни уменьшается на четверть. Вот живность поганая — какой же у нее урон? Если Эрик — двенадцатого уровня, то у него было шестьдесят очков характеристик; наверняка вложил в Выносливость часть, чтобы Бодрость на добыче руды не терять. Так что снести вот так запросто четверть жизнь — это сильно. Теперь — мой выход.