Стервы исчезают в полночь (СИ)

Они не ушли, но слились воедино, образуя более сильную энергию, которой не было до этого.
  
Глава 16
 
— Ты плакала, — говорит он, проводя рукой у меня по спине. — Не верю, что отец смог наговорить тебе такого, чтобы вызвать слезы.
Я повернулась к нему, оперлась рукой о щеку и подтянула одеяло ближе к подбородку, закрывая все, что он мог видеть.
— Считаешь меня бесчувственной?
— Ты опять включила ежика, — укоризненно посмотрел он на меня. — Убери колючки и расскажи, что же тебя так сильно расстроило.
— Я со всем справлюсь, — села на кровати, поправила растрепавшиеся волосы и огляделась в поисках одежды.
— Ты хочешь сбежать, — Эрик накрыл мою руку своей, — даже не думай, что у тебя получится, пока мы не поговорим.
Сдаваться я не собиралась, можно подумать впервой меня пытаются развести на эмоции.
— Ты не рассказал, что связывало вас с Марой.
— Это так важно? — его взгляд потускнел, и я пожалела, что спросила. Ведь и так все знала, и снова подняла эту тему.
— Если нам придется и дальше быть мужем и женой, мы не должны ничего скрывать друг от друга.
— Ничего не скрывают только настоящие муж и жена, — холодно ответил он, вставая с кровати.
И снова этот холод. Вроде бы я давно привыкла к нему, но каждый раз, когда натыкаюсь на предательство, оно охватывает меня липкими руками, вызывая омерзение, и панику.
— Ты тоже ничего не говоришь, постоянно скрываешь все, что чувствуешь. Как я должен понимать, кто ты такая, как сделать так, чтобы разговор с отцом не доводил тебя до слез?! Ты не сможешь вернуться в свой мир и не сможешь вернуть в него сестру. Так начни, наконец, учиться жить в этом!
Он вышел из комнаты, хлопнув дверью так, что вазочка на столе задребезжала. Я вскочила, схватила одежду и быстро оделась. Злость кипела во мне. В первую очередь на себя. Я прекрасно понимала, что постоянно проживаю жизнь так, как жила в своем техногенном, компьютерном мире. Там, где были кибер преступники, гопники и майоры полиции, занимающиеся хищениями гос.банка.
Здесь же мир был совсем другой, и опасности в нем были иного рода. Никаких хейтеров, зато полно маньяков-сатанистов. Но, даже если это и другой мир, цель в нем у меня одна — защитить сестру.
Я выскочила на улицу, огляделась по сторонам, никого не увидела, но услышала голоса около конюшни, Эрик снова с кем-то спорил. Подойдя ближе, поняла, что лошади уже готовы, к седлам привязаны мешки с провизией и вещами.
— Ты готова? — Эрик повернулся ко мне, в его взгляде не было ни капли жалости, нежности, сострадания.
— Да, — также процедила я сквозь зубы.
— Садись в седло, мы отправляемся.
Я села. Поехала. Молча.
Открыв нам ворота, крестьяне, будто радовались тому, что мы покидаем деревню. Хотя, что я вру, они откровенно радовались. Шепотки за моей спиной говорили о том, что вот теперь-то смерти прекратятся, все наладится. У меня на этот счет было другое мнение.
Может, крестьяне и не знали принцип работы Кайт Ши, думая, что в мир иной отходят только там, где есть я. Но люди умирали по всему графству, и души их приходили ко мне. За последнее время я уже настолько привыкла к полупрозрачным теням, что перестала их пугаться, отходила в сторону, чтобы никто не видел, и пропускала их в мир иной. Где-то в подсознании вертелось, что оттуда может выскочить Миллт-и-Нос, злая, с луком в руке, или просто выпустить парочку собак. Но каждый раз было тихо, я закрывала кулон и с облегчением выдыхала.
В молчании прошел первый час нашей поездки. Все мои мысли закончились, думы передуманы, и мне откровенно надоело быть в тишине.
— А куда мы едем?
Эрик недовольно поджал губы.
— За камнем.
— За чем я понимаю, а куда?
— Воронья пустошь, к вечеру будем на месте.
— А где этот камень? Есть гора, из которой мы будем отколупывать его? Тогда почему мы не взяли кирку? — засыпала я его дурацкими вопросами.
Просто очень хотелось поговорить, наладить отношения, но пойти на попятную первой никак не позволяла гордость.
 
— Пожалуйста, не строй из себя жеманную дурочку, тебе это не идет.
Я замолчала.
— Не строю я, просто поговорить хочу. С тобой. Мы как-то плохо начали сегодняшнее утро.
— Это ты так извиняешься? — повернул он ко мне голову, и в глазах я заметила озорной огонек.
— Не извиняюсь. Потому что не за что. Это тебе на голову свалилась нежеланная жена с сестрой в придачу. Я же попала в другой мир, стала кошкой, убегала в мире смертных от бешеной охотницы. И это моя сестра скоро станет вороной, предсказывающей смерть.
Сейчас мы молчали оба.
— Извини, я не подумал, что для тебя это слишком много, столько пережить сразу. Наверное, наш мир кажется тебе чем-то ужасным и непонятным.
— Да нет, — пожала я плечами, — мир как мир. Вот если бы не было душа и пришлось мыться в тазике — было бы гораздо хуже.
Эрик засмеялся и положил свою руку на мою.
— Я знал, что жена у меня будет не из того мира, но не думал, что она будет просто «того».
— Чего того?! Это был комплимент или мне нужно тебе пощечину отвесить?
— Комплимент, — он обезоруживающе поднял обе руки, — и ничего больше. Я еще помню, какие у тебя острые когти.
— Когти у меня, когда я кошка, а ей… — не договорила я.
— … когда ты проводишь ими по спине, — подмигнул он мне.
Я прикрыла глаза, вспоминая прошедший вечер и почувствовала, как заливаюсь краской.
— Тебе очень идет, когда ты смущаешься, — продолжал издеваться надо мной Эрик.
— Было лучше, когда ты был чопорным, недовольным молчуном, — проворчала я, еле сдерживая улыбку.
— Тебе же не нравилось!
— Когда ты издеваешься надо мной, мне тоже не нравится.
— Я же твой муж, мне можно.
— И другим тоже можно?
— Другим нельзя, убью каждого, кто посмеет обидеть мою жену, — его лицо на секунду стало серьезным, но тут же он снова расплылся в улыбке. — А я могу смущать тебя сколько захочу.
— Дурак!
— Вот, ты уже можешь ругаться, значит, становишься обычным человеком, — рассмеялся он.
— А что там, впереди? — я протянула руку и показала на облако, которое с невероятной скоростью приближалось к нам.
— Ничего хорошего, — Эрик развернул коня и пустил его в галоп в противоположном направлении. Я не отставала ни на шаг, но облако приближалось намного быстрее. Первые клубы дыма заволокли ноги лошадей, они замедлили темп, а вскоре и вовсе остановились. Белесая дымка закрыла нас полностью, я перестала видеть Эрика, даже морду своего коня различала с трудом.
— Что это?
— Не что, а кто, — раздался голос мужа рядом. — Не двигайся, не говори и старайся не дышать.
— Ты меня пугаешь, — проговорил я шепотом, но в ответ не услышала ничего.
Страх сковал меня, хотелось пустить коня в галоп, но я вся сжалась, не шевелилась и прикрыла рот рукой, чтобы изо рта не вырывался воздух. Через минуту тишины прорвался тихий шорох. Он был едва слышим, но пронизывал насквозь, сползал холодными мурашками по спине и намертво сковывал ноги. Я почти перестала дышать, когда услышала над ухом едва уловимое движение, будто кто-то выдохнул прямо мне в шею.
— Вернись, — я не расслышала, а буквально прочувствовала эти слова, — вернись.
Сознание начало затуманиваться, я не видела и не ощущала ничего, кроме этого влекущего голоса. Захотелось домой, обнять сестру, поговорить с мамой. Казалось, все проблемы решатся там, стоит только вернуться. Я соскочила с коня и пошла. Не видела куда я иду, только знала, что сейчас делаю то, что правильно, то, что верно, что решит все мои проблемы.
Шаг. Еще шаг. Идти становится тяжело, будто что-то удерживает меня, но я стараюсь, пересиливаю себя, двигаюсь туда, где мне будет спокойно, где будет мама и сестра, и все будут счастливы.
— Кайт! — резкий голос выдернул меня из пелены.
Как рассеялся туман я и не заметила, небо было чистое, а я стояла у обрыва скалы, в шаге от зияющей внизу пропасти.