Стервы исчезают в полночь (СИ)

— Можешь поспать по-настоящему, это твое право.
Он дошел до церкви, но не пошел к входу, а свернул на заросшею травой тропку.
— Куда мы идем?
Эрику нравилось, что она боится. В этот момент он ощущал свое превосходство и был рад тому, что девушка боится.
— Надеюсь, ты не хочешь встретиться с радостной толпой крестьян? Сможешь налюбоваться ими завтра. А сегодня останешься в моей комнате.
— В твоей?!
Она подскочила и преградила ему путь. С высоты своего роста наблюдая за ней, он не сделал ни одного лишнего движения, лишь чуть склонил голову набок.
— Муж и жена должны жить в одной комнате. В вашем мире так не принято?
— Принято, когда это настоящие муж и жена.
— Тогда сделаем так, чтобы это подтвердить.
Он широко улыбнулся, притянул ее за талию и впился в губы поцелуем.
  
Глава 9
 
Это было неожиданно. Но приятно. Теплые губы накрывали мои, властно подчиняя, требуя большего. Страсть, жар, плотская похоть сочились из каждой его клеточки, передавались мне и закручивали тугую спираль внутри. Казалось, воздуха не хватит, но он вдыхал в меня жизнь, распаляя все больше. Я не могла сопротивляться, желая, чтобы это продолжалось как можно дольше.
— Надеюсь, этого будет достаточно? — он отодвинул меня, держа на расстоянии вытянутых рук.
— Неплохо, — я облизнула губы, пытаясь сохранить частичку той страсти, — но на настоящие чувства не похоже.
— Как ты сама и сказала, для фиктивного брака они не нужны. Супругам достаточно быть в смирении. И, знаешь, — он задумчиво посмотрела на меня, — я могу исполнить одно твое желание.
Не говоря больше ни слова, он развернулся и отправился дальше. Пройдя за домами, мы вышли к его дому, зашли сквозь едва заметную калитку во двор. Эрик прошел в дом, пропустив меня вперед и провел сразу на второй этаж. Небрежным жестом указал на одну из дверей.
— Будешь жить в отдельной комнате. Соседняя дверь моя, ванная комната сделана одна на двоих, так что будем ходить по очереди. В этом крыле больше никто не живет, так что никто не станет судачить, что супруги Грейрок живут отдельно.
Я встала в дверях, упершись руками в косяк двери.
— Что ж передумал? Где же разговоры о муже, жене и соблюдении традиций?
Он подошел, обхватил за талию и стал наклоняться все ближе ко мне. Я прикрыла глаза, потянулась к нему в ожидании поцелуя, и в тот же миг шепот над моим ухом разрушил всю атмосферу:
— Ты наглая и невоспитанная, от таких нужно держаться на расстоянии. Так я и сделаю!
Он выпрямился, отпустил меня и скрылся за своей дверью.
Мужлан! Солдафон! Грубиян! Терпеть не могу таких заносчивых мужиков! Возомнил из себя невесть кого! Так, главное не психовать и не раскисать. С Кайт Ши, вроде, разобрались, ничего сложного. Повернул кулон — открыл дверь, повернул — закрыл. А вот с остальным придется повозиться. Собственное желание исполнять как-то надо, претендентов на истинную любовь не много, придется охмурять собственного мужа.
В лепешку разобьюсь, а Лизу вытащу из этой передряги. Из-за меня она влипла, я и должна и все исправить. Остается дело за малым — влюбить в себя мужа, как-то доказать, что любовь эта истинная, вызвать демона и заставить его вернуть Лизу домой. А я не маленькая, пробьюсь и в этом мире. Профессия, считай, на руках, дом есть, кормят, поят, даже одежду дают. Остальное уже не важно, как-нибудь срастется.
Я встала и, полная решимости, направилась к его двери. Взявшись за ручку еще раз выдохнула и открыла дверь. Комната, в которой я оказалась, была проста до безобразия. Будто здесь спартанец живет: широкая деревянная кровать, одеяло, даже подушки нет, стол и шкаф. Да, гостям здесь явно не рады. Но самое интересное, что в комнате было пусто. Я огляделась, спрятаться здесь было точно некуда, даже под кровать при всем желании не залезть.
Откуда-то раздавался шум льющейся воды. Кажется, он говорил, что ванная у нас одна на двоих. Вот и самое лучшее место для знакомства новоиспеченных супругов.
Я решительно шагнула к небольшой двери и дернула ручку на себя. Импровизированный душ был очень похож на наш, стенки, закрывающие потоки воды, отъезжающая в сторону дверца. На тумбочке рядом лежала аккуратно сложенная одежда. Педант! Я сбросила платье, приоткрыла дверцу и заскочила внутрь.
 
— Как у тебя здесь тепло!
— Что ты здесь делаешь?
Эрик выронил из рук мыло и чуть на нем не поскользнулся. Ошарашенно он переводил взгляд с моих глаз все ниже и ниже. Я легко подхватила мыло и забрала из его рук мочалку.
— Галантные мужчины пропускают дам в душ первыми. Ну, в крайнем случае, предлагают потереть спинку.
Я отвернулась и стала натирать спину. Уж больно жгучим оказался взгляд, пробежавшийся по всей моей фигуре. Хоть я давно и не девочка, голых мужчин видела, но от такого нескрываемого животного любопытства мои щеки запылали огнем.
Сердце пропускает удар, дыхание замирает, чтобы при первом же вдохе наполнить кровь жгучей смесью кислорода и адского пламени. Я спиной чувствую его взгляд. Он прожигает насквозь, вызывает панику. Больше я не могу думать, не могу действовать.
Его рука скользит по моей талии, опускается на бедро и застывает в нерешительности. Меня бьет озноб, а потом разрывает на части. Начинаю трястись как при простуде. Рука возобновляет движение, ложится на живот и медленно ползет вверх. Моя грудь ложится в его ладонь. Я облизываю губы, чтобы унять дрожь, пробившую мое тело. Жжение внизу живота распаляется все больше, когда я резко дергаюсь и натыкаюсь что-то упругое позади себя.
— Это что у вас за мир такой, где девушки голышом заскакивают к мужчине, с которым знакомы пару часов? У тебя стыда совсем нет?! Знаешь, как у нас называют таких девушек?
— Жена? — развернулась я к нему и прижалась всем телом, избегая смотреть в глаза.
Я провела мочалкой по его руке и с озорством посмотрела ему в глаза, с трудом сдерживая дыхание.
— Спинку потереть? Или ты привык справляться сам?
— Стерва!
Эрик выскочил из душа как ошпаренный. Я покрутила кран, прибавляя горячей воды. Закаляется он что ли?
Ничего, это был только первый заход. Зато я определила, что он боится телесных прикосновений. Будем приучать.
Я стояла под теплыми струями воды и получала настоящее наслаждение. Только сейчас, побывав за гранью миров я поняла, что значит получать удовольствие от всего, что имеешь здесь и сейчас. За окнами занимался рассвет, а со мной уже приключилось столько, сколько за годы не происходило. Руки зудели, чтобы включить телефон, запустить стрим и встать в привычную позу. Но телефон глядел на меня черным экраном, пришлось импровизировать. Подняв руку, я встала в привычную позу.
«Мои котятки, снова с вами Кайт, и сегодня я веду прямой эфир из деревянного дворца на задворках Галактики. С нами на встрече злыдень Эрик, руко-распускальщик Рольф и с десяток призраков, желающих уединиться. Что делают не упокоенные души, когда остаются одни? Вот это мы с вами сегодня и узнаем!»
До того я вошла в раж, что не заметила, что за приоткрытой дверью за мной наблюдают. Только нелепое хихиканье сестры вывело меня из оцепенения.
— Лиза! — я выскочила из душа и обхватила сестру.
— Фу, ты мокрая! Кать, перестань.
Она выбралась из моих объятий, кинула мне полотенце, заскочила в мою новую комнату и залезла с ногами на кровать.
— Рассказывай, как там, что было. Ты не представляешь, как я испугалась, когда ты стала кошкой. Такой огромной! И с колокольчиком на шее. А потом вы ушли, и вас долго не было. И Рольф сказал, что нужно дать время, чтобы вы вернулись. И мы сидели, а его отец такой злой был, и мы ушли. Долго гуляли по деревне, он мне все рассказал.
— Лиз, ты влюбилась, что ли?
Я строго посмотрела на сестру. Та потупила взгляд и отвернулась.
— Ну почему сразу влюбилась? Просто он мне нравится.
— Влюбилась, — резюмировала я. — Ты понимаешь, что знаешь его несколько часов? То есть вообще ничего о нем не знаешь.