Нотариус его высочества
Они разглядывали ничего не подозревающего Марко жадными голодными глазами. Ты еще спасибо мне скажешь после, братец.
– Нет, – быстро ответила я.
Ами тоже качнула головой, после чего девицы издали оглушительный визг и утянули моего брата на сцену.
– Бедный Марко!.. – констатировала подруга и подняла над столом бокал вина. – За невинность твоего брата. Не чокаясь.
Марко не выглядел несчастным, особенно когда его начали натирать маслом в шесть рук. У Беллы будет очень много вопросов, когда он в очередной раз придет стираться.
Когда обстановка в доме девичьих грез начала накаляться, а свободных столиков почти не осталась, Ами вывела меня в переулок через кухню, где мы сунули поварам остатки мелочи.
– Мы будем ждать тебя здесь, Юри. Не задерживайся.
– Проследи за Марко, – попросила я ее.
– Поверь, там есть кому проследить за твоим братом.
Глава 23
Я бежала по темным улицам, надеясь, что сеньора Вентурини еще не спит и что ее сын позволит мне задать старушке несколько вопросов. В груди неприятно покалывало, не то он раны, не то от холодного воздуха, но я не останавливалась. Трехэтажные многоквартирные дома бедных горожан остались позади, и теперь моя дорога петляли мимо земельных участков с перекошенными коттеджами. Запах прелого сена и навоза бодрил. Я быстро сверилась с номерными табличками. Двадцать семь, двадцать девять… Почти на месте!
Упершись в висящую на одной петле калитку, я размотала проволоку, которую старушка использовала вместо замка. Козы в сарае нервно заблеяли, а где-то залаяла собака. Сразу в нескольких домах загорелся свет, и темные силуэты припали к окнам. Я испуганно вжала голову в плечи и скользнула к домику сеньоры Вентурини и даже не успела постучать, как она открыла мне и одарила теплым взглядом, в котором не было и тени слабоумия.
– Ах, ты пришла… Я так скучала по тебе, милая! Этот негодник Горацио заставил тебя поплакать!
Я ошиблась, старушка все-таки свихнулась и явно принимала меня за кого-то другого.
– Простите, сеньора. Вы меня с кем-то путаете, – начала я, но Вентурини вдруг уставилась прямо на меня строгим взглядом.
– Я и не с вами говорю, Юрианна Ритци, а с вашей спутницей! – Она кивнула мне за спину. – Мелисса, заходи же скорее.
Мелисса?
Моей спины коснулся холодок. Я медленно повернулась, всем телом чувствуя вибрации, расходящиеся по земле и воздуху.
Простенькие туфли с отбитыми мысками, дешевые чулки с заплатками и платье, висящее тряпкой на худых плечах. Проследив за моим взглядом, молодая женщина немного виновато улыбнулась, словно ей было стыдно за своей внешний вид. Но даже такая она была безумно красивой. Мертвой, но красивой.
Заметив мою растерянность, она быстро подмигнула мне и приложила палец к губам, а затем протянула окутанную призрачным сиянием руку. Это прикосновение не было холодным. Метка тут же запульсировала, разгоняя по моему телу тепло.
Я нашла… Немо, я нашла ее! Как жаль, что тебя нет рядом.
Пока сеньора Вентурини хлопотала на кухне, мы с матерью моего маэстро сидели на старых креслах друг напротив друга. Мелисса с нескрываемым интересом изучала меня, я же не решалась задать вопрос первой. А вопросов у меня было!.. Сотни. Женщина не торопила.
– Почему только сейчас, – наконец, заговорила я.
– Ты про мое появление? – улыбнулась Мелисса.
– Да.
– Сеньора Вентурини – единственная, кто помнит обо мне. Мы с Горацио очень постарались, чтобы заставить всех забыть. Ты слышала про заклинание вечного забвения?
– Вы защищали Немо? – догадалась я.
– Да. Моя беременность стала и чудом и проклятьем одновременно. Не было нежности и любви в поступке его величества, лишь злость и зависть к нашим с Горацио отношениям. Он сослал моего жениха в дальнюю провинцию подавить беспорядки. Я же осталась при короле. Его величество обещал приглядеть за мной, но… Ты же слышала балладу. У меня не было иного выбора. Горацио самого бы ждал трибунал и тюрьма по возвращении, если бы я не была сговорчивой.
Однако за свое пристрастие к черной магии наш правитель жестоко поплатился. Боги лишили его возможности иметь детей. И ни одна из его наложниц не понесла от него. Да только со мной вышло иначе. Из всей той боли и предательства вдруг появилось нечто чудесное. Мой Немо… Но когда я осознала, что стала сосудом для ребенка, обреченного на страшную смерть, то испугалась. Я полюбила Немо и никогда не винила его в том, что стало со мной, но и к Горацио вернуться я не могла. Слухи о моей неверности расползлись как ядовитые змеи по Фероци. Я спешно переехала в свой старый дом, начала вести хозяйство и всячески скрывала свое положение.
– Но король узнал…
– Этот город не умеет хранить тайны. Преданные Селеста, Луиджи, Флавио и Адольфо сражались до последнего вздоха. Ты видела все моими глазами, когда чуть не погибла.
– Немо спас меня, – прошептала я, и по моим щекам потекли слезы.
– Я все видела. Я всегда приглядывала за ним. Горацио так и не смог отпустить меня, постоянно призывал мой дух. Роды были тяжелыми, и я не пережила их. Видимо, боги увидели свою оплошность и захотели восстановить равновесие. Жизнь за жизнь. Но печать Горацио давала мне силы быть рядом.
Я заливалась слезами, слушая Мелиссу и думая о Горацио Торрагроссе. Что чувствовал он, когда подкинул новорожденного сына своей возлюбленной на ступени приюта? Каково ему было растить того, в чьем лице было так много и от Мелиссы и от ненавистного насильника? Что он испытал, слыша, как Немо кличут сыном блудницы?
– Юри, не печалься о прошлом. Все ведь прошло… – Мелисса потянулась к моему лицу, попытавшись вытереть мои слезы. – Немо так повезло с тобой!..
– Но я не знаю, как спасти его. Я не справилась. Не сохранила тайну Немо. Скоро король обо всем вспомнит и…
Перед моими глазами появилось иссушенное тело моего Маэстро.
– Ты сильнее Горацио, ты найдешь способ, Юрианна Ритци. Я верю. Мы верим…
Не дожидаясь, возвращения сеньоры Вентурини, Мелисса помахала мне рукой и растворилась в воздухе.
Старушка поставила на стол поднос с ароматным чаем и миской слипшихся конфеток.
– И зачем я принесла три чашки? Микеле сегодня не собирался меня навестить, – задумчиво бормотала женщина. – Ириску, милая?
Я приняла угощение от сеньоры Вентурини, с улыбкой рассматривая чашки. Чашка со сколотой ручкой, которую хранил Горацио, была именно из этого набора.
* * *Вернулась в дом девичьих грез я вовремя. Посетители уже начинали расходиться, мой брат с мечтательной улыбкой сидел за нашим столиком, и растрепанные волосы у него блестели от масла. Ворот рубашки был порван, но Марко не выглядел огорченным.
– Я влюблен, – признался он, когда я села рядом.
– В кого-то из тех, кто тискал тебя сегодня? – с насмешкой спросила я брата.
– Ами. Она так отчаянно заступалась за меня!.. Идеальная женщина!
– Не хочу, тебя расстраивать, но у нее уже есть возлюбленный.
– О…
Марко помрачнел, и когда Ами вернулась из уборной, то выглядеть он стал еще несчастнее.
Наверно, надо было как-то помягче сообщить ему эту новость, но прилипшая к зубам ириска лишила меня многословия, красноречия и участия.
Всю дорогу до коттеджа подруга пыталась растормошить моего брата, толкала его локтем, ерошила ему волосы, но он молчал, словно сам наелся ирисок сеньоры Вентурини.
– Юри, а ты-то чего такая понурая? Как, призрака увидела? Да что с вами, Ритци?..
И у меня, и у Марка были поводы для тоски.
– Все в порядке, Ами. Спасибо вам двоим за помощь, без вас у меня бы ничего вышло.
– Но ты все равно грустишь. Хочешь, останусь сегодня у тебя?
– А как же твой завхоз с золотыми кудрями? – ехидно спросила я. – Не заревнует твой Модесто?
– Да к дьяволу его! Оказывается, не меня одну он в подсобке зажимал. Говорю тебе, Юри, кто больше всех ревнует, у того у самого среди метел спрятана… метелка, – выругалась Ами, и Марко резко расправил плечи.