Нотариус его высочества

Я кивнула.
– Аж, полегчало. Оставьте меня с сеньоритой.
Когда дон обращался к помощникам, голос его становился ледяным и пугающим, но со мной он держался на равных.
– Энцо разыграл вас, – мягко сказал Витторио, когда мы остались одни. – Я считаю, что будет справедливо поставить вас в известность. Он жив, сымитировал свою смерть и в очередной раз сбежал от меня.
– Вчера ваши люди не вели себя дружелюбно к его семье, – возразила я дону.
– Мои люди понимают некоторые приказы слишком буквально и постоянно хотят доказать свою преданность. Энцо нужно было просто привести домой. Наша мать тяжело больна и хочет напоследок увидеть блудного сына и внучку. Но мерзавец стыдится нас.
– А не за что? – спросила я мужчину быстрее, чем успела обдумать свои слова.
Но Витторио оставался спокоен.
– Вы очень смелая женщина. Если бы не столь явный интерес принца к вашей персоне, я бы тоже увлекся вами. Вы мне нравитесь, Юрианна, но герцогу я не стану переходить дорогу. А что касается семьи Коста… Мы не святые, тут я не спорю. Но мы все равно семья, а Энцо выставляет нас чудовищами в глазах жены и ребенка. Как же сильно он нас ненавидит, если решил прикинуться мертвым?
Странное дело, но сейчас я верила Витто. Столько нескрываемой печали было в его голосе.
– Попробуйте проявить свою заботу иначе, не отправляя к нему в ночи своих головорезов, – продолжала я испытывать дружелюбие дона на прочность.
– У вас с Алессандро все серьезно? – от прямолинейности Витторио хотелось забраться под стол.
– Он пригласил меня завтра в театр.
Я зачем-то показала дону билеты и записку.
– Очень жаль! Но я могу хотя бы угостить вас обедом. По моей вине вы не поели.
Он не спрашивал, а просто поставил меня перед фактом.
Совсем недавно я была всего лишь студенткой, а теперь вот иду на свидание с принцем, обедаю с главой клана Коста. Юстиция, что еще ты готовишь мне?
Витторио был мил и учтив, но я все равно отвечала на каждый его праздный вопрос настороженно. Он не мог не замечать этого и всякий раз презабавно улыбался. Когда мы закончили трапезу, он, не принимая моих возражений, заплатил за нас обоих и оставил официанту щедрые чаевые.
– Хотелось бы мне сказать на прощание, что я надеюсь на наше дальнейшее сотрудничество, Юрианна Ритци, но боюсь быть неверно понятым, – рассмеялся Витто.
– Тогда давайте понадеемся не враждовать? – подсказала я ему.
– Само собой. Спасибо еще раз, что пришли на помощь Энцо. Я не забуду вашей доброты, и если однажды вам понадобится помощь, не стесняйтесь просить. Это не обяжет вас ни к чему, разве что к скромному ужину.
Дон и его люди сопроводили меня до конторы. Завтра газеты обязательно напишут о моей связи с мафией, а у меня скоро слушание в суде. Это нехорошо!
Без подарка от семьи Коста все же обошлось. Витторио вручил мне свернутую в рулон картину своего брата.
– Энцо не оставил записки, но полагаю, это вам в благодарность. Подозреваю, что полотно с лихвой оплатит ваши вчерашние издержки. Было приятно познакомиться, Юрианна Ритци.
Уже в конторе я развернула холст, на котором увидела себя в обличье Юстиции. Мои глаза были завязаны, в одной руке весы, а в другой печать, оснастка которой стала эфесом направленного вверх меча.
В целом день выдался неплохим. Пусть из Министерства мне еще не прислали ответа, но ближе к вечеру ко мне все же пришли за оформлением нескольких доверенностей. Все они были на лошадей и телеги. Оказалось, даже забавно фиксировать в документах описания животных и данные из купчих на них.
Когда я закончила, то удовлетворенно протянула посетителям реестр для подписей. С не меньшим удовольствием я убрала в сейф плату за свою работу, а потом снова погрузилась в атмосферу тлетворного безделья и перекладывания бумажек из одной стопки в другую. К счастью, это продлилось недолго, и ко мне пришли устанавливать новые окна. Управились рабочие меньше чем за час, и мои недавно заработанные деньги перекочевали к ним в карманы.
Мы снова остались в конторе вдвоем с Септимусом, и, чтобы хоть немного скрасить свое одиночество, я пошла призывать призрачных фамилиаров. Как бы странно это ни звучало, но к ночи мой коттедж наполнялся жизнью. То тут, то там мелькали синие хвосты и крылья, а крысы разбегались с громким писком.
 
До последнего я тянула с возвращением домой на выходные. Мы так и не помирились с родителями, но мне непременно нужно было заскочить за платьем для похода в театр с герцогом. Самое время призвать загадочного Адольфо. Быть может, он сожрет меня заживо и избавит от тяжелых мыслей и неизбежного свидания с идеальным мужчиной?
Чем же выманить последнего духа? Селесту я призвала, случайно рассыпав крошки. Про Луиджи мне подсказал Немо, а у Флавио был потрепанный мячик. Только у самого большого могильного камня не нашлось ни единой подсказки. Я перерыла все кусты и долго шарила по траве в поисках того, что поможет вытянуть Адольфо с того света.
– Вряд ли это медведь, – вслух рассуждала я. – Зачем нотариусу медведь? Тут должен быть кто-то полезный. Кот ловит мышей, пес охраняет, Селеста доставляет письма.
Кто-то большой…
Я задержала взгляд на морковной грядке, густо поросшей сорняками, а затем вспомнила своих сегодняшних посетителей с доверенностями. Лошадь! В этом определенно есть смысл!
А если я ошибаюсь, и там все-таки медведь? Ах, к черту! Я пережила знакомство с доном Костой и его телохранителями, неужели убоюсь простого призрака?
Я вытянула высохшую морковь из земли и тщательно промыла ее в ручье.
– Если Адольфо конь, то он же любит такое? – спросила я сидящую на водяном колесе Селесту.
Мое отражение вдруг озарилось синим, словно я сама стала призраком. Спины коснулось нетерпеливое фырканье, и я медленно повернулась, надеясь увидеть позади ослика или пони.
Мои надежды не оправдались, огромная лошадиная морда легонько толкнула меня в грудь, но этого оказалось достаточно, чтобы я потеряла равновесие и свалилась в ручей.
Я ойкнула, когда ледяная вода пропитала мою мантию насквозь, а воскрешенный Адольфо, явно чувствуя вину за это происшествие, осторожно подцепил зубами ворот мантии и поднял меня на ноги.
– Ты… – Я задыхалась от восторга и холода. – Ты просто… Ты не медведь!
Все красноречие разом покинуло меня, когда я осознала, что владею таким великолепным скакуном. Теперь я могу не только без проблем ездить на вызовы, теперь моя жизнь определенно станет проще. За сколько он домчит меня до центра города?
Адольфо обнюхивал меня в поисках моркови, и мне пришлось отдать ему не самый сочный овощ. Я опомнилась и быстро нарвала ему яблок. Понятия не имею, чувствовал ли что-то конь, но челюстями он работал исправно, а нетронутые яблоки проваливались через его призрачную шею.
На самом деле питались духи не едой, а пропитанной магией землей возле коттеджа. Печать же придавала им достаточно сил, чтобы они становились осязаемыми для меня.
– Прокатимся? – робко спросила я своего нового друга, а он, будто ждал моего вопроса, рухнул на колени, чтобы я смогла забраться.
Едва я схватилась за сине-фиолетовую гриву, как Адольфо вскочил на ноги и в один прыжок перемахнул клочок сада и забор.
Мы неслись к озеру Агренто. Конь, словно чувствовал мои мысли и вез меня туда, куда рвалось сердце. У самой воды он резко остановился, позволив мне надышаться влажным ночным воздухом и спокойствием.
Благодарно похлопала его по боку и попросила отвезти меня к родителям, когда мои мысли окончательно прочистились. Теперь я была готова поговорить с ними.
По дороге мы заехали в коттедж и забрали упирающегося Септимуса, который и живых-то лошадей не переваривал, а уж поездка на мертвом скакуне повергла его в ужас.
– Хочешь остаться тут один?
Мой друг обреченно выпустил целый букет пузырей и сам протянул мне кожаные ремешки, которыми я пристегнула его аквариум к себе.
Сегодня внимание жителей Фероци вновь было приковано ко мне. Адольфо нарочно не торопился и красовался перед зеваками, прекрасно зная, насколько он красив. Смерть застала его в расцвете сил. Мышцы, перекатывающиеся под лоснящейся шерстью, идеальная вычесанная волосок к волоску грива, высоко поставленный хвост.