Милая затворница

– Видишь ли, я…
– Однако я надеялся, что ты поможешь мне устроить новую жизнь. Я собираюсь уехать в Америку, понимаешь?
– В Америку?! Но это ужасно далеко!
– Да, очень далеко. И боюсь, я должен опять попросить у тебя взаймы. Я, конечно, верну долг, как только устроюсь там.
Алекс лихорадочно размышляла. «Что же делать?» – спрашивала она себя. Повернуть к дому она никак не могла. Харт не вернется из Лондона в ближайшие дни – она удостоверилась в этом, прежде чем предпринять поездку в Эдинбург. А местный судья был весьма любезным человеком, но он, конечно, не мог бы справиться с Деймиеном. Но Алекс не собиралась снова давать Сен-Клеру деньги. Она хотела, чтобы Коллин поймал его.
– У меня сейчас есть двадцать пять фунтов. Этого достаточно? – спросила она, хотя знала, что явно недостаточно.
Деймиен взглянул на нее с искренним удивлением:
– Двадцать пять фунтов?! Да ведь этого не хватит даже для того, чтобы оплатить койку в трюме корабля!
– О, конечно! Ведь тебе предстоит такое долгое путешествие… Но видишь ли, мой брат…
– Твой брат? При чем здесь твой брат?
– Он каким-то образом узнал, что я посылала тебе деньги, поэтому ограничил меня в средствах.
– Понятно. А куда ты едешь сейчас?
– Я? О, я направляюсь за покупками в Гриндейл. Там продаются замечательные дамские шляпки, и Харт уже послал им поручительство за мой кредит.
– Ты должна вернуться домой и получить доступ к домашним счетам.
– Но Харт заявил, что должен подтверждать все мои расходы! А его сейчас нет в поместье. Он уехал в Лондон. Я не могу, хотя…
– Что?
– Нет-нет, это займет слишком много времени.
– Что именно? – допытывался Деймиен.
– Я могу написать ему письмо и отправить его, как только приеду в Гриндейл. Он обещал мне новый фаэтон и пару быстроногих лошадей! Можешь представить, как я въеду в Сомерхарт? Если я сообщу брату, что подобрала пару белых лошадей и великолепный экипаж. Как ты думаешь, Деймиен, тысячи фунтов будет достаточно?
Его глаза алчно вспыхнули.
– Я верну тебе деньги.
– Но тогда мне придется отказаться от нового фаэтона.
– Я не останусь в долгу, – заявил Сен-Клер. – И я уверен, твой дорогой брат простит тебя.
– О, я тоже так считаю. Что ж, хорошо. Тогда, может быть, встретимся здесь же? В субботу подойдет? Потребуется несколько дней, чтобы получить его ответ, но я думаю, что неделя не повлияет…
– Да, в субботу. В пяти милях отсюда есть гостиница. Я буду ждать тебя там, во фруктовом саду.
Алекс взглянула на него, изобразив удивление:
– Ты вынужден скрываться?
– Да, вынужден.
– Деймиен, я… Харт говорил про тебя ужасные вещи. Он сказал, что ты давно желал смерти Джона Тиббенхема. Но это не может быть правдой. Я так и ответила ему.
Сен-Клер энергично закивал:
– Да-да, конечно, это неправда, дорогая. Просто вышло… недоразумение. Если бы можно было все вернуть назад…
– Да, понимаю, – кивнула Алекс. Ах, с каким удовольствием она передаст этого негодяя в руки Коллина! Но сначала они с Коллином проведут вместе неделю – этого ей хотелось больше всего, – а потом она преподнесет ему того, кого он ищет.
Вскочив с кресла, Алекс подбежала к окну – уже в который раз. Упершись локтями в подоконник, она тихонько вздохнула и проговорила:
– Но он обязательно приедет. Должен приехать.
Прижавшись щекой к стеклу, Алекс посмотрела в сторону конюшни и невольно улыбнулась. Хм… она постарается сделать все возможное, чтобы соблазнить Коллина именно там. Да, он должен овладеть ею не только здесь, на чистых простынях, но и на свежем сене. Отдаваться мужчине на сене – это, наверное, очень романтично.
Алекс снова вздохнула. Она страстно желала Коллина, отчего в последние дни у нее слабели колени, а внизу живота ощущалось болезненное напряжение. И сейчас, ожидая его, она все больше волновалась, и казалось, что от волнения ее желание усиливалось.
Она не сомневалась, что Коллин уже пожалел о соглашении, к которому они пришли. Но не мог же он нарушить свое слово… Да, он обязательно должен приехать. Но что, если он приедет и попытается отговорить ее? Она уже сталкивалась с его сопротивлением, но сейчас сделает все возможное, чтобы добиться своего.
 
Тут в поле ее зрения появился какой-то всадник. Александра в страхе замерла, предположив, что Деймиен выследил ее и теперь едет сюда.
Вскоре она увидела лицо всадника и с облегчением вздохнула. О, это был Коллин. Но он казался каким-то хмурым и каким-то задумчивым… Алекс ухмыльнулась. Конечно, ему не нравится ее затея, но она непременно своего добьется.
Улыбаясь и тихо напевая, Алекс направилась к двери. Досчитала до двадцати и вышла из дома, чтобы завладеть своей добычей.
Въехав во двор, Коллин взглянул на старую ветхую конюшню и нахмурился. Впрочем, сам коттедж казался довольно прочным и ухоженным.
«Тебе сейчас следует развернуться и уехать», – сказал себе Коллин. Но вместо этого он спешился и повел коня в конюшню. Он уже приближался к ней, когда дверь дома распахнулась. В следующее мгновение Алекс бросилась в его объятия.
Подхватив девушку, Коллин закружил ее в воздухе.
– Добро пожаловать на свидание! – громко закричала она.
Невольно улыбнувшись, Коллин пробормотал:
– Говоришь, на свидание? Похоже, я стал участником какого-то спектакля.
– Да, верно. – Алекс улыбнулась. – Он называется «Ад в Хэндкарте». Надеюсь, тебе понравится.
Коллин рассмеялся и тотчас же почувствовал облегчение. Отбросив все свои сомнения, он крепко прижал девушку к груди. Затем, покосившись на своего коня, проговорил:
– Вероятно, Самсон проведет всю неделю здесь, во дворе, если я начну тебя целовать.
Алекс кивнула и тоже рассмеялась. Коллин наконец-то поставил ее на ноги и с улыбкой сказал:
– Что ж, пойдем. Ты расскажешь мне об этом любовном гнездышке, а я тем временем займусь лошадьми.
– Моя Бринн уже в порядке. – Держа Коллина под руку, Алекс зашагала к конюшне.
– Ты привезла сюда конюха?
– Нет, конечно. Думаешь, я сама не могу позаботиться о лошади?
Коллин посмотрел на девушку с некоторым сомнением и покачал головой:
– Неужели ты сама ухаживаешь за своей лошадью?
– Да, но не каждый день. Хотя я постоянно бываю в конюшнях.
– Ты знаешь какую-нибудь из благородных дам, способную заниматься этим? Я буду крайне удивлен, если ты назовешь хоть одну.
Алекс фыркнула, но, по-видимому, не обиделась. Немного помолчав, сказала:
– Да, знаю. Например, Екатерина Великая.
– Что?..
– Екатерина Великая – благородная женщина, которая лично ухаживала за своими лошадьми.
Остановившись у двери конюшни, Коллин с удивлением уставился на Алекс. Та рассмеялась и добавила:
– К тому же она была прекрасной наездницей, насколько я знаю. – Переступив порог конюшни, Алекс крикнула: – Заходи же!
– Знаешь, мне начинает казаться, что ты мошенница – служанка из таверны, выдающая себя за сестру герцога, – с усмешкой сказал Коллин.
– Не служанка из таверны, а нахальная дочь фермера, – отозвалась Алекс, направляясь к своей лошади.
Коллин повел своего коня в дальнее стойло. На этот раз он выбрал для путешествия не Тора, а Самсона, так как Тор не выдержал бы неделю, находясь в маленькой конюшне рядом с прелестной кобылкой по кличке Бринн.
Коллин чистил и кормил Самсона и одновременно украдкой поглядывал на Бринн. В конце концов, он убедился, что Алекс действительно позаботилась о своей лошади наилучшим образом. Алекс же, прислонившись к стене, наблюдала за Коллином, рассказывая о том, чем занималась, ожидая его.
– Неужели ты сама приготовила обед?
– Какой ты смешной. Женщина, которую я наняла для уборки по утрам, готовит также еду на целый день, прежде чем уйти. Она обещала удаляться до девяти утра, так что мы даже не увидим ее.
– Ты ужасно хитрая, – пробормотал Коллин.