Милая затворница

– У меня вовсе не свидание, – ответила она. – Дело в том, что одна из моих кобыл заболела. Я хотела проведать ее, вот и все.
Роберт бросил сигару на землю, и Алекс увидела, как огонек потух под каблуком его ботинка.
– Вы не боитесь выходить одна ночью из дома?
– Это мой дом.
– Да, конечно.
– Я…
– Леди Александра, позвольте мне по крайней мере проводить вас до конюшни.
– О, не знаю. Я полагаю…
Он протянул ей руку, и Алекс, немного помедлив, подала ему свою. Его зубы сверкнули белизной в лунном свете, когда он улыбнулся.
– Вам часто приходится выполнять свои обязанности в такое время?
– Нет, не часто. На самом деле конюх мог бы обойтись без меня, но я решила лично убедиться, что все в порядке.
– Ваш брат страдает из-за вашего самовольного поведения.
– В самом деле?
– Да, немного.
Алекс отбросила столь обидное предположение. Почему Харт должен страдать?
– Полагаю, что я вполне самостоятельная женщина, и это ни для кого не сюрприз.
– Некоторым мужчинам даже нравятся волевые и решительные женщины.
– Вы имеете в виду себя?
– Да, вы правы.
Когда он остановился, Алекс невольно вздрогнула. Ее часто целовали в Лондоне, и потому она легко могла распознать, когда мужчина хочет ее поцеловать. И она не ошиблась. Роберт наклонился к ней, и его губы коснулись ее губ. Однако Алекс не испытала никакого волнения от его поцелуя.
Диксон же, казалось, воодушевился. Он обнял ее покрепче и снова поцеловал. От него сильно пахло сигарами, но Алекс, заставив себя проигнорировать этот запах, попыталась ответить на его поцелуй со всей возможной страстью, в чем, по-видимому, преуспела, потому что Роберт еще крепче прижал ее к себе.
Наконец, прервав поцелуй, он пробормотал:
– Что… что на вас надето?
Алекс заморгала и, упершись ладонями ему в грудь, немного отстранилась. Но Роберт вдруг распахнул ее накидку, прежде чем она успела остановить его. Какое-то время он в изумлении таращился на ее наряд, потом снова привлек ее к себе; причем на сей раз ладони его прижались к ягодицам девушки.
– Что вы делаете? – прошептала Алекс, но в следующий момент он впился поцелуем в ее губы так, что она едва не задохнулась.
Алекс попыталась отстраниться, но Роберт прижал ее к себе с такой силой, что она ощутила его возбужденную плоть. Он застонал и еще крепче сжал пальцами ее ягодицы. Внезапно он отпустил ее, и Алекс вздохнула с облегчением, но оказалось, что Диксон хотел просто выдернуть рубашку из ее бриджей. Секунду спустя он снова прижал ее к себе, и Алекс в ужасе поняла, что не способна воспротивиться мужской силе. Диксон мог овладеть ею прямо здесь, повалив на землю, а она при всем желании не сумела бы оказать ему сопротивление.
Когда рука его проникла под ее рубашку, она закричала:
– Не смейте! Что вы делаете?!
– Боже… – простонал он, касаясь влажными губами ее губ.
Алекс поморщилась и отвернулась. «Что же делать? – думала она. – Что делать?» Конечно, можно было бы закричать, но ей очень не хотелось, чтобы ее застал в такой ситуации кто-нибудь из гостей или кто-то из работников.
– Мистер Диксон, пожалуйста, отпустите меня.
Роберт ухмыльнулся:
– Ох, я знал, что ты горячая девица, но не представлял, до какой степени. – Он провел ладонью по ее спине, затем рука его скользнула к ее груди.
– Отпустите меня! – прошипела Алекс и изо всех сил оттолкнула Диксона.
Он отступил на шаг и увлек ее за собой, так что она упала на колени прямо на острые камни. Почувствовав боль, Алекс вскрикнула, но тут же забыла о боли, сообразив, что грудь ее обнажилась – пальцы Диксона по-прежнему придерживали подол ее рубашки.
Увидев обнаженные груди девушки, Диксон глухо застонал и принялся расстегивать пуговицы на своих брюках.
– О, Александра, сними же рубашку, – пробормотал он. – Я хочу целовать твои груди, хочу ласкать их губами.
– Вы с ума сошли! – Алекс рванулась в сторону и попыталась встать на ноги.
– Куда ты?
– К моему брату.
– К брату? – Отпустив Александру, Диксон посмотрел на нее с искренним удивлением. – Но ты не можешь оставить меня сейчас…
 
Брюки Диксона были уже расстегнуты, и Алекс вдруг увидела его возбужденную красную плоть. Ее страх тотчас же сменился гневом, и она процедила сквозь зубы:
– Я позволила вам только один поцелуй, а вы… вы набросились на меня.
– Набросился?.. Вы оказались здесь среди ночи и начали флиртовать с первым встречным мужчиной. К тому же на вас… на вас мужские бриджи, и вы даже не надели нижнюю сорочку! Нечего прикидываться скромницей!
– Я… я просто… – Алекс отступила на несколько шагов. – Я только хотела проведать мою лошадь и вовсе не искала встречи с вами.
Диксон приблизился к ней, и Алекс, с трудом подавив страх, осталась стоять на месте. В конце концов, это ее земля и ее дом. Здесь все в ее власти, и если она расскажет брату о случившемся, то мистер Диксон пожалеет, что родился на свет.
– Вам следует быть более осторожной, мисс. И не надо предлагать свои губы случайному мужчине среди ночи. Любой воспримет это как приглашение и непременно пожелает заполучить нечто большее.
– Настоящий джентльмен дождался бы явного приглашения, – ответила Алекс.
– А настоящая леди не стала бы вести себя так, как вы.
Алекс окинула Диксона презрительным взглядом:
– Перестаньте поучать меня. Я позволила вам только один невинный поцелуй, а вы повели себя самым бесчестным образом.
– Ха! И вы еще осмеливаетесь говорить о чести?
– Мистер Диксон, я не хочу больше видеть вас. Предлагаю вам найти подходящий предлог и уехать утром, иначе я обращусь к своему брату. Поверьте, он сумеет разобраться в ситуации и сделает надлежащие выводы.
Роберт Диксон тяжело вздохнул и проворчал:
– Что ж, хорошо, я вас прекрасно понял. Однако позвольте еще раз предупредить вас. Будьте осторожны в будущем со своими играми. Мужчины созданы так, что им бывает трудно остановиться, когда женщина дает повод рассчитывать на большее.
Она пожала плечами:
– Возможно, если вы говорите о юношах.
– Я говорю обо всех мужчинах. Не сомневаюсь, что очень скоро вы это поймете. – Резко развернувшись, Диксон направился к дому – вероятно, для того, чтобы разбудить своего камердинера и приготовиться к отъезду.
Алекс невольно усмехнулась. Она полагала, что Диксон еще несколько лет будет пребывать в страхе – ведь она могла бы рассказать герцогу о его поведении. Вероятно, он каждый раз будет потеть при встрече с ее братом, опасаясь расправы. И очень может быть, что он в отместку начнет распространять о ней сплетни по всей Англии.
Алекс нахмурилась и в досаде пнула носком камешек. Она вспомнила слова Диксона, и теперь ей казалось, что он, возможно, был прав. Ведь если бы она не бродила одна ночью, то, конечно, не столкнулась бы с мистером Диксоном и не ввела бы его в искушение. Но почему же он не сдержался? И почему она, Алекс, должна нести ответственность за то, что мужчины не могут справиться со своими инстинктами?
Нет-нет, Диксон не прав. Мужчины должны отвечать за свои поступки. Настоящие мужчины. Такие, как Коллин Блэкберн. Он не стал бы набрасываться на нее и хватать, как кусок мяса, брошенный в собачий загон.
Возможно, многие мужчины повели бы себя так же, как Роберт Диксон, однако Диксон к тому же говорил ужасные вещи… «Я знал, что ты горячая девица». В сущности, он назвал ее шлюхой – вот что он сказал!
Другое дело – Коллин. Он тоже пылал страстью, но обращался с ней очень почтительно.
Пробормотав проклятия, Алекс заправила рубашку в бриджи и повернулась к дому – ей уже не хотелось идти в конюшню. Сделав несколько шагов, она остановилась и задумалась. «Нет, я должна сделать то, ради чего пришла сюда», – сказала она себе.
Поплотнее запахнув накидку, Алекс направилась к конюшне. Она решила, что сначала проведает свою лошадь, а потом… потом ей предстояло заняться другим делом. Следовало придумать, как заполучить мужчину, которого она желала.