1421 - год, когда Китай открыл мир

Процесс нанесения на изделие лака, который в Мексике называют «маке» (maque), а в Китае «чи-чи» (ch’i-ch’i), представляет собой сложное и многотрудное дело, отнимающее немало времени. Так называемое лаковое дерево, которое считается источником природного лака, растет в лесах на территории Китая. Однако все возрастающие потребности в этом сырье заставили китайцев культивировать и выращивать это дерево на специально созданных для этого плантациях. Уже по меньшей мере 3 тысячи лет назад китайцы знали о защитных свойствах «сешими» (seshime) — смолы, которая натекает из разреза в коре лакового дерева. Довольно быстро технология лакирования распространилась по всей Юго-Восточной Азии. К примеру, рабо та японских лакировщиков практически не отличается от ки тайской. Древнейшие образцы китайских лаковых изделий датируются эпохой Династии Шан (Shang; 1523–1028 до н. э.), когда в Срединных царствах стали покрывать лаком бытовые изделия, мебель и предметы искусства. Лак также использовался в качестве влагостойкого защитного покрытия для увековечения и сохранения вырезанных на пластинках бамбука важных записей или изображений. К большому удивлению первых европейцев, достигших Мексики, ремесло лакировщика процветало и было в большом почете у людей, населявших территорию нынешних штатов Чиапас, Герреро и Мичоакап (Chiapas, Guerrero, Michoacan), а также более северного Синалоа (Sinaloa), что на берегу Калифорнийского залива [177]. Центром же лаковых работ был (и до сих пор остается) городок Уруапан на западе страны. Возникает естественный вопрос: каким образом жители тихоокеанского побережья Мексики научились этому сложному искусству? Развивалось ли оно независимо от азиатского влияния или его азы местному населению преподали все-таки китайцы?
Лаку, чтобы он обрел свои декоративные и защитные свойства, требуется для полного высыхания жаркая и влажная атмосфера. Именно жара и влага особым образом влияют на капризную субстанцию лака, заставляя ее сначала густеть, а потом затвердевать, образуя тонкое, но очень прочное покрытие. Лучшими условиями для высыхания и затвердевания лака признаны климатические условия Уруапана, куда с тихоокеанского побережья долетают влажные морские ветры. Прежде чем нанести лак на деревянную поверхность шкатулки или какого-нибудь другого изделия, ее сначала грунтовали смесью рисовой муки со смолой «сешими». В Мексике, где риса не знали, вместо рисовой муки использовался вулканический пепел. Когда грунтовка высыхала, ее тщательно полировали особым составом, после чего на изделие тонкой кисточкой из человеческих волос наносили первый слой лака. Таких лаковых слое и или покрытий могло быть от десяти до сотни. Каждый слои должен был полностью просохнуть, после чего его подвергали полировке, и лишь потом наносили новое покрытие. Полировка тоже была своего рода искусством. Сначала изделие полировали мокрым точильным камнем, а потом полировочной пастой из растертого в порошок оленьего рога, которая наносилась на поверхность изделия мягкой тряпочкой.
Надо сказать, процесс изготовления лакового изделия у китайцев и мексиканцев был почти идентичен. Другое дело материалы. Китайцам пришлось приспособить свою технологию к местному климату и материалам, найденным в Мексике. Подготовка поверхности изделия к лакировке у мексиканцев заключалась в заполнении микроскопических трещинок и впадин шпаклевкой, которая называлась «нимакарта» (nimacarta). После высыхания шпаклевка зачищалась, и весь цикл повторялся снова — до тех пор, пока поверхность не становилась гладкой, как стекло. Примерно тоже самое делали и китайцы, но состав материалов, которые они использовали при работе, значительно отличался от мексиканских составов.
«Маке», или мексиканский лак, представляет собой довольно густую жидкость, состоящую из смеси животных и растительных жиров и натуральных очищенных клеев. Главным элементом маке животного или, вернее сказать, «насекомого» происхождения является жир, добываемый из насекомого axe (aje), иначе именуемого коккус лакка (Coccus Lacca), которое местные жители разводили в окрестностях Уруапана. Этих насекомых собирали во время сезона дождей, ополаскивали, а затем живыми бросали в котел с кипящей водой. Через некоторое время тельце насекомого начинало выделять напоминавшее воск вещество, которое расплывалось по поверхности воды. Потом вода охлаждалась, а всплывшее вещество аккуратно собиралось. После этого оно снова нагревалось, чтобы выпарить остававшуюся в нем воду Готовый полуфабрикат имел вид застывшего сливочного масла. Следующим важным ингредиентом лака было «ця» (chia) — растительное масло, призванное растворять и смягчать плотную субстанцию, полученную из насекомого ахе. Это масло давят из семян шалфея, повсеместно встречающегося в Центральной Америке. Ця содержит большой процент глицерина, обладающего способностью быстро поглощать кислород из воздуха, в результате чего ця, высыхая, образует прочную эластичную пленку. Третий важный ингредиент — измельченный в порошок доломит, именуемый в Мексике «тепуцута» (teputzuta), представляет собой минеральный клей, являющийся одновременно наполнителем и основой лака.
  
Декоративная техника и цвета, используемые в Мексике и Китае, в значительной степени повторяют друг друга. И для той, и для другой традиции характерно использование ярко-красного цвета на глубоком угольно-черном фоне. Базовым цветом в обеих культурах является черный. Черный краситель получали, растирая в порошок сожженные на костре кости животных или кукурузные початки. Как уже было сказано, декоративная техника мексиканского маке примерно такая же, что и у лаковой росписи в Китае или Японии. Хотя мексиканская, разумеется, имеет свои особенности. В частности, контуры орнамента в Мексике наносятся острой иглой от кактуса, которую вставляют в основание пера индейки. Само же перо используется для того, чтобы смахивать с поверхности изделия частички лака, которые образуются в процессе гравировки. Полученные таким образом тончайшие канавки-линии заполняются красками ярких, контрастных цветов. Каждую такую краску наносят по отдельности; краске дают просохнуть, полируют окрашенное место и лишь после этого наносят следующую краску. Конечный продукт — лаковая расписная шкатулка или поднос из Уруапана — настолько похож на аналогичное китайское изделие, что, не будучи экспертом, отличить их друг от друга практически невозможно.
Теоретически, хоть это и маловероятно, можно предположить, что такой сложный и требующий больших временных затрат вид деятельности развивался независимо и практически одновременно в двух разных странах, которые отстояли друг от друга на тысячи миль. Но изготовление лаковых шкатулок и подносов — далеко не единственное, что связывает декоративное искусство западной Мексики и Китая. К примеру оба народа использовали при декоративных работах почти идентичные красители и красящие составы, технология получения которых была у мексиканцев и китайцев практически идентичной. К таким красителям относятся марена (красный), индиго (синий), алый и пурпурный, который добывается из особого сорта морских раковин. Были и другие удивительно яркие красители, процесс изготовления которых чрезвычайно сложен и многотруден. Считаю, что, когда столь сложная технология воспроизводится почти без изменений в двух разных странах, говорить об обыкновенном совпадении просто некорректно.
Марену в Китае получают из корней кустарника, относящегося к семейству рубиацеа (Rubiacea). Корни выкапывают, сушат, измельчают, замачивают на сутки, а затем подвергают полученный состав кратковременному нагреванию при температуре 150 °C. При окраске материи в красящий состав вводят закрепитель, или фиксатор, в виде сульфата алюминия, после чего материю подвергают кипячению. Потом материю промывают в воде, куда добавляют золу от прогоревших древесных углей. В Мексике для получения этого красителя используют корни растений, родственных рубиацеа, — релбуниум или нитидум. Этот субтропический кустарник меньшего, чем рубиацеа, размера, произрастает на юге континента на территории современной Аргентины. В качестве фиксатора при окраске тканей в красящий состав добавляют щавелевую кислоту и танин.