Всадник на белом коне. Пробуждение (СИ)

– Мы вас нэ похищали, – «отлепил» за весь экипаж шеф-пилот. – Мы просто честные воздушные пэрэвозчики. Нам поручено доставить вашу банду в Кубундо. Так и будэт.
Напарники переглянулись и облегченно выдохнули: «Не Юг!» После чего Сип осведомился:
– И долго нам мотать по экватору? Турбины твоего «Дарка-2» даже на мой слух заметно юзят оборотами!
– Да, есть нэмного... горючка нэважная – это факт. Но мой «Dark-2DS» не подвэдет!.. А до Кубундо нам всэго-то часика полтора. Сам знаэшь, новый столичный центр Экваториальной Африки... как раз мэжду окэанами. Что от Индийского к нэму лэтеть, что от Атлантики... А вы что, торопитэсь?
– Точно, – признал Сип. – Но скажу откровенно: Кубундо нам совсем не по пути.
– Нэ огорчайтэсь. В Кубундо вам будэт на что посмотрэть. Особэнно, когда закончится ваш тюрэмный срок и начнется – вах! – настоящий тузэмный рай!
Смех мсье пилота прозвучал как басовитый клекот. Мэтт было вскинулся, однако Сип успел запечатать ему рот ладонью.
– Мы не уголовники, – возразил он, – а одна из групп организации «Защитники народа» с полномочиями экспроприаторов.
Бас усомнился:
– А разница есть?
– Кардинальная. Наша задача – вернуть народу отнятое у него мироедами.
– Народу... – произнес шеф-пилот со значением. – А сэбе что?
– Себе мы возвращаем только свободу, – твердо заверил его Сип.
– Ага... профэссиональные р-революционэры, значит... Социалисты?
– Рационал-социалисты, – уточнил Сип.
– А мнэ почему-то показалось, что ты из дэсантников... Бывший пилот?
– Угадал. При случае, смогу помочь тебе за штурвалом.
– Ну, с этим мой экипаж и сам как-нибудь...
Сип перевел взгляд на внимательно прислушивавшегося к беседе Мэтта и произнес:
– Даем тебе шанс мирно разойтись с нами на ближайшей площадке. Заплатим столько, сколько и за многорейсовый год не поимеешь. Я же прекрасно знаю, что «Дарк-2» способен сесть даже на неподготовленный грунт.
Коммодор одобрительно кивнул. Деньги – ветер, сегодня есть, а завтра... В то время как свобода...
– Нэ смэшно, – серьезно ответил бас.
– Пойми, алиби тебе обеспечено, – продолжал убеждать Сип. – В жизни каждого пилота должна быть хотя бы одна несмешная влипуха. И оправдание у тебя есть: обе турбины таки юзят, авторегистраторы это непременно отметят. Ну, в крайнем случае, шасси сломаешь... А вот заработанной валюты тебе хватит на покупку новой модификации «Дарка». Тебя устроит «Dark-4DW»?
– С запасным комплектом турбин, – расщедрился Мэтт. – Тайна финансовых операций обеспечена. И вам, и нам это в жилу.
– Нэ смэшно, – повторил шеф-пилот. – Мы сядэм на грунт, высадим вас... а нас потом в этот грунт и зароют. Или нэт, еще проще: по традиции, просто сбросят с нэбес в Ожемба-Томбо... тут нам и могила...
– Ожемба? – переспросил Мэтт, хмуря лоб. – Что за хрень?
– Что-то из региональной географии, – припомнил Сип.
– Ха! – произнес бас. – Дэлаем вывод: с Ожемба вы еще слабо знакомы. Повэзло вам, финансисты-социалисты. Плохое мэсто для знакомства, очень плохое... Как раз сэйчас мы идем над Ожемба-Томбо. Сожалэю, что вы нэ видитэ этого своими глазами.
Сип и Мэтт смолчали в надежде на получение более точной информации. И она немедленно последовала.
– Ожемба сэйчас блэстит под нами как тысячи битых зэркал, – уточнил бас. – Тысячи заболоченных пойм на всем пространствэ по срэднему тэчению вэликого Гонго. Одним взглядом нэ окинуть даже с такой высоты! Когда вот так смотришь, в головэ стучат ритмы там-тамов!.. Тысячи квадратных миль мэлких озер и болот в нэпроходимых джунглях! И что существэнно: на каждую милю – тысячи аллигаторов! А погода? О-о-о... нэчто особэнное. Частые грозы с потопными ливнями... Так что, какой там «Дарк»?! Фламинго сэсть нэ рискнет...
Ода в честь аномально обводненного региона непозволительно затянулась. Сип слушал, крепко сжав сухие, шершавые, словно пемза, губы и мечтал лишь об одном: свернуть шею новоявленному барду-садисту. Однако озвучить угрозу все-таки себе не позволил.
Одиозное воспевание мегаобъемов питьевого ресурса возбудило крутые эмоции также в обезвоженном до опасных пределов мозгу коммодора. Страшно оскалясь, Мэтт скрестил на груди мускулистые руки с добела сжатыми кулаками.
 
«Базару конец!» – понял Сип, кивнул, но поднял палец, испрашивая еще одну, последнюю минуту. Мэтт медленно опустил руки, однако кулаки так и не разжал.
– Фламинго, может быть, и не сядет, – заявил Сип, – а вот лично тебе, мсье болотный пилот, все-таки придется рискнуть. Иначе приземление нашего общего борта случится в стиле грубого принуждения.
– Это как? – полюбопытствовал бас.
– Аккуратным подрывом выбьем штыревые замки всего в двух местах пазов пандуса. Как «Дарк» поведет себя на глиссаде с такой тяжело отвисшей задней челюстью? Объяснять надо?
– Нэ надо. Лучше объясни мнэ: как в момэнт капотирования нашего общего борта вы надэетесь уцелэть?
– Можешь мне поверить: в этот момент наша проблема полностью перестанет тебя занимать, – деликатно напомнил Сип.
– Она совсэм нэ занимаэт мэня, – парировал бас. – Как только ваш чернокожий носитэль взрывчатки утром сдал всэ тюбики брыз-гэля охране – так и нэ занимает. Мнэ интэрэсно другое: что «отлэпите» вы де-юрэ на очень вэский мой аргумэнт?
Мэтт немедленно адресовал говорилке неприличный жест, а затем дал знак доставить к месту переговоров огнетушитель. Красно-желтый «аргумент» коммодора был тяжел, но, к сожалению, против «вэского аргумэнта» пилота никакого веса де-факто не имел.
Сип, задумчиво наблюдая за развернувшейся вокруг деятельностью, спросил:
– Мсье! А вот мне любопытно, что ты скажешь, если нам все-таки удастся уйти?
– Мэчтаешь... – усмехнулся пилот. – Ну что тут можно сказать? Святое дэло правосудия – сажать, а святое дэло узника – бэжать.
– Очень верная мысль. В ответ даем гарантию, что при побеге никакого вреда экипажу не будет. А кстати... сколько у тебя людей?
– Ха! Для вас это имэет значение? – в голосе собеседника послышалось неподдельное удивление.
– Нет, – признал Сип. – Практически нет.
– Тэорэтически, думаю, тоже. Веришь, я почему-то сочувствую вам... нэ пустые слова! Но у вас нэт ни одного шанса... А за гарантию мэрси, даже если ничего другого давать здэсь вы нэ можетэ.
– Почему же, – вставил Сип, наблюдая, как Мэтт, кряжистый мулат Эскудеро и жилистый Агаур по прозвищу Нож Тумана свинчивают с огнетушителя рожок сифона. – Мы тут намерены демонтировать связь. Будет немножко шумно, философ, а потому советую снять с уха аудиоввод... оно тебе еще может пригодиться.
– Ха! Ломайтэ что хотитэ! Нэ моя там тэрритория – нэ моя и пэчаль... А бэседу жаль, было занятно... Успэха вам, дэмонтажники!
Мэтт приставил к решетке чирикающего «отбой» трансдиктора узкий конец рожка и предупредил:
– Аккуратнее, Эск, не долбани мне по пальцам.
Эскудеро перевернул огнетушитель и одним ударом вогнал рожок в зарешеченный аудиоканал почти целиком. Было слышно, как акустический резонатор со стеклянистым хрустом испустил дух.
Мэтт отослал помощников к безучастно глазеющему голому воинству, сел на пол и попытался разуться. Кольца-захваты на лодыжках, намертво сцепленные стальными «корнями» с голяшками спецбутов, не сразу уступили натиску нетерпеливых пальцев. Сип помог коммодору открыть замаскированные псевдоржавчиной непростые замки.
– Интересно, они снять пытались? – подумал он вслух.
– Не знаю... но вряд ли, – проворчал Мэтт. – Обувка ортопедическая, с виду хорошо поношенная... При распаковке моей особы они – если, конечно, тумкать по логике – опасались поиметь на свои головы инвалида-боевика без обеих ступней.
– Правильная обувка, с психрасчетом, – Сип поддел лезвием жесткие стельки и вынул из подстелечных полостей две увесистые серо-зеленого цвета штуковины, формой напоминавшие ветхозаветные футляры для стариковских очков. – Готово, «инвалид», обувайся.
Он пару мгновений взвешивал «штуковины» на своих ладонях, а потом каким-то неуловимым движением заставил их соединиться друг с другом. Внутри получившегося новодела, похожего теперь на обычный солдатский бинокль, немедленно проснулся зуммер-малютка – «вззз... вззз...», – а на торцах раскрылись узкие щели окуляров.