Я влип (СИ)

— Макс, заткнись! Вот сейчас не до этого, слышишь?! Лучше просто заройся в свой компьютер, то есть этот… в… короче, всё… просто помолчи!
Через минут десять я успокоился.
— Мы этого урода ограбим с нападением и смертельным избиением, — спокойно выдал я свой план на эти выходные. — А потом я поговорю с Анной на этот счёт. И если ей ещё нужен напарник с символами из ментального мира по всему телу, то она поможет обеспечить мне железное алиби.
— Ты это о чём?
— Не знаю ещё. Посмотрим, что скажет на этот счёт сама Анна. — Я подумал ещё про Васю. — Мне нужно бежать! — резко ответил Максимке.
— Жека, ты куда?! — заволновался зеленоголовый.
— Где Володя?
— Я здесь, на, — вовремя вернулся с обхода борзый иллюзионист.
— Выведи меня на улицу. Там же и встретимся к шести вечера. С собой линзы и наушники брать не буду, поэтому без связи пока что.
— Ты что-то задумал? — поднял иллюзионист «бровь подозрения».
— Максимка всё объяснит и покажет на видео, когда поможешь выйти из канализации.
Володя всё выполнил. Сам отправился поскорее смотреть, что там такого произошло. Думаю, ему будет интересно узнать, что их главарь снова влип.
Ну а я же попросил дворника вызвать мне любого свободного кучера, чтобы отправиться к красноволосому пивозавру.
Уже через полчаса кучер припарковался возле восстановленного паба.
«Быстро вы его восстановили, однако», — выдал мой мозг.
В пабе не было видно знакомых рож. Зато те незнакомые рожи посоветовали мне отправиться к дому Феди.
Дорогу я уже знал, поэтому через час пешком дотопал.
И вот здесь картина резко поменялась.
Прямо во дворе Вася пиздил Шолохова по роже и оскорбительно кричал на него. Причём кричать нужно было солидно, ибо сам Шолохов кричал от боли не меньше.
— Прости! — выл Серёга, плюясь кровью.
— Вася! — крикнул и я, чтобы все услышали. Сам же ускорился к банде пивозавра.
Шолохов, увидев меня, бросился в ноги с извинениями:
— Женечка, прости, дорогой! Прости бога ради! Я не знал! Честно! Прости, родной!
— Ах ты, сука! — ещё раз Вася ударил с ноги Серёге по роже. — Ты хоть понимаешь, что натворил, ублюдок?! Грёбаная аристократическая шестёрка!
Мне, конечно, было приятно, что красноволосый пивозавр разукрасил Шолохова в цвет своих волос, но я вообще ничего не понимал, что происходило.
  
Глава 19. Огонь не щадит даже Жекины деньги
 
Интерлюдия…
3 сентября 2022 года.
Субботнее утро во дворце императора.
Разговор Малинова с дочкой после заявления Шолохова в сети.
— Папуля, вызывал? — зевая, спросила Анна.
Малинов повернул экран на своём столе, чтобы дочка могла посмотреть видео.
— Этот человечек решил сразу обратиться с записью к тем, кто успел выложить в сеть Российской империи данное видео. Только представь, он даже не удосужился посовещаться со мной.
Анна посмотрела запись, которую посмотрел и Максимка, который после видео ждал два часа, пока проснётся Жека, чтобы показать запись и ему.
Дочка императора раскраснелась, но не от стыда, а от злости на дуралея.
Она понимала, что это был Женя, ибо только он пришёл в поместье Шолоховых в боевом красно-белом школьном костюме.
— Это наш клиент, который должен с тобой тренироваться? — вздохнул император.
— Да, пап, — опустила Анна голову.
— Доча, не нужно брать вину на себя. Ты не виновата в том, что это чудовище подставляет само себя. Хорошо, что не видно лица, а только школьную форму. Хотя уверен, что вся твоя группа прекрасно понимает ситуацию.
— Нужно сделать так, чтобы это был не он.
— Знаю. И я это сделаю. Кроме того, у меня есть на то причины: те, кто не советуются со мной, могут сгореть, — коварно улыбнулся Малинов.
— Пап, ты хочешь снова поджечь дом?! — испугалась Анна.
Хоть девушка и любила отца, ей не нравилось, как он злоупотреблял своими полномочиями, сжигая магов. Это было жестоко даже для убийства, ибо было много способов ликвидировать цель быстрее и менее болезненней, чем «дать» цели заживо сгореть.
 
— Всё возможно, Аннушка. Шолохов подставил нашего Женю, при этом не посоветовался со мной, а сразу обратился к тем, кто выложил данные в сеть Российской империи. Нам нужно срочно ликвидировать Сергея Рудольфовича Шолохова, чтобы он не учинил ещё что-то. А вместе с ним и его дочку с женой…
— Олю?!
— …чтобы и они не проболтались. Да, хочу Олю и её маму отправить вместе с отцом на тот свет. Думаю, им будет там хорошо. Смогут друг друга поддержать. Кроме того, не будут скучать, ибо уйдут одновременно.
— А что с Женей?
— Аннушка, на видео нигде не показано, что это был он… даже несмотря на то, что все в твоей группе понимают, что это был Женя. Главное ведь не то, что они увидели на видео, а то, что смогут доказать. А доказать они ничего не смогут, верно?
— Не знаю. Женя пришёл на вечеринку в красно-белом костюме, и все это видели. А дальше он куда-то исчез с Шолоховым, и уже до конца вечеринки не появлялись ни он, ни Сергей Рудольфович.
— Ну вот, видишь, — улыбнулся Малинов. — Значит, нужно обеспечить нашему Жене железное алиби. Я бы даже сказал «стальное».
— Хорошо, я что-нибудь придумаю. — Дочка хотела было уйти, но напоследок добавила: — И да, сталь — это сплав железа с углеродом… так что… Ну ты понял, пап.
— Постой! — повысил голос Малинов.
Дочка остановилась, но не оборачивалась.
— У тебя всё хорошо, Аннушка? Или, может, ты с чем-то не согласна?
— Всё хорошо, пап. — И шатенка направилась к выходу.
— Я не закончил! — топнул ногой Малинов. Кстати, Анна переняла эту привычку как раз от отца. — У меня полно репортёров, которые дорожат своими семьями, поэтому будут задавать вопросы те, которые нужно задавать.
— Ты хочешь, чтобы я выступила с официальным заявлением? — обернулась Анна.
— Я хочу, чтобы ты взяла этого дурака с ментальными символами и сказала подкупным репортёрам, что он прилетел к моему дворцу, ибо ему не понравилась вечеринка. Я подтвержу, что так и было, и что Женя занимался во дворце, пока ты была на вечеринке. А потом и ты прилетела, и вы вместе тренировались, чтобы пройти третий этап, который будет в пятницу.
— Репортёры будут задавать именно эти вопросы? И у нас во дворце?.. под запись? — уточнила дочка.
— Разумеется, что у нас и под запись. Нам ведь не нужно, чтобы в сети Российской империи были какие-то другие данные об этом недоразумении с Шолоховым.
— Это всё? — не могла уже сдерживать себя Анна, которая думала над тем, как Оли и её родителей скоро не станет.
Не то чтобы Анне было жалко чесночную пышку, но она не была такой жестокой, как её отец. И все эти смерти она воспринимала крайне болезненно… за что даже иногда реально ненавидела своего любимого папулю.
Вот такая вот нелёгкая у Анны была жизнь… зато во дворце.
— Да, всё. Можешь быть свободна, — с серьёзным выражением лица посмотрел Малинов своей дочке в мокрые глаза.
Когда Анна открыла дверь, чтобы покинуть «общество» своего отца, Малинов снова остановил:
— И это, дай понять Жене, что воровать у аристократов — это подло и нелицеприятно. За такие унижения я помогать не буду, даже если просит помощи моя дочь. Так ему и скажи. Чтобы знал, что больше его никто из бед не вытащит и не прикроет.
Анна почти захлопнула дверь, как отец добавил ещё громче:
— И пусть уже начнёт действительно с тобой заниматься у нас во дворце. Пригласи его. Скажи, что это нужно для репортёров, которые будут якобы следить за нами. И скажи, что нужно показать правдивую картинку, как Женя и ты действительно тренируетесь у нас во дворце.
 
На этом разговор отца и дочки закончился.
***
Красноволосый пивозавр вытер руки от крови.
— Отпустите этого придурка! — злобно скомандовал он. — Пусть валит к себе.