Меня зовут господин Мацумото! Том 4 (СИ)

Китаец минуту помолчал, разглядывая меня с задумчивым видом, пытаясь понять кто же я такой. То, что не влюблённый в девицу юноша, готовый ради неё на всё, он уже выяснил. Поэтому часть развилок дальнейшего разговора он отсёк за ненадобностью.
— Хорошо. Допустим, мы согласимся пойти вам на уступку, вернув цену к прежней, но что нам это даст?
— Деньги, мистер Чен. Самые обычные, чистые деньги. Только прошу, не нужно задавать глупых вопросов вроде, зачем они нам, откуда они у вас? Не будем принижать умственные достоинства друг друга.
— Вы удивительно спокойны, учитывая ситуацию и то, с кем сейчас разговариваете. Не раскроете секрет, почему? Мне просто любопытно, — он попытался зайти с другой стороны, прощупывая собеседника.
— В этом нет ничего странного. Есть определённые дела, которые организации наподобие вашей, — я специально избегал вешать ярлыки, — должны вести честно. Не только потому, что это банально выгодно, но и потому, что это своего рода страховка. Никто не сядет за стол переговоров со лжецами, безумцами и бешеными псами. Дацюань, при всей своей неоднозначной славе, не является ни одним из вышеперечисленного.
Дацюань — так назвалась триада, с представителем которой я сейчас вёл переговоры. Мой ответ собеседнику понравился, но он всё ещё не был достаточен.
— Похвально, что вы это понимаете. Надеюсь, как и то, что это правило работает в обе стороны. Впрочем, меня сейчас больше интересует другое. Кто же вы, мистер Мацумото? — назвал меня китаец на западный манер.
В Макао я прилетел открыто, по своему паспорту. Незачем усложнять простые схемы, внося в них дополнительные причины поломок. Понятное дело, что триада захочет навести обо мне справки, в процессе чего столкнётся с тем же, с чем и все остальные любознательные господа. С ещё большей кучей вопросов. Скрывать кто я — слишком опасно. Они достаточно легко могут выяснить мою настоящую личность, подключив связи в полиции, что грозит появлением огромной массы самых разных проблем. Пока же я абсолютно чист перед законом и предельно подозрителен перед представителями теневой стороны. О моём участии в провале команды Мэйли Дацюань уже должна была всё выяснить, решив, что это и послужило причиной приезда в Китай странного господина Мацумото. Чем меньше в моей истории нестыковок, тем лучше на данном этапе переговоров.
— Скромный офисный сотрудник крупной компании, — сообщил ему с многозначительной улыбкой, не спеша раскрывать подробности.
Делая это очевидным. Намекая, что мы оба умные люди и прекрасно понимаем, невежливо задавать такие опасные вопросы. Да, на ответах можно настоять, но нельзя гарантировать их правдивость. Тут нужно либо принимать ответ, либо отменять переговоры.
— Такой же, как и я? — иронично усмехнулся китаец. — Верю. Нам, в сущности, всё равно зачем японцам понадобилась эта с**а. Всю ценную информацию мы от неё уже получили. Осталось устранить наши сомнения в вашей платёжеспособности и можете её забирать.
Переговорщик указал на то, что у меня с собой не было даже крохотной, дорожной сумки, цепляющейся к ремню.
— Так и я не вижу за вашей спиной товар.
Я опять не стал называть Мэйли по имени, чтобы они не подумали, будто я испытываю к ней привязанность или имею личную заинтересованность в освобождении этой женщины, иначе опять начнутся пляски вокруг новых условий сделки. Вынув из внутреннего кармана бумажку с номером счёта и названием банка, положил её на стол перед китайцем.
— Сюда уже переведена вся требуемая вами сумма. Можете убедиться. Доступ к ней получите после того, как сделка будет завершена. Во избежание недоразумений, сообщаю, пароля от счёта я не знаю. Зато знаю человека, который знает другого человека, тоже находящегося в Японии, у которого где-то записаны требуемые цифры.
— У вас серьёзный подход к делу. Примите моё уважение, — с некоторым разочарованием похвалил переговорщик, изначально надеявшийся обвести японского дурака вокруг китайских, городских ворот пайлоу. — Я передам старшим. Как они решат, так и будет, — заявил о завершении этой встречи.
 
— Буду ждать их решения. Я в Макао задержусь до конца недели. Если за это время ничего не изменится, значит, не судьба.
— Вы ставите нам условие? — его голос приобрёл опасную остроту.
Мужчина, напрягшись, остался сидеть, хотя уже собирался вставать, чтобы уйти первым.
— Нет. И не собирался, — ответил прежним, невозмутимым тоном. — Я заранее ставлю уважаемых людей в известность о том, что не располагаю большим количеством свободного времени. Увы, не всё в этом мире нам подвластно. У меня много дел на родине. Я не могу жертвовать чем-то важным, ради незначительного. К тому же, деньги не должны долго лежать без дела. Если им не найдётся применения здесь, значит, они уйдут туда, где будут нужнее. Причём без моего участия. Напоминаю, я могу распоряжаться этой суммой не более одной недели. Как бизнесмены бизнесмена, они должны меня понять, развёл руками, повторив его недавний жест.
Подстраховался, укрепив выбранный образ, в котором предстал перед представителем триады. Уловив схожесть жестов и полный разворот ситуации, он едва заметно поморщился, признавая потерю инициативы. Это было неприятно, но и вызывало у него невольное уважение к собеседнику. Как минимум, меня признали достойным переговорщиком, что уже хорошо. Если кто-то думает, что с китайцами легко вести дела, что они мягкие, вежливые и уступчивые, значит, он никогда с ними не сталкивался.
— Вы довольно смелый, учитывая, что за вашей спиной никого нет. Храбрость это или глупость, покажет время, — сделал завуалированное предупреждение вновь расслабившийся мистер Чен.
— То, что вы никого не видите вокруг, вовсе не значит, что там никого нет. Я далеко не единственный турист из Японии, посетивший этот замечательный город, — возразил, ответив равным «уколом».
Пусть не опасаются того, что видят, а боятся того, о чём не знают. Старая народная мудрость.
— И где все эти люди? — он насмешливо обвёл рукой ресторанчик, вынуждая раскрыть больше информации.
— Там, где им положено, — посмотрел на него с лёгким укором, показывая, что его уловка слишком явная и детская. — То, что вы их не видите, говорит о трёх вещах. Либо ваши помощники недостаточно внимательно смотрят, — взглядом показал на столик с наблюдателями, вызвав очередной всплеск недовольства господина Чена, направленного на них, — либо мои помощники хорошо прячутся, либо… — замолчал, добиваясь вопроса, которого он не мог не задать.
— Либо… — он охотно мне подыграл.
— Либо я лгу, — улыбнулся так, что становилось очевидно, будто это шутка. — Если появится какая-то определённость в вопросе завершения сделки, звоните. Мой номер у вас есть. Благодарю за беседу, — вежливо кивнул, прощаясь, завершив на этом разговор.
Встав, положил на стол деньги, рассчитавшись за чай с закусками. После этого невозмутимо покинул кафе. Никуда не торопясь, не пытаясь скрыться от наблюдения, которое продолжал на себе ощущать, вернулся в гостиничный номер. Чем меньше я его покидаю, тем лучше. Причём номер я снял в дешёвой гостинице, больше похожей на типовое общежитие для рабочих, недалеко от порта, где обычно останавливаются сельские жители, мигранты и туристы, экономящие на всём. Мой выбор был не случаен. Как и ряд обычных, на первый взгляд, покупок.
Дальше события могли развиваться по разным сценариям. Не знаю кому взбрела в голову столь гениальная идея, но меня действительно попытались обокрасть в надежде найти бумажку с кодом, что значительно упростило бы их задачу обогащения. Вдруг я действительно солгал, причём сразу во всём. Кроме того, почему бы не припугнуть меня, сделав более уступчивым на переговорах? В крайнем случае, хотя бы прояснить вопрос с прикрытием. Если его нет, задать несколько вопросов в другой обстановке, с пристрастием. Если есть, сделать вид, будто Дацюань никакого отношения к нападению не имеет. Списать всё на обычных бандитов, пообещав их найти и наказать. Имей я рекомендацию уважаемого в их кругах человека или воспользуйся услугами проверенного посредника, данную проверку мог бы избежать, однако я представлял сам себя, да ещё и выглядел слишком уж непонятно, словно диковинный, незнакомый фрукт.