Филин. Разрывая страницы (СИ)

— Вот они, наверное, офиге… — Но договорить мне не дали.
Малка словно таран влетела в меня, и впилась сначала мне в губы в порыве чуть ли не животной страсти, а оторвавшись от моих губёнок, держа меня за камзол руками, начала обнюхивать мою шею, словно гончая, беря след дичи.
— Ты пришёл за мной! — Трясла меня княжна, прекратив нюхать. — Кто ты? Ты точно не оборотень.
— Яяяя, — шатался я от тряски. — Ща последний дух вытрясешь. Конечно, не оборотень я. — Убрал я руки со своей одежды. — Ведьма я. Причём практически бессмертная или, ну прям вообще бессмертная. Но проверять я это не буду.
— Ведьма? — Удивлённо уставилась на меня Малка.
— Не, значит, оборотни могут существовать, а ведьмы нет, что ли? — Прищурился я, не желая говорить, что я вампир, пусть и неправильный, а скорректированный силой хранителя миров, на моё счастье.
— Я видела пару ведьм, — задумалась Малка. — Они вроде старухами все были, да и в туман не оборачивались. Да что туман. Они даже погоду на следующий день предсказать не могли.
— Хреновые, какие-то ведьмы, — поджал я губы. — Хотя я тоже погоду не предсказываю.
— Лео, мой Лео, теперь, когда я узнала правду о подлых планах моей семьи, меня ничего не держит здесь. Мы можем уехать вдвоём, прочь от этих мест и междоусобиц стай. — Словно клещ, вцепилась объятьями в меня княжна.
— Пардоньте? — Выбрался я словно червяк из цепких рук девушки. — Я хоть тебя и спас, но у меня свои причины это делать. Как разберёмся с делами, ты свободна как ветер, езжай куда хочешь.
— Я с тобой. Ты мой избранник, а альфа самки неизменны выбору до смерти избранника. Я тебя люблю Лео.
— Ахренеть колёсный трактор, — выдохнул я, смотря на красивую и растрёпанную девушку оборотня. — Ты даже не представляешь, что тут происходит на самом деле, и чем это кончится.
— Что ты имеешь в виду? — Удивлённо подняла княжна брови.
— Я как бы ни тот человек как ты думаешь. Я вообще в каком-то принципе не человек. — Начал я говорить, но вдали послышался вой многочисленных оборотней.
Схватив Малку за руку, я быстрым шагом повёл её в направлении города.
До Чебана было, чуть больше пяти километров, но мы, перемещаясь на своих двоих, были куда медленней полно приводных шерстяных врагов. К тому же Малка в своём платье, которое волочилось по земле, была совсем не расположена к марафону по чернозёму.
— Не, так дело не пойдёт. — Остановился я, разворачиваясь к тащившейся за мной следом княжне.
И тут из кустов и деревьев, оставшихся позади, выскочили полностью обратившиеся оборотни. Они, поднимая брызги рыхлой земли, неслись на всех четырёх лапах к нам, скаля белые огромные клыки.
— Быстрые какие. — Заныл я, отпуская руку Малки.
Девушка испуганно сделала шаг за мою спину, и влетела в грязь чуть ли не по щиколотки.
— Это конец, я лучше умру, чем попаду в их лапы. — Смотрела Малка на приближающуюся стаю.
— То есть у тебя в подолах завалялось что-то серебряное? — Повернул я на княжну, голову.
— Нет. Серебро жжёт кожу. — На автопилоте брякнула Малка.
— Тогда как ты помирать собралась? Ваше племя пушистиков только серебришко берёт. — Нервно улыбнулся я.
Оборотни были уже в десятке метров, несясь, словно за ними служба отлова бездомных животных гналась.
— Ну, понеслось говно по трубам. — Рванул я к оборотням навстречу.
Тело словно этого и ждало, предвкушая драки, что уже стали нормой в моей жизни.
Распавшись на багряный вихрь, я влетел в первого оборотня и на полном ходу снёс его назад словно от удара тарана.
Воплотившись в тело, я только и успел, схватить за загривок второго зубастого пекинеса переростка, а влепить ему со всей дури кулаком по морде боковым ударом.
Хрустнули кости запястья, ломаясь от силы удара и крепости морды оборотня. Моя кисть бессильно разжалась, бешено регенерируя, а враг, упав на землю, прокатился кубарем пару метров, покрываясь грязью и теряя пару клыков.
Но на этом моя удача кончилась. Всё-таки их было не два, а целая стая, как минимум из десятка особей.
 
Острая боль пронзила предплечье, на котором сомкнулась пасть рыжей шавки, и он словно заправский бойцовский пёс, мотнул головой, дробя мои кости и разрывая плоть.
Я и ударить его не успел, как в грудь влетел особо большой волк, и откинул меня на добрые три-четыре, а то и пять метров назад. За болью в груди от переломанных рёбер, я сразу и не понял, что моя правая рука осталась в пасти укусившего меня зверя.
Прокатившись по рыхлому полю, словно по маслу, я весь перепачканный грязью и кровь, приподнимая голову, увидел, как шесть огромных под полтора метра в холке оборотней скалясь, прижимаясь к земле на полусогнутых лапах, стали окружать меня, беря в кольцо. А оставшиеся оборотни окружили Малку, рыча словно заведённые, капая слюнями смотря на княжну.
Один из вервольфов так и сжимал в пасти мою откусанную руку, из которой капала алая кровь.
— Пипец вам товарищи! — Заорал я, в один присест, вскакивая на ноги.
В мою голову, то и дело поступали сигналы из кровоточащей культи. Но адреналин вкупе с яростью, стал затмевать мне разум. На подсознании всплыли слова рогатого недоразумения.
— «Я же высший вашу мать вампир».
Издав сдавленный рык, я почувствовал режущую приятную боль от прорезавшихся клыков. А глаза стали видеть всё словно в совсем лёгкой красноватой дымке.
— Щя я вам устрою другой мир! — Заорал я, а моя культя вдруг задрожала, окутываясь густым багрянцем, который вмиг взорвался десятками капель крови. А я снова шевелил восстановленной рукой, сжимая кисть в кулак.
— Хрена⁈ Я и так могу? — Со смесью злорадства и удивления прошипел я.
Оборотни застыли в нерешительности, смотря на меня, и на то, как я снова обладал двумя руками. Один даже повернул морду в сторону, смотря на пасть соседа с моей былой рукой в его зубах.
Не успели пёсили опомниться, от первичного шока, как я словно молния влетел в их строй, и пнул первого зубастика. Удар получился настолько мощным, что оборотень сделал сальто назад в воздухе, отлетая на пару метров падая плашмя на пузо.
Я же, не сбавляя оборотов, подпрыгнул, и ударом с двух кулаков используя их тыльные стороны, как молоты, вдавливая второго вервольфа в землю, вышибая при этом из него дух.
Крутанувшись вокруг своей оси, я нанёс удар с разворота ногой третьему, в крутящем моменте вырывая свою бывшую конечность из пасти четвёртого, и ей же, как только моя нога встала в рыхлую почву, наотмашь влепил по оскаленной пасти ещё одному волчаре.
Росчерк лапы оборотня был внезапен, но не для меня в данном состоянии. Уйдя чуть в сторону, я перехватил ударную когтистую конечность вставшего на задние лапы вервольфа, и показал ему, чему я научился, в одном из своих путешествий вспоминая своего тренера по членовредительству.
Хруст ломающихся костей огласил всё пространство, а я, проведя болевой, выходя на бросок, вмял рожу волка сапогом в землю чуть ли не наполовину.
— Это тебе за мою руку. — Всё вдавливал я оборотня в землю.
И снова разворот, и уход от прыжка очередного монстра, который слегка отрезвил меня. Ведь как я не ломал этих плющевых засранцев, они также восстанавливались.
— Ландыш с вами, — проорал я в морду оборотня, которого поймал в прыжке за шею, и швырнул его на трёх таких же, как он оборотней. — Злые вы! Уйду я от вас. — Взорвался я туманом и словно гиперзвуковая ракета влетел в псов окруживших, стоявшую в шоковом состоянии от увиденной картины Малку.
Подходив княжну, я устремился прочь от поля боя, который мог затянуться на долгие часы, ибо все мы тут имели регенерацию.
На бешеной скорости я нёсся, чуть ли не над землёй, не имея точного маршрута назначения, и дороги, но сейчас моя скорость и выносливость, была в разы больше чем при побеге из замка, что давало мне огромное преимущество перед преследователями.
Когда я всё же спикировал на землю, принимая человеческий вид, мы были, хрен пойми где, и только одиноко стоящая мельница вращала своими лопастями под напором водяного колеса.