Герой моих снов (СИ)

Вот только с вещими снами всё совсем непросто. Форма сна не всегда имеет значение. Пророчество часто таилось в деталях, и непристойная часть могла быть порождением её многолетнего одиночества. Мэтр мог быть ключом к её снам, а мог быть незнакомцем, который она «узнала» просто потому, что он ей понравился в реальной жизни, и разум невольно соединил два образа в воображении. Посоветоваться бы с кем. Вот что случается с провидцами, которые скрывают сны.
Тари подняла голову. То есть мэтр Артис сейчас спит где-то наверху? Сразу захотелось пойти поискать, поймать за руку. Чтобы отдать свитки, конечно. Она встала и решительно выплеснула себе в лицо пригоршню воды из умывальника.
Шанс подкараулить мэтра действительно был не нулевой. Занять кабинет озарений на третьем этаже, дождаться, когда он придёт поработать и пригласить встретиться без лишних глаз. Проблема в том, что она не знала точно, где мэтр остановился. И после вчерашнего она боялась оставаться в пустых комнатах. Тари решила подойти к нему после лекции. Она ведь адептка, а не студентка, и приехала как раз общаться с мэтрами и решать свои проблемы с видениями. Ничего подозрительного. Ничего неприличного. И неловко ей не будет.
Она умылась и оделась, сразу накинув плащ, и отправилась на поиски кухни. Сама по себе кухня оказалась невелика: в неё влезло несколько отдельных бездымных горелок, разделочный стол, ещё одна подогреваемая бадья с тёплой водой, шкафы с разномастной потёртой посудой и отдельный холодильный шкаф. Зато сразу за дверью обнаружилась столовая на дюжину человек. Тари погрела пирог на сковороде, а пахту развела кипятком и, наконец, отогрелась, как будто впервые в Тель-Астрии. Этаж пустовал, и, если бы не приглушённые шумы снизу, жилое здание казалось бы заброшенным.
До начала лекции ещё оставалось время, и Тари тщательно записала свой последний сон. Беседовали они во сне долго, как будто встреча с мэтром в жизни как-то прочнее связала сны с его личностью. Хотелось обсудить записанное с кем-то опытным, вытащить и понять символы, метафоры.
Полная противоречивых чувств Тари прогулялась по территории ордена, изучила при свете дня занесённый снегом фонтан в центре внутреннего двор. Резные бортики украшали сцены из странствий Нии, и почему-то их вид утешил девушку. Главное здание тоже оказалось весьма примечательным: неповоротливое и приземистое, очень древнее, сильно старше того, в котором орден располагался в Марлее. К полудню она неторопливо дошла до пекарни. Ойшра и Илириония не заставили себя ждать. Тари взяла кусок пирога с пареным луком и капустой, а также кувшин слабого эля. Пироги здесь пекли отличные, и денег ей хватало — многие вообще простым хлебом обходятся — но назавтра Тари твёрдо решила сходить на местный рынок. Перед зданием Школы Тари спохватилась, что глупо будет сидеть в аудитории с кувшином, и поднялась отнести его к себе. Заходя в комнату, она нервно огляделась, но ничего подозрительного не обнаружила. Оставив эль на подоконнике вместе с едой, она было спустилась вниз, но вдруг расслышала обрывок беседы. В одном из голосов она узнала леди Анну:
— Вам пришлось подниматься, ах, мне так неудобно, — кокетливо ворковала она. Тари поспешила прочь, но вдруг остановилась как вкопанная.
— Нельзя позволить прекрасной тэрне замёрзнуть! — ласково прогудел мужской голос. Леди Анна захихикала. «Я точно это слышала где-то. Именно в такой формулировке», — интуиция для провидца всегда оставалась рабочим инструментом, и Тари своей доверяла. Осторожно наклонившись в пролёт, Тари попыталась разглядеть спутника Анны через перила. Мужчина носил цвета ордена. Лица она не увидела, но по голосу и силуэту предположила человека средних лет. Леди Анна подала руку для поцелуя.
— Вы мне льстите, магистр Леопольд.
— Ничуть.
— Когда мы с вами увидимся вновь?
— Я буду в отъезде не дольше полудюжины дней. Вы же знаете, у нас с вашим наставником совместное исследование.
— Ох, чуть не забыла, магистр Лоуренс просил передать, что окончательно перенёс кабинет в старое здание.
 
— Благодарю, дорогая.
Тари очень-очень тихо спустилась вниз, пока влюблённые прощались. Она сейчас услышала важный разговор. Скверно. Магистр Тарнас доверял Леопольду, но зато Тари уже совершенно не доверяла Лоуренсу после того, как её разместили в комнате без замков и рылись в вещах. Остаётся только мэтр Артис… Можно ли доверять ему? А если нельзя, ради Всепрощения, зачем она вообще здесь?
Выйдя из здания, Тари поторопилась к Школе. Ойшра обещала занять ей место, но опаздывать всё равно не стоило. По дороге Тари всё вертела в голове запомнившуюся фразу про «прекрасную тэрну», пока не осенило: она слышала её во сне дюжину дней назад.
Тари застонала вслух: она просто собиралась отдать свитки с государственными тайнами двум достойным прорицателям, а пришлось врать, юлить и подслушивать. А теперь и её непристойные сны, о которых она никому не рассказывала, тоже оказались связаны с будущим Империи.
Тари поднялась по ступеням Школы. Сюда уже было не так просто попасть, как на лекцию в кафе: вольных слушателей стража ордена пропускала только по билетам. Она забеспокоилась, но охранник лишь мельком взглянули на её фибулу адепта и махнул рукой, задавая вопросов.
Тари уже выяснила, как добраться до главной аудитории. Довольно скромной, нужно заметить, по сравнению с лекториями Марлейского Университета: аудитория вмещала едва ли полторы сотни человек. Впрочем, и поток явно был поменьше, желающие заняли едва ли половину мест. Тари нашла новых приятельниц на первом ряду и вздохнула. Разумеется.
— И вам нравится сидеть так близко к кафедре? — спросила она, протискиваясь мимо других слушателей.
— Конечно, — закивала Илириония, — отсюда прекрасно видно и слышно. Вот в кофейне было шумновато, а я не настолько хороша в арифмомантике, чтобы додумывать прослушанное. Сегодня наверстаю.
— Ещё она хочет продемонстрировать рвение, чтобы мэтр Артис её заметил, — подсказала Ойшра. — Впрочем, и я бы не отказалась: он участвует в отборе адептов для ордена.
— Основательная подготовка, — вслух одобрила Тари.
На самом деле её тянуло сесть в самом дальнем углу и желательно под столом, но не сбегать же внезапно при всех. Закрыть лицо и сползти вниз как вчера тоже не выйдет, в первом-то ряду. Ох, длинной будет лекция.
Илириония принесла с собой тетрадь, белоснежную и на вид дорогую, и сейчас аккуратным почерком выводила формулы, которые запомнила с прошлого занятия. Ойрша поправляла.
— На кого бы расчёт сделать? — Илириония полюбовалась записями и подула на подсыхающие чернила. Её исследовательский порыв прервало появление мэтра Артиса. Он стремительно вошёл и поднялся на кафедру.
— Рад видеть вас и сегодня, — поприветствовал он аудиторию, улыбаясь. — Надеюсь, никто не забыл, на чём мы остановились. Сегодня у нас углублённая лекция, поэтому требуется наглядная демонстрация.
Мэтр взмахнул рукой, расцвечивая высокую свободную стену за своей спиной текстами и иллюстрациями. Тари запрокинула голову и с удивлением рассматривала доску: она знала в теории, что большинство чистокровных тэрнов — маги со склонностью ко льду, но подобная нарочито-беззаботная и точная иллюзия говорила о кропотливом развитии дара. Мэтр Артис слыл превосходным предсказателем, но сейчас показал себя и сильным магом.
Илириония спешно переписывала недостающее. Тари тоже достала свой маленький командировочный планшет с бумагами и любимый карандаш. На самых дальних листах планшета пряталось описание сегодняшнего сна. Стоило задуматься о нём, и Тари не удержалась от взгляда на мэтра. Он повесил плащ на кафедру и остался в плотном дублете и рубашке, будто не замечая холода в аудитории. Рассказывая о принципах подсчётов, он указывал рукой нужные строки на стене. Тари следила за движениями его ладоней, за длинными пальцами, и на мгновение буквально ощутила, как они скользят по её телу. Попыталась отвлечься, вслушиваясь в лекцию.
Мэтр читал хорошо: уверенно, живо. Не сбивался и приводил примеры, охотно отвечал на вопросы. Но время шло, и его голос всё громче отдавался эхом любовного шепота из снов. Тари вдруг поняла, что не может отвести глаз от лица Артиса, и не понимает ни слова. В очередной раз обращаясь к аудитории, мэтр повернулся к первому ряду и встретился взглядом с Тари. У неё перехватило дыхание. Мэтр Артис тоже вдруг запнулся и потерял нить рассказа на несколько секунд. С усилием заставил себя отвернуться и только тогда сумел продолжить. Тари захотелось немедленно залезть под стол и спрятаться. Илириония склонилась к самому её уху: