Милые обманщицы. Грешные
– Меня родители тоже заставляли заниматься, – улыбнулся Исаак. – Ну… что еще? У отца своя кейтеринговая компания. И поскольку я – хороший парень и его сын, да еще и дешевая рабочая сила, мне часто приходится работать на мероприятиях, которые он обслуживает.
– Значит, ты умеешь готовить? – улыбнулась Эмили.
– Не-а, – покачал головой Исаак, – в этом плане я безрукий – даже тост сделать не могу. Я только обслуживаю. На следующей неделе работаю на благотворительном вечере в центре послеожоговой реабилитации. Это еще и клиника пластической хирургии, но, надеюсь, данное мероприятие проводится не с целью сбора средств на что-нибудь такое. – Он скорчил гримасу.
Эмили широко раскрыла глаза. В Роузвуде и его окрестностях существовала только одна клиника пластической хирургии и послеожоговой реабилитации.
– Ты имеешь в виду «Уильям Атлантик»?
Исаак кивнул с вопросительной улыбкой.
Эмили отвела взгляд и с безучастным видом уставилась на большой бронзовый гонг, стоявший возле стойки хостесс. Какой-то мальчишка, у которого выпали два передних зуба, все пытался ударить по нему, но отец крепко держал его за руку. В клинике «Уильям Атлантик» – или «Билл Бич», как называли ее многие, – залечивала ожоги Дженна Кавано после того, как Эли случайно ослепила ее петардой. А может, и не случайно… Эмили уже не знала, чему верить. Там же лечила свои ожоги и Мона Вондервол.
Исаак сдвинул брови:
– В чем дело? Я сказал что-то не то?
– Я, м-м… – Эмили пожала плечами, – знакома с парнем, чей отец основал ожоговую клинику.
– Ты знаешь сына Дэвида Эккарда?
– Мы с ним учимся в одной школе.
– Ну да, – кивнул Исаак. – Роузвудская частная школа.
– Я на частичной дотации, – быстро сказала Эмили. Меньше всего ей хотелось, чтобы он счел ее представительницей избалованной «золотой молодежи», которая купается в деньгах.
– Должно быть, ты очень умная, – заметил Исаак.
– Не-а. – Эмили нагнула голову.
Мимо прошла официантка с подносом, на котором стояли тарелки с «цыпленком генерала Цо».
– В субботу отец обслуживает благотворительный вечер роузвудской частной школы в каком-то богатом доме на десять комнат.
– О, вот как? – У Эмили екнуло сердце. Исаак явно вел речь о мероприятии в доме Спенсер, о котором сегодня утром объявили на классном часе. Благотворительные аукционы посещали почти все родители и многие школьники, не желавшие упустить возможность красиво одеться и тайком от взрослых выпить шампанского.
– Значит, я увижу тебя там? – Лицо Исаака просияло.
Эмили вонзила вилку в ладонь. Если она там появится, начнутся расспросы, почему они вместе. Если не появится, Исаак сам начнет спрашивать про нее, и кто-нибудь, как пить дать, откроет правду о ее прошлом. Например, Ноэль Кан, или Майк Монтгомери, или даже Бен, бывший парень Эмили. Может, и новоявленный Аноним тоже будет там.
– Наверное, – решила она.
– Здорово. – Исаак улыбнулся. – Я буду в смокинге официанта.
Эмили покраснела.
– Тогда, может, ты лично будешь меня обслуживать? – кокетливо предложила она.
– Договорились, – ответил Исаак. Он стиснул ее руку, и у Эмили сладостно защемило сердце.
Неожиданно Исаак поднял взгляд поверх головы Эмили, улыбаясь чему-то за ее спиной. Она резко обернулась и похолодела. Моргнула несколько раз, надеясь, что стоящая сзади девушка – это просто мираж.
– Привет, Эмили. – Майя Сен-Жермен убрала с лица вьющуюся прядь, падавшую на ее желтые, как у тигра, глаза. Одета она была в толстый белый свитер, джинсовую юбку и белые колготки из толстой пряжи. Майя переводила взгляд с Эмили на Исаака и обратно, силясь понять, почему они вместе сидят в этом ресторане.
Эмили высвободила свою ладонь из ладони Исаака.
– Исаак, – сипло произнесла она, – это Майя. Мы учимся в одной школе.
Исаак приподнялся за столом, протягивая руку.
– Привет. Я – парень Эмили.
Майя выпучила глаза и отступила на шаг, словно Исаак только что признался, будто слеплен из коровьего навоза.
– Понятно, – шутливо протянула она. – Ее парень. Хороший прикол.
Исаак сдвинул брови:
– Прошу… прощения?
Майя нахмурилась. А потом время, казалось, замедлило свой ход. Эмили увидела, как на лице Майи отражается осознание – это вовсе не шутка. Насмешливая улыбка заиграла на ее губах. Так у тебя и вправду с ним свидание. В глазах Майи появился злобный блеск. И ты скрыла от него, какая ты на самом деле, как и от Тоби Кавано. Похоже, ее бывшая просто в ярости. Ведь Эмили всю осень издевалась над ней: изменяла с Тристой, встреченной в Айове девушкой; обвинила Майю в том, что она и есть «Э», несколько месяцев с ней вообще не разговаривала. Сейчас Майе представилась отличная возможность расквитаться за все обиды.
Не давая ей сказать ни слова, Эмили вскочила из-за стола, сдернула куртку со спинки стула, схватила сумочку и, лавируя между столиками, устремилась к выходу. Она не видела смысла в том, чтобы сидеть и ждать, когда Майя расскажет про нее Исааку. Не хотела видеть разочарование – а скорей всего, и омерзение – в его глазах.
Ледяной воздух обжигал лицо. Добравшись до своей машины, девушка прислонилась к капоту, пытаясь обрести самообладание. Заглянуть в ресторан она не смела. Лучше сесть в машину, укатить прочь и никогда больше не появляться в этих местах.
По пустынной стоянке гулял ветер. Большой уличный фонарь над головой Эмили мерцал и раскачивался. Потом что-то зашуршало за массивным «Кадиллаком», стоявшим через два парковочных места от ее Volvo. Эмили привстала на носочки. Что это – чья-то тень? Там кто-то есть? Она полезла за ключами от машины, но они затерялись где-то в недрах сумки.
Пикнул телефон. Эмили приглушенно вскрикнула. Дрожащими руками вытащила мобильник из кармана. Одно новое сообщение. Она ткнула в клавиатуру.
Привет, Эм. Неприятно, когда твоя бывшая внезапно появляется и портит тебе романтический вечер, да? Интересно, как она узнала, где тебя искать… Считай, что это предупреждение. Будешь болтать – и твое прошлое окажется для тебя самой пустячной из твоих проблем. – Э.
Девушка пригладила волосы. Теперь все встало на свои места: «Э» сообщил Майе, что Эмили в этом ресторане, и Майя, желая отомстить, клюнула на наживку. Или, еще хуже, она и есть новоявленный Аноним.
– Эмили?
Она резко обернулась, чувствуя, как в груди бешено бьется сердце. Сзади стоял Исаак. Парень был без куртки, его щеки раскраснелись от холода.
– Почему ты здесь стоишь? – спросил он.
Не в силах встретиться с ним взглядом, Эмили смотрела на светящиеся линии, разграничивающие парковочные места.
– Я подумала, что будет лучше уехать.
– Но почему?
Девушка медлила с ответом. Судя по голосу Исаака, он на нее не сердился. Скорее, пребывал… в замешательстве. Она перевела взгляд на окна ресторана, наблюдая, как официантки снуют между столиками. Неужели Майя ее не выдала?
– Прости, что я это сказал, – продолжал Исаак, ежась от холода. – Что я твой парень. Само вырвалось. На самом деле, нашу сегодняшнюю встречу я не расценивал как свидание.
В лице Исаака читалось искреннее раскаяние. И Эмили вдруг увидела всю ситуацию с его точки зрения: он решил, что девушка ушла из-за него – из-за того, что он ляпнул, не подумав.
– Не извиняйся, – с жаром воскликнула она, усилием воли унимая дрожь в замерзших руках. – Не извиняйся, прошу тебя!
Исаак моргнул и робко улыбнулся.
– Я хотела, чтобы у нас было свидание, – выдохнула Эмили и, произнеся это, мгновенно осознала, что говорит чистую правду. – А благотворительный аукцион нашей школы, на котором ты должен работать… Попроси отца, чтобы он не задействовал тебя в этот вечер. Хочу, чтобы ты пошел туда… как мой парень.
– Думаю, – улыбнулся Исаак, – на один раз отец меня отпустит. – Он стиснул ее ладони и привлек к себе. Потом, словно вспомнив что-то, спросил тихо: – А что это за девчонка была в ресторане?