Милая, (с)нежная, желанная (СИ)

Значит, если я попаду на ту сторону, то стану лисой. И не смогу обернуться. Но Севир же вернулся! И способность к обороту не потерял.
- А люди? Им не пересечь лес?
- Ни одного случая не знаю, чтобы здесь, у нас, человек появился, - ответила няня. – А я уж давно на свете живу. Не простой это лес, страшный, с волшебством.
В дверь постучали, и слуги занесли подносы с едой.
- Ужин для вас обеих, - пояснил один из них. – Мессер распорядился.
Я хотела спросить его, вернулись ли Севир и Лука из бани, но передумала. Даже если это так, ужинать они решили без меня. Не буду им мешать.
Аппетит исчез, настроение окончательно испортилось. Я ела через силу, и так же через силу улыбалась няне, чтобы не тревожить ее. Не хватало еще, чтобы она опять отчитывала Севира! А после ужина сразу сказалась уставшей, и няня оставила меня одну, ушла к себе.
Еще одна бессонная ночь? Сколько их еще будет…
Я вспомнила, что видела снотворные капли в коробке с лекарствами, когда обрабатывала раны Луки и Севира. Интересно, слуга принесет их мне, если попросить? Накинув шаль, я вышла из спальни. Свет уже погасили, а я не захотела возвращаться за лампой. Постояла немного, чтобы глаза привыкли к темноте, а потом осторожно двинулась вперед. Не кричать же на весь дом, подзывая слугу, когда все легли спать. Поищу на кухне, обычно там…
- Ой!
Я врезалась в кого-то и едва устояла на ногах.
- И куда это ты направляешься? – шепнули на ухо, ловя в кольцо крепких объятий.
Лука!
- Я… я капли хотела… - пробормотала я, млея от нежных поцелуев в шею.
- Какие еще капли? – удивился он.
- Не могу уснуть…
Лука фыркнул и, подхватив меня на руки, куда-то понес. Я прильнула к его груди, наслаждаясь теплом и запахом. А Севир? Как же он?
- Принес?
Я вздрогнула, услышав знакомый голос.
Севир! Мы в его спальне.
- Доставил в лучшем виде, - гордо ответил Лука. – Представляешь, поймал в коридоре.
- Пыталась сбежать?
- Искала лекарство от бессонницы.
Лука опустил меня на кровать, где уже лежал Севир – с голым торсом, но в штанах. И конечно же, на животе.
- Как вы, мес…
Я попыталась встать, но он придавил меня рукой к кровати, а после поцеловал в губы.
- Ты нашла свое лекарство, крошка, - зевнул он, подминая меня под себя.
- Эй, всю не забирай, - возмутился Лука, устраиваясь с другого боку.
Тоже в штанах, и тоже на животе.
В итоге они стиснули меня с двух сторон, как грелку. Севир уткнулся носом в шею, Лука положил голову чуть ниже, на грудь. Я довольно жмурилась, ухитряясь поглаживать по волосам обоих.
- Всем спать, - велел Севир. – Это приказ.
Кажется, я уснула первой.
 24. Урок 
Лука
Я привык вставать рано, вместе с Севиром. Для полноценного отдыха вполне хватало нескольких часов сна. А сегодня и вовсе повезло: мы с Севиром окончательно помирились, и Фанни спала в нашей постели. За ночь даже боль в ягодицах поутихла, хотя Севир сдержал обещание: сидеть с комфортом в ближайшие дни я точно не смогу.
Фанни сладко посапывала, перевернувшись на бок. Сзади ее обнимал Севир, зато я любовался грудью: бретелька ночной сорочки сползла с плеча, обнажив округлый холмик с нежно-розовой ареолой и темной горошиной соска.
Я потянулся к груди, безумно хотелось поцеловать вершинку, обхватить ее губами и пососать, чтобы она стала твердой. Однако Севир оказался шустрее: он отвесил мне легкий подзатыльник и прошипел едва слышно:
- Пусть еще поспит.
И то верно, нельзя думать только о себе. Вчерашний урок нескоро забудется. Боль пройдет, синяки исчезнут, но потрясение, которое я испытал, запомнится надолго.
Я подвел Севира. Не верить другу хуже, чем быть обманутым им. Он имел полное право прогнать меня взашей. И я думал, что он так и поступит. А Севир помчался следом, беспокоясь обо мне. Наплевав на рану, что я же ему и нанес. Так что, я не в обиде за жесткую порку.
Кивнув, я бесшумно скатился с кровати. Севир тоже поднялся, но Фанни, словно почувствовав, что осталась одна, захныкала во сне, заворочалась, ища нас. Севир вздохнул и лег обратно.
 
- Давай по очереди, - сказал он тихо. – Иди.
Фанни прижалась к нему и вновь задышала ровно, а я поспешил в ванную комнату. Утренние процедуры, легкая разминка, а от глотка обжигающего кофе можно отказаться. Если бы мы были в столице, то Севир просматривал бы почту, а после завтрака гонял бы секретаря, диктуя ответы и корректируя дневное расписание. А я выполнял бы особые поручения – то, что Севир не мог доверить секретарю, но не успевал сделать сам. Сейчас же я вернулся в спальню, в теплую постель.
Повернувшись, Фанни уткнулась мне в плечо. Севир, прихрамывая, вышел из комнаты. Как стыдно за свое поведение… Я лег так, чтобы чувствовать боль. Наверняка, она слабее той, что испытывает Севир, но так мне немного легче.
Вчера Севир не щадил меня, охаживая ремнем. Чтобы не орать на весь трактир, я вцепился зубами в предплечье. А после, бросив ремень на стол перед моим носом, Севир попросил не устраивать забеги по местности, если мне вдруг покажется, что этого мало.
- Просто скажи, хорошо? – устало произнес он. – Если вернется чувство вины, просто скажи мне.
- Снова выпорешь? – огрызнулся я.
- Это именно то, чего ты хочешь, - ответил он, поведя плечом. – Честнее просить о порке, чем вести себя… так.
- Как?
- Как обиженный ребенок, - отрезал Севир.
Он и словом умел приложить так же больно, как и ремнем. Сейчас, вспоминая об этом, я крепко стиснул зубы, испытывая досаду. Севир ненамного старше меня, но давно повзрослел, а я так и остался мальчишкой. По крайней мере, в его глазах.
Честно говоря, мне казалось, что Севиру нравится мой взрывной и непослушный характер. Я мог бы вести себя серьезнее, но привык к тому, что Севир – строгий старший брат или даже отец. И уж точно не предполагал, что ему надоели мои выходки.
«Когда ты научишься думать не только о себе?»
Стыдно признаться, но после этой фразы я едва не расплакался, как ребенок. И сейчас она причиняет боль, как будто Севир выжег ее на моем теле раскаленным металлом.
Фанни словно почувствовала, что я лежу на спине, и прильнула к груди, используя меня, как подушку. Приобняв ее одной рукой, другую я положил под голову и уставился в потолок. Плечо уже не болело, и повязку я снял. Так и есть, Севир пощадил меня в драке. А я…
- Чего куксишься? – спросил Севир. – Болит?
Не заметил, как он вернулся. Шмыгнув носом, я отрицательно качнул головой.
- Обернись, - предложил он. – Не могу смотреть, как ты страдаешь.
- А я не могу смотреть, как страдаешь ты, - возразил я упрямо. – Только тебе оборот не поможет. Так что и я не буду.
- Как хочешь, - хмыкнул Севир. – Но мое разрешение ты получил.
- Давай сменю повязку.
- Позже. Пусть Фанни еще поспит.
Мы разговаривали тихо, и наша лисичка дышала ровно и спокойно.
- Странно… - вырвалось у меня.
- Что именно?
Севир вытянулся на кровати, стараясь не касаться Фанни.
- Странно видеть тебя таким, - признался я. – Вчера утром ты отвергал ее, а сейчас охраняешь сон.
- А ты попробуй как-нибудь сопротивляться истинной связи, - пробурчал он. – И я посмотрю, надолго ли тебя хватит.
- Так дело только в этом?
- Исключительно.
- Севир, я тебе не верю.
- Это я уже понял.
- Да я не то имел в виду!
Надо же было такое ляпнуть! Я расстроился так сильно, что осторожно высвободился из объятий Фанни и отвернулся.
- Эй, малыш… - окликнул меня Севир.
Я закусил губу, чтобы не выпалить очередную глупость. Доказывать, что я не малыш, придется делом, слова тут бессильны.
- Лука. – Севир тронул меня за плечо, перегнувшись через Фанни. – Не заставляй меня вставать и  обходить кровать. Ну что ты опять…
«Как обиженный ребенок», - промелькнуло в голове, и я резко сел.