По закону вселенской подлости (СИ)

–Ты мне поверишь, если я скажу, что посадочная площадка цела и невредима? – вопросом на вопрос ответил мужчина.
–Нет, не поверю, – не стала лгать по мелочам я. – Я ещё раз тебе напоминаю – карте двести лет, планета необитаема, следить за постройками некому, чинить тоже, – тут я запнулась, заметив отразившуюся в приборной панели ухмылку гира Вернева, и резко развернувшись в кресле, чтобы быть к нему лицом, спросила. – Там, что есть роботы? Люди?
–Ари, вот сядем на планету и сама всё увидишь, – продолжал загадочно улыбаться этот мерзавец. – Я думаю, тебе там понравится.
«Что ты захочешь там остаться», – закончило за него моё сознание, от чего по спине поползли мурашки. Умом я понимала, что на планете они меня не оставят ибо крейсер сами пилотировать без меня не смогут, система распознавания и ИРЭК не дадут. Правда всегда есть одно «но», а именно – «но они могли взломать систему и подменить образ хозяина».
На меня в очередной раз накатила паника, которую едва смогла подавить. Очень хотелось вытолкать взашей землянина, заблокировать рубку и потребовать у аватара полный отчёт по работе всех систем, пусть его изучение и потребует несколько часов. Только и здесь было проклятое «но»! Боюсь, гир Вернев не даст себя просто так вытолкать, а если такое чудо случится, то мой порыв вызовет большие подозрения, коих мне сейчас совсем не надо. Хорошо хоть наша с ИРЭКом авантюра с зондами, вроде как удалась, то есть и «цепочка» была рабочая, и пассажиры не догадывались о козырном тузе в нашем рукаве. Ну, может, и не туз, а хотя бы козырная дама, что тоже неплохо.
Посопев немного и не слишком громко, просто так, чтобы кое-кто уразумел, насколько меня злят его недомолвки, я малым ходом вела «Ласточку» сквозь кучки, кучи и кучищи разнокалиберного мусора, вольготно дрейфующего по всей Солнечной системе. Когда Вернев предупреждал меня об этом, я просто не могла себе представить подобный масштаб загрязнения. Во всех цивилизованных системах сейчас такие штрафы за загрязнение космического пространства, что проще из бластера в лоб, чем расплатиться по штрафному квитку. А тут…, бабка моя праведница!.. просто золотая жила для любого владельца станции переработки отходов. Хм, идея! Если ничего с этим заказом не выгорит, и я останусь цела и невредима, то загоню эти демоновы анабиозные капсулы и робота до кучи какому-нибудь музею, куплю «мусорщик» (разговорное название станции переработки отходов) и пригоню её сюда. Есть только одна проблема, как его сюда незаметно перегнать. А-а-а, придумаем что-нибудь!
«Ласточка» плавно огибала скопления мусора, подныривала под них, а порой и вихляла так, что, надеюсь, кое-кого из пассажиров очень сильно тошнило. Ну, а лично я наслаждалась полётом, очень уж мне напоминал экзамен по пилотированию корабля в условиях астероидного пояса. Ностальгия.
–Такими темпами мы не успеем высадиться до захода солнца, – задумчиво выдал гир Вернев.
–Можешь сам попробовать, – любезно предложила ему, не отвлекаясь от экранов, – вдруг быстрее получится.
–Нет, благодарю, – отказался от такой чести землянин и опять встал позади моего кресла, но на этот раз ещё и облокотился на него, похоже вихляние корабля его не смущали.
–Сядь, пожалуйста, в кресло навигатора, – с нажимом попросила его и решила пояснить. – Отвлекаешь.
Вообще я хотела сказать, что он меня бесит, но решила не нарываться на скандал или тихую мужскую обиду. Наниматель хмыкнул, но послушно опустился в кресло и даже пристегнул ремни, как образцовый пассажир. Дальше до самой орбиты в рубке было тихо, мирно, а кому-то, судя по редким полузадушенным зевкам, ещё и скучно. И чего спрашивается, сидит, страдает? Давно бы ушел к себе в каюту и чем-нибудь занялся полезным, а не меня караулил.… Стоять! А ведь и впрямь караулит, скорее всего. Ха, ну пусть караулит, толку-то сейчас от этого.
Чем ближе становилась Земля, тем гуще дрейфующие кучи мусора, пришлось ещё сбрасывать скорость и ползти, подобно раненой полупарализованной черепахе. Вернев, надо отдать ему должное, философски отнёсся к тому, что его плану по высадке на планете до захода солнца провалился. Мужчина с любопытством присматривался к кускам непонятных конструкций проплывающих мимо нас и периодически комментировал увиденное.
 
Крейсер, как рыбка, вынырнул из «моря» мусора и вошёл в плотные слои атмосферы, увлекая за собой пару ближайших обломков, которые попав в поле тяготения, стремительно набирали скорость и сгорали. А мы сгорать не хотели, поэтому поспешила включить тормозные двигатели, в попытке уменьшить скорость, после чего перешла на маневровые и по пологой пошла на приземление. Порадовалась, что при приземлении на планету перегрузки почти не чувствуются, это вам не на сверхсветовую перейти. Так небольшой дискомфорт испытывала, не более.
Войдя в тропосферу, ниже границы облаков, и ориентируются на координаты выданные нанимателем, повела «Ласточку» над поверхностью выискивая место, обозначенное под посадку. Под брюхом корабля сплошным зелёным ковром простирался лес и ни прогалины, ни просвета пока найти не удавалось, а солнце тем временем и впрямь стремилось к горизонту. Чем ближе становилась обозначенная координатами точка, тем лес редел и только в последних лучах заходящего солнца впереди показался не просто просвет между деревьями, а самая натуральная посадочная площадка, где вполне вольготно могли разместиться до десятка кораблей по вместимости сходных с моим крейсером. Но самое интересное, что на первый взгляд площадка была в идеальном состоянии. Более того! По периметру и вдоль разметок ещё не яркие, но уже вполне себе видимые начали загораться посадочные огни, судя по всему работающие от солнечных батарей. Мне очень любопытно – откуда всё это богатство?
–Ну, вот! Я же говорил, – самодовольно скалясь, проговорил Алек, чересчур вольготно развалившись в кресле навигатора.
–Умгу, – подтвердила без особого восхищения, которого ожидал мужчина.
На то у меня были причины, целых две. Первая, я готовилась посадить «Ласточку», и мне как-то не до восторгов было. Вторая, не фиг, его баловать! А то смотрю, уж больно он собой всегда доволен, обойдётся.
Посадка вышла мягкой и аккуратной, что подтверждали мои ощущения и отчёт всех систем, любезно представший на голоэкране перед моим лицом. Снаружи, судя по отчёту внешних систем, всё тоже было вполне хорошо. Воздух пригоден для дыхания, уровень радиации в пределах нормы, никаких токсинов и вредных примесей не витает, а температура вообще курортная плюс двадцать восемь градусов Цельсия. Так, а когда у нас тут рассвет? Угу, через семь с половиной часов – можно даже поспать успеть.
–Семь с половиной часов, – задумчиво произнёс Алек Вернев, опять возникнув за моим плечом. – Шесть часов на сон, полтора на распаковку, – после чего потрепал меня по голове, похлопал по плечу и радостно сообщил. – Великолепно, Ари! Ты умничка!
–Я в курсе, – отмахнулась от его ладони, и, скривившись, произнесла я, отстёгивая ремни. – ИРЭК, включи защитное поле, не нравится мне здесь.
–Здесь безопасно, – не согласился со мной землянин. – По периметру космодрома расположены плазменные и ионные пушки в боевом режиме, сюда даже таракан не проползёт.
–А как тогда проползли мы?! Почему меня не предупредил?! И какого демона мы тогда ещё живы?! – вызверилась я, осознав, что сажала свою «Ласточку» под прицелом, по крайней мере, с полсотни орудий.
–Ариэлла, ну, что ты за человек такой, а? Чуть что сразу истерика, – притворно устало поинтересовался гир Вернев. – Если бы нам грозила опасность от этих орудий, я бы тебя обязательно предупредил, но никакой опасности не было. У нас есть передатчик с кодами для беспрепятственного прохождения первой линии охраны.
–Сколько линий всего? – уже спокойно, но не менее хмуро осведомилась у него.
–Чего? – решил косить под дурачка наниматель.
–Ты сказал: «У нас есть передатчик с кодами для беспрепятственного прохождения первой линии охраны», – любезно процитировала его слова и, ткнув его указательным пальцем в грудь, продолжила. – Значит, есть и другие линии. Сколько их?