Сила рода. Том 6 (СИ)

Несмотря на накопившуюся усталость, рисунок получался что надо.
— И как мы не любили дворян, а я, хоть и получил дворянство, поначалу этих ребят на дух не переносил, поверьте, дворяне, идущие путем Чести — наш единственный шанс. В противном случае торгаши утопят весь мир в крови. Ведь для них война — это… выгодно!
Я почти закончил ритуальный рисунок и, вооружившись пластиной, которая сама собой оказалась у меня в руке, принялся наполнять узор силой.
— Повышение цен на еду, торговля оружием, отжим территорий, рабство и прочее-прочее. Худшим правителем, чем торгаши, может оказаться только Маг-фанатик.
Рисунок засиял, что свидетельствовало о том, что я всё сделал правильно, и я с прищуром посмотрел на заволновавшийся туман.
— Свят!
Я взмахнул мечом, и рисунок, превратившись в Серебряное копье, с гудением устремился в туман.
Всё как и должно быть, за исключением небольшой детали.
В момент формирования плетения, в груди потеплело, и сердцевина копья налилась золотом, что ли?
Айййййяяяяяяя!
Где-то на периферии сознания я услышал далекий крик феникса, и копье врезалось в туман.
Кшшшшшш…
Тусклая вспышка, мерзкое шипенье, и всё, что осталось от клочка Бездны — тошнотворный запах кислятины.
Внимание! Получено достижение Борец с Бездной!
Отношения с Бездной: Смертельная ненависть
Ваши атаки наносят дополнительный урон
Хм… Это ещё что за ерунда? Впрочем, сейчас не время!
Я зашагал к дрогнувшим створкам, а сам тем временем поднял взгляд на макрис. Слова про Мага-фанатика требовали разъяснения.
— Магом движет Воля. Он не жалеет даже себя, а уж подданных и подавно жалеть не будет. Если Маг станет правителем, то простые люди превратятся в шахматные фигуры, которые он не колеблясь разменяет на что-то выгодное ему.
Надеюсь, я сумел донести свою мысль до зрителей…
Поскольку говорить прямым текстом, что, мол, так и так, Яков Иванович решил стать серым кардиналом, означало бросить тень на гимназию.
Мне же гимназия нравилась, и я верил, что будущее именно за образованием.
К тому же, есть ма-аленький шанс, что Яков Иванович изменит свою позицию.
— Поэтому, братцы, — я подошел к створкам и распахнул их мощным пинком. — Только Честь. Иначе… нами будут управлять такие, как он.
Я кивнул вперёд, туда, где под защитой ощерившихся копьями и мечами Воинов, находился Гонди Точный.
Толстяк сидел на троне и сверлил меня напряженным взглядом.
По углам зала царила подозрительная темнота, а прямо перед Гонди стоял… длинный праздничный стол, уставленный исходящими паром блюдами.
Я поудобней перехватил клинок и только было хотел шагнуть вперёд, как моё плечо кто-то стиснул.
С трудом удержавшись от того, чтобы подпрыгнуть от неожиданности, я замер на месте и наклонил голову направо.
— Михаил, всё готово, — раздался едва слышный шёпот Юры. — И детишек нашел по чашке, убрал в кольцо, ну и пленных освободил. Но у нас проблема. Артефакт, который ты дал, может вытащить только одного. Нужны накопители. Много.
— Держи, — я сунул за спину руку, в которой уже появилась пластина Серебряных. — Как выберетесь отсюда, передай её Фейдосу. Помнишь такого?
— Настоятель демонологов, — шепнул Юра. — Передам.
— Перед самым убытием вытащи из перстня бочку, Юр. Прям за мгновенье, понял?
— Понял, — судя по голосу, Розов проникся серьезностью момента. — А ты?
— За меня не переживай, — как можно более уверено произнес я. — Всё, действуй! У тебя от силы минут десять.
— Воин с освежеванной спиной…
— Что с ним?
— Он попросил передать это тебе.
Юра вложим в мою руку… пешку?
— Сказал, что… он с Жорой на твоей стороне.
Хах! Он с Жорой… Федя и Жора… Фред и Джош! Выходит, Фред жив? А Джош не просто так остался у Громова, да ещё и меня использовал, чтобы втереться Алексису в доверие?
Ну дают, а! Впрочем, Крис, Оут и Макс разберутся, что делать с этими кадрами.
— Спасибо, Юр, а теперь… за работу!
— Удачи!
Пальцы разведчика разжались, и спустя пару секунд, я почувствовал, что остался один. Не считая недовольно кружащего под потолком Ворона.
 
— Привет, Гонди! — я выдохнул и решительно шагнул в зал. — Думал, спрячешься от меня?
— Михаил Иванов… — несмотря на то, что толстяк вальяжно развалился на троне, от него так и веяло чем-то нехорошим. — Наша головная боль! Ты в курсе, что ты уже труп?
— Наша — это чья?
Его последнее высказывание я решил проигнорировать.
— Много будешь знать, — усмехнулся толстяк, поигрывая пожелтевшим от времени костяным жезлом.
— Да брось, — я не спеша приближался, внимательно следя за обстановкой.
Попасть в ловушку на глазах тысяч зрителей было бы верхом глупости.
— Все знают, что Совет гильдий развязал войну между княжествами и Севером. И Бездна с Ковеном — это ваших рук дело. Хотя, тут, конечно, не обошлось без южан, но всё же.
— Бандо следовало прибить тебя ещё на практике, — Гонди злобно прищурился и крепче сжал свой жезл.
— Возможно, — не стал спорить я. — Хотя, он пытался. Ваша ксурова организация, подмявшая под себя большинство гильдий, рынков сбыта и банков — воплощение зла. Ты в курсе? Она несет людям одни страданья и несчастья.
— Кому есть дело до смердов? — Гонди внимательно наблюдал за моим приближением. — Что до зла… Я определяю, кто есть зло!
— Подкуп и шантаж? — усмехнулся я, не доходя до заставленного блюдами стола
Чуйка Воина уже выла вовсю, предупреждая о ловушке.
— У кого деньги, тот и прав, — усмехнулся толстяк. — Что до тебя…
— Совет гильдий обречен! — перебил я его. — Прямо в этот момент в Ивановске образуется новый Торговый союз — союз купцов, дворян, княжеств и их соседей! Прозрачные сделки, честные цены, справедливая торговля!
— Ахахаха! — расхохотался Гонди. — Мы сожрем твой Союз за пару недель! Ты просто не представляешь, с кем решил тягаться!
К несчастью для Гонди, мои слова предназначались не ему, а зрителям.
— Не мой, — я покачал головой, поудобней перехватывая меч. — Всеобщий. Равные права и равные возможности в рамках сословий. И каждую сделку подкрепляет нечто более ценное, чем деньги.
— И что же? — не сдержал любопытства толстяк.
— Слова купца, идущего путём Чести.
По сути, ради этого момента я и хранил подарок Дионисия Викторовича всё это время.
Гидру коррупции, взяточничества и корпораций невозможно обезглавить. Но можно уничтожить её, заменив понятие «Прибыль любой ценой» понятием «Честь и Слово купца».
Этот мир ещё не осознал, какой удар по мироустройству я только что нанес.
Кто бы что ни говорил, деньги всегда будут править миром, и этого не изменить.
Но что если изменить людей, в чьих руках будут деньги?
Михайловское княжество — это внешняя обертка.
Место, где всё для людей и всякое такое. Но самое главное находилось внутри. Будущий Торговый союз, где все завязано на Честь и Честность.
Наш самый главный секрет.
То, что изменит этот мир лучше любых войн.
И Гонди, видимо, это понял.
— Убить его! — он вскочил со своего кресла-трона и махнул жезлом, словно какой-то палкой.
— Кар!
В меня тут же полетели копья, арбалетные стрелы и даже полупрозрачные черепа.
Из-за трона хлынула целая орава дронов, а стол подёрнулся пеленой, и… превратился в центурию песьеголовых!
— Гильдейские — предатели человечества! — зло выкрикнул я, якобы Гонди, а на самом деле адресуя фразу зрителям.
Копья и арбалетные бессильно застучали о броню УГа, а от воющих черепов меня прикрыл крыльями Тьмы Ворон, а конструкты замерли на полпути.
Песьеголовые, радостно взвыв, рванули мне навстречу, а я, ощерившись, с Силой топнул по полу.
Получилось в разы хуже, чем у Рив, но пробежавшая дрожь, треск ломаемых костей, хруст уничтожаемых конструктов и вой песьеголовых дали понять, что у меня получилось.
Церемониться и устраивать долгие поединки, наполненные пафосом и превозмоганием, я не собирался, поэтому крутанул меч и отправил вперед два Солнечных Серпа.