По воле короля (СИ)

Лиссандра оббежала взглядом накрытый стол, со вздохом отмечая, что опять всё было завалено мясными блюдами и в основном жареными. Ей жутко наскучила однообразная мясная пища в дороге. От такого питания уже тянуло неприятной тяжестью в желудке. Хотелось чего-нибудь жидкого, лёгкого, растительного. Да она была бы рада даже отварной морковке, которую жуть как не любила в Ордене.
Тосты лились один за другим. Позже пили и за их пару, желая скорее укрепить семью рождением ребёнка. Потом за воинов, павших в боях, за живых и вернувшихся. За урожай, который скоро станут собирать. И за зиму не лютую. И чтобы твари из Потумирья все издохли. Рассказывали, что в лесу охотники следы видели странные.
Разговор за столом вёлся оживленный. Эрик с удовольствием обсуждал и армейские дела, и хозяйственные вопросы. Лиссандра прислушивалась, мотая на ус, кто из присутствующих чем занимается. Кроме лорда Морвиля за столом оказались лорды и из других ближайших феодов. Такие же земледельцы и скотоводы. Обсуждали сроки сбора урожая, да у кого насколько выросло поголовье скота, а у кого наоборот падёж прошёл. И какой-то странный. Пол отары овец на выгоне оказались обескровлены, а пастухи и не заметили, кто виновен в этом.
Последнее очень заинтересовало герцога и он перемолвился с капитаном парой фраз, чтобы тот подробнее опросил лорда Дерби — пожилого мужчину с белым шрамом на виске, захватывающим уголок глаза, отчего тот был немного прикрыт. Лисса и сама задумалась о причинах возможной гибели скота. Вот бы осмотреть павшую овцу! Так кто ж позволит. Может, потом расспросить капитана?
Когда Эрик встал и прошёл в другой конец стола, чтобы что-то обсудить с лордами, которые уже принесли карту герцогства, Лиссандра только проводила его заинтересованным взглядом. Ей бы тоже хотелось увидеть масштабы владения. Сейчас она смутно представляла размеры и расположение феодов по отношению к замку Стоунберг. Но вмешиваться в мужской разговор не стоило. Будет время, сама попросит герцога показать не только карту, но и провезти по землям, знакомя с соседями. 
Смотреть за порядком на вассальных землях — обязанность сюзерена. 
— Лорд Морвиль, — обратилась Лиссандра к хозяину, который остался подле герцогини, составляя ей компанию. — я слышала, что у вас есть дочери. Вы не пригласили их за стол. Это какое-то предубеждение против присутствия женщин за столом? В Срединных землях подобного не было. Если приглашались гости, то все домочадцы присутствовали во время встречи.
— Это не предубеждение, миледи, — мягко улыбнулся мужчина. — К сожалению, моя супруга, леди Диана, скончалась в родах. А без взрослой женщины двум девочкам делать в обществе мужчин нечего. К тому же, им только по семь лет. И в это время они крепко спят в своих кроватках.
— О! — Лисса немного смутилась. — Простите, а давно ваша супруга покинула этот мир?
— Так семь лет назад и покинула, когда дочек родила.
Лиссандра застыла на месте, чувствуя, как холод стекает по позвоночнику вниз. Ситуация аналогичная её. От понимания этого девушку подбросило на месте, и она резко склонилась к лорду, невежливо и грубо вторгаясь в личное пространство мужчины, удивившемуся такому поведению герцогини.
— Вы обвиняете их в смерти леди Дианы?
— С чего бы? Они наше продолжение. Напоминание о том времени, когда мы были счастливы вместе. Мои малышки  — это часть моей супруги.
Лиссандра отпрянула, с облегчением выдыхая. Непонятно почему, но этот короткий диалог оказался очень изматывающим. Она вдруг ощутила, как непомерно устала.
Девушка поднялась со своего места, привлекая тем самым к себе внимание. Эрик озадаченно посмотрел на неё и подошёл узнать о причинах.
— Милорд, вы позволите мне уже удалиться?
Герцога удивила мертвенная бледность лица супруги и лихорадочно блестящие зелёные глаза. Не заболела ли?
Он склонился и коротко поцеловал её в лоб. Жара не было.
— Идите, миледи. Вы утомились с дороги.
Эрик сделал жест капитану, и тот встал позади Лиссандры. Девушка без претензий принимала присутствие капитана. Этот воин располагал к себе. В каждом их столкновении он показывал себя с лучшей стороны. 
 
Они вдвоём вышли из зала, и девушка растерялась, в какой из коридоров сворачивать. Пока их с герцогом вёл в обеденный зал мальчик, она шла, не запоминая пути. А сейчас, идя впереди капитана, Лисса должна была сама решить, куда сворачивать. Герцогиня замедлила шаг, оглядываясь на воина. И уловила блуждающую улыбку на его губах, когда он рассматривал портреты на стенах. Лиссандра и сама уделила им внимание. Факелов было достаточно, чтобы рассмотреть лица на портретах.
— Пращуры лорда Морвиля? — спросила Лиссандра, не предполагая, что ей начнут отвечать.
— Да. Вот этот грозный лорд с булавой на цепи — основатель замка. В жены ему досталась милейшая женщина, которая могла одним движением ресниц усмирить крутой нрав деда.
Лиссандра зацепилась за последнее слово и с удивлением посмотрела на капитана. Внешне он не был похож на шатенов, изображённых на портретах.
— Деда? Это ваш родственник?
Мужчина стушевался и отвёл глаза.
— Я незаконнорожденный сын. Поэтому у меня фамилия матери. Отец не стал признавать меня официально, хотя я рос в этом замке наравне с Карлом, нынешним лордом Морвилем. Он младше меня на пять лет. Когда пришло время, я вступил в Орден Трилистника как представитель феода Морвилей.
— Вы похожи на мать, — сделала предположение Лиссандра.
— Пожалуй. Она была белой ведьмой. Погибла, когда мне исполнилось два года, — не таясь, ответил капитан.
Герцогиня кивнула, принимая ответ. В отличие от чёрных или таких, как Ведана, белые ведьмы могли иметь одного ребёнка от того, в кого влюблялись всем сердцем, и при условии взаимных чувств. Такие дети рождались магически одарёнными в большей степени, чем обычные жители Ареи. Отсюда у капитана и умение магически владеть стихией воздуха.
— Миледи, нам туда, — капитан улыбнулся лукаво и, понизив голос, продолжил: — И, кажется, за нами появилась слежка.
Лиссандра быстро оглянулась и успела заметить, как за углом скрылись две одинаковые каштановые макушки. Она расплылась в улыбке и, подхватив подол юбки, побежала туда, надеясь застукать на месте нарушительниц режима.
Герцогиня нагнала их быстро. Маленькие леди и не собирались убегать. Они стояли, прижавшись друг к дружке, и во все глаза рассматривали Лиссандру.
— Доброй ночи, леди, — герцогиня чинно поклонилась малышкам. Те были в одинаковых, укороченных до щиколоток домашних платьях и с десятком косичек, заплетённых на ночь. Вид они имели хулиганистый.
— Единый с нами, — дружно ответили близняшки и присели в заученном приветствии.
— А правда, что вы миледи Гренстон?
— Супруга милорда Эрика Гренстона Беспощадного?
Одна сестра начинала спрашивать, а вторая подхватывала вопрос.
— А правда, что вы принцесса?
— И что будете хозяйкой в замке Стоунберг?
— Стойте-стойте! — взмолилась Лисса и, смеясь, подняла руки вверх. — Я не успею за вашими вопросами дать ответ. Мы ещё не представлены, милые леди. С этого стоит начинать беседу.
— Леди Жизель Морвиль.
— Леди Нинель Морвиль.
Обе близняшки одинаково шаркнули ножками и присели в реверансе.
— Леди Лиссандра Гренстон. Вот теперь я готова отвечать. На все заданные мне вопросы отвечу односложно — да. Я супруга и будущая хозяйка замка Стоунберг.
— Он же огромный! — восхищённо воскликнула малышка Жизель.
— А ваш супруг такой красивый! — Нинель сложила ручки перед собой ладошкой к ладошке и мечтательно подвела глазки под лоб.
 
— Хм, юные леди, — из тени шагнул капитан Фламбери. — Обсуждать чужого супруга непристойно.
— Дядя Артур! — два маленьких вихря пронеслись возле Лиссандры и повисли с двух сторон на мужчине. Вид при этом он имел довольный, хоть и старался грозно свести брови.
Герцогиня с удовольствием смотрела на воссоединение семейства. Настроение взлетело. Её деятельная натура встрепенулась, окончательно позабыв о хандре и горьких думах. Два маленьких словоохотливых ураганчика напоминали ей вертунов, оставленных со Стефой. Герцог категорически запретил брать с собой корзинку со Снежкой и Ленивцем, так Лисси стала обращаться к своему зверьку. Был он на порядок спокойнее самочки и в основном спал, с удовольствием забираясь в корзинку с травами и настойками, которую Лиссандра носила с собой, когда лагерь останавливался на постой. Герцогиня успела познакомиться и с целителем герцога, и они уже не сошлись во мнениях по некоторым вопросам лечения простых воинов. Поругаться с ней целитель не мог, соблюдая субординацию, но за порог вежливо выставил, брызгая слюной.