Путь Могучего (СИ)
— Как сестра? — спросил меня Борис, и я вспомнил, что со всеми утренними передрягами так и не позвонил Алексею Сергеевичу. — Хотя у Пирогова она в полной безопасности. Он всё сделает, коли уж взялся.
— Я после академии поеду, — ответил я, проходя к двери, но вдруг остановился, потому что вспомнил один незначительный вопрос, который меня, несмотря на это, почему-то тревожил. — А скажи, Лука Сергеевич — брат Алексея Сергеевича? — спросил я.
— Единокровный, — ответил на это Борис. — У них матери разные. И так вышло, что Луке достались крохи. И он всю жизнь пытался трудом добиться того, что умел его брат, не напрягаясь. Говорят, в молодости между ними настоящие войны были. А сейчас ничего — примирились.
— Спасибо, — кивнул я и скрылся в корпусе.
В целом, эта встреча произвела на меня довольно благотворное впечатление. По крайней мере мне тут будет с кем перекинуться словечком.
С кафедры физкультуры и спорта меня сразу послали к декану. Причём нашего преподавателя не было, и замещал его незнакомый мне пожилой мужчина с какой-то птицей, вписанной в герб, красовавшийся на кармане его пиджака. Он-то мне и сказал:
— Идите сразу к Николаю Степановичу, пускай решает, что с вами делать.
Николай Степанович был у себя. Он сосредоточенно изучал что-то на мерцающем экране, подключённом к нескольким магическим цилиндрам с различной магической энергией.
Я постучался, дождался разрешения и вошёл, с порога поприветствовав декана. Тот сначала посмотрел на меня исподлобья, словно идентифицировал личность, но потом, кажется, узнал.
— Здравствуйте, Руслан Дмитриевич, — сказал он, после чего потёр уставшие глаза. — Какими судьбами?
Я быстро оглядел его кабинет: ничего примечательного. Несколько шкафов с книгами, экранами, светящимися цилиндрами. Экран позади стола. Небольшой холодильник и чайник. Стены кабинета обиты неброскими панелями «под дерево», на полу тоже неприметный паркет. Одним словом, казённо и без единого признака магии. Если не считать, конечно вездесущие цилиндры, в которых постоянно светилась и вихрилась различная энергия.
— Да вот, — ответил я, проходя прямо к его столу и вставая напротив. — Хочу восстановиться на факультете и доучиться до выпуска.
— То есть полгода тебя где-то носило, — с иронией проговорил на это декан, глядя мне в глаза. — А теперь ты решил под экзамены прийти и восстановиться. Хитро, однако.
— У меня были определённые проблемы со здоровьем, — ответил я, вспоминая аппарат жизнедеятельности, висящий надо мной, и то, как я пытался завладеть телом, в котором жизнь поддерживалась исключительно искусственно. — По крайней мере в последнюю неделю.
— А до этого? — спросил он больше для того, чтобы показать мою безалаберность.
Тут в дверь постучали.
— Войдите! — сказал он точно с тем же выражением, что и мне до этого.
Дверь открылась, и в неё вошла эффектная девица с роскошной рыжей шевелюрой. Руслан совершенно определённо видел её в стенах академии и раньше, но не придавал этому значения. Однако за те полгода, что он отсутствовал, она значительно похорошела.
— Николай Степанович, я по поводу… — и тут она осеклась, увидев меня, и явно стала припоминать, кто я и где она меня видела.
— Алиса Бруновна, — сказал ей декан, показывая рукой на кресло позади меня. — Проходите, присаживайтесь. Мы сейчас договорим и затем с вами решим.
Затем он перевёл взгляд на меня и пригляделся, видимо, принимая какое-то решение.
— Вы слишком много пропустили, — сказал он мне, наконец, и снова потёр глаза, а я увидел замученного трудягу. — Наверное, всё-таки восстанавливать вас бессмысленно. Если только записать вас повторно на курс, но на это уже, скорее всего, не пойдёте вы.
— Николай Степанович, — проговорил я, беря самый серьёзный тон из возможных. — Я понимаю, что своей неявкой позволил думать, что отношусь к учёбе легкомысленно, — от такого вступления у декана брови полезли на лоб. — Но уверяю вас, что за последние дни я пересмотрел своё отношение и вообще стал другим человеком. Поэтому гарантирую, что подтяну знания по всем предметам, что пропустил, и сдам необходимые зачёты.
— Гарантируете? — он, видимо, хотел усмехнуться, но не смог. — Хорошо, — всё-таки он оказался неплохим человеком. — Если через две недели сдадите все нормативы, я допущу вас до экзаменов. Всё-таки следующий курс — последний. Найдите того, кто вам поможет всё подтянуть. Жду через две недели.
— Не надо никого искать, — вдруг подала голос Алиса, с интересом следившая за нами. — Я сама могу подтянуть молодого человека.
— Руслан Могучий, — представился я, повернувшись к ней.
— Алиса Рейтерн, — кивнула она мне. — Очень приятно. Если не сложно, подождите меня, договоримся, как будем заниматься.
— Ну вот видите, — проговорил явно довольный декан. — Всё само и решилось. Сложнее было бы, если бы ты полноценным магом был.
И вот эта фраза неприятно резанула по мне.
— А кто вам сказал, что я неполноценный? — хмыкнул я, поднимаясь. — У каждого своя ценность.
И, оставив озадаченного декана наедине с Алисой, вышел вон.
* * *Из кабинета Николая Степановича Алиса вышла достаточно быстро, видимо, вопрос, который им надо было выяснить, оказался не слишком сложным. Или она торопилась снова увидеть меня. Как бы там ни было, я успел только восстановить в памяти все дисциплины, которые мне предстояло сдать и составить список необходимой литературы.
Алиса Рейтерн оказалась достаточно высокой, но всё равно была на полголовы ниже меня. Её огненно-рыжая макушка была как раз на уровне моих глаз. С другой стороны, она носила каблуки, потому без них оказалась бы ещё ниже. Впрочем, зачем мне это знание?
— Руслан Дмитриевич… — сказала она, подходя.
— Можно просто Руслан, — поправил я и продолжил слушать.
— Хорошо, — кивнула она, — Руслан. Я уже все свои предметы сдала, к экзаменам допущена, поэтому могу немного вам помочь наверстать материал. Когда вы готовы встретиться?
Я ещё раз окинул её оценивающим взглядом с головы до ног, чем вызвал её насмешливую улыбку. Но думал я в тот момент как раз о том, когда мог бы с ней встретиться. В шесть утра меня ждал на тренировку Святояр. Это часов до семи, потом душ и завтрак.
— Можем начать сегодня же, — произнесла она всё с той же улыбкой и тоном, словно говорящим: «Не смотри так, тебе ничего не светит». — Если вы, конечно же, найдёте время.
— Сегодня, к сожалению, не могу, — ответил я и увидел лёгкое разочарование на симпатичном лице. — У меня сестра в клинике на тяжёлой операции. — А вот завтра часиков в восемь утра я буду вполне готов к встрече.
— В восемь утра? — она приподняла бровь. — Вы уверены? Проснётесь?
— Безусловно, — ответил я, решив не говорить, что вставать мне придётся куда раньше. — Запишите адрес, пожалуйста.
И тут она даже немного в ступор впала.
— Полагаете, я к вам поеду? — удивлённо хлопая ресницами спросила она.
— У меня тихо, никто не будет мешать, — ответил я и едва сдержал смех, вспомнив утреннее нападение. — И вам понравится. Там есть замечательная полянка между вишней и грушей.
— Хорошо, — медленно проговорила она. — Только…
— Никаких рук, — ответил я, поднимая ладони вперёд.
Ох уж эти девушки, сначала всегда требуют что-то подобное, а потом обижаются, когда держишь своё слово.
Она записала адрес, и мы расстались. Упомянув сестру, я чётко осознал, что переживаю из-за неё. Возможно, перед тем, как ехать сюда, мне надо было заскочить в клинику, чтобы убедиться в том, что с Вероникой всё в порядке.
И ещё мне абсолютно точно был нужен ручной хронометр или что-то в этом роде. У трибунала, например, на запястье находился сложный прибор с цифрами и графиками. Мне же нужно было лишь отслеживать время. Очень неудобно оказалось не знать точного времени.
Я заскочил в библиотеку, взял необходимые материалы и пошёл на парковку. Чувство тревоги тем временем всё росло и росло, словно вот-вот должно было произойти что-то неприятное.