Баба Люба. Вернуть СССР 3 (СИ)

— К сожалению, такие люди тоже есть, — развела руками я.
— И чем дальше, тем таких больше. Но я не о том поговорить хотел, — перебил сам себя старейшина и у меня появилось нехорошее предчувствие.
— А о чём?
— Понимаешь, Любовь Васильевна, — со вздохом перешел на официальный язык старейшина, — у нас возникли трудности.
— У вас? Или у нас? — осторожно уточнила я.
— У вас, — признался Всеволод.
— Что ещё за трудности? — нехорошее предчувствие усилилось.
— Нехорошие трудности. В общем, мы начали оформление документов на вашу поездку в Америку, — начал рассказывать Всеволод, — там же пока приглашение получишь, визы… в общем, мы поэтому и решили начать пораньше. Тем более опыта особого нету, вдруг переделывать какие документы придётся. Да скорей всего придётся. Понимаешь?
— Угу, — кивнула я, не понимая, к чему он ведёт.
— А на поездку нужно финансирование, — продолжал нагнетать Всеволод.
— Но ведь дорога за счёт принимающей стороны, — сказала я.
— Так там же не только дорога, Любовь Васильевна. В общем, там много всего.
— Что, денег не дают? — догадалась я.
— Да нет, финансирование как раз выделили, и даже в повышенном объеме. Так что туда можно вполне ещё человек пять впихнуть. Но вопрос не в этом…
Всеволод на миг замялся, а потом сказал:
— Понимаешь, Люба, на эти деньги и на квоту теперь претендуют другие, члены «Союза истинных христиан» из областного центра. И так как у них достижений гораздо больше, да и люди там поавторитетнее нас с тобой, то решение однозначно будет принято в их пользу, — признался Всеволод, — это мне свой человечек там шепнул. По секрету, так что ты никому не говори.
— К-как? — настроение стремительно рухнуло вниз. — Но мы же…
— Да знаю я, что вы! — рассердился Всеволод и повысил голос, — но наши хотелки будут учитывать даже не в третью очередь! Да, это была наша идея! Точнее твоя. Но вот нашелся там кто-то, кто захотел наложить лапу, и всё! Что я могу сделать⁈
— Всегда можно что-то сделать! — возразила я. — Выход есть всегда!
— Не в этом случае, Люба, — вздохнул Всеволод и подытожил разговор, — так что помочь с Америкой, получается, я тебе не смогу. Подумай, чем заменить.
— Ничем, — упавшим голосом сказала я.
— Ну вот что ты сразу начинаешь! — рассердился Всеволод, — В следующем году будет организована поездка в Белоруссию. Тоже интересно. Давай я тебя с твоими ребятами туда включу? Хочешь? Там красиво очень, леса, чистый воздух. Драников со сметаной наедишься!
Но я не хотела драников со сметаной. Мне нужно вернуть СССР, чтобы вернуть моего Пашку!
— Ну что ты скукожилась! — Всеволод чувствовал себя виноватым и поэтому горячился, — ну не хочешь в Белоруссию, давай по «Золотому кольцу» я вас в поездку включу? У нас через пять месяцев планируется полуторамесячный тур с проповедями. Я, в принципе, туда вас всунуть смогу. Не всех, но тебя и ещё двоих, на твой выбор, точно.
— Спасибо, но нет, — покачала головой я.
— Обиделась! — вздохнул Всеволод, — да ты успокойся, Люба! А когда успокоишься, подумай на спокойную голову — вот что я могу против них сделать? Да ничего! Поверь, я очень хотел бы, чтобы вы полетели в Америку. Я же тебе обещал. Мы договорились. Но так вышло. Непреодолимые обстоятельства.
Я понимала всё это. Умом понимала. Но душу затопило такое отчаяние, что я сейчас думала лишь о том, чтобы не расплакаться перед старейшиной.
— Люба… — словно издалека позвал Всеволод, — ну не расстраивайся ты так…
Видимо на моём лице проступили все мои эмоции.
— Давай, иди домой, успокойся, — попросил Всеволод. — И не сердись на меня. А твоим я сам объясню.
— А когда будет решен вопрос с финансированием? — глухо спросила я.
— Так я же тебе говорю, он уже решен!
— Это вам человечек шепнул, — покачала головой я, — а я хочу знать, когда он будет официально решен. Когда будет приказ подписан, или протокол, я просто не знаю, как это у них всё происходит?
— Через две недели, — виновато вздохнул Всеволод.
— Получается, у нас ещё есть целых две недели? — просияла я.
  
— Люба. Не дури! — начал сердиться Всеволод, — я знаю, что ты женщина умная и умеешь выдумывать всякие интересные вещи. Но там такие люди, что даже и не думай с ними соревноваться! Сметут и не заметят!
— Соревноваться с ними я не собираюсь, — сказала я, — обычно соревнуются с равными. А эти исподтишка, подленько, просто взяли и отжали нашу поездку. Я такое прощать им не собираюсь!
— Люба! — возмутился Всеволод, — я же тебя попросил держать всё в секрете! Ты же и меня, и моего человека подставишь! Да и не выгорит у тебя ничего!
— Всеволод Спиридонович! — сказала я, — никто ни о чём и не догадается. Хорошо, что вы заранее всё сказали. Спасибо вам за это. У нас есть две недели. За это время мы можем сделать крышесносное мероприятие. Такое, что все ахнут. И о нас все будут говорить. Если это получится, то у вашего руководства не будет другого выхода, кроме как отправить нас.
— От какого мероприятия все ахнут? Ну что ты такое говоришь, Люба! — рассердился Всеволод.
— Мы устроим масштабный флэшмоб, — сказала я, — на пример.
— Что такое флэшмоб? — нахмурился старейшина, хоть он и был руководителем секты, но, как правильно сказал Ростислав, всякие новшества он не любил. Особенно если они были совсем непонятными.
— Соберём на площади всех жителей Калинова, чтобы станцевать. Раздадим им всем значки с символикой «Союза истинных христиан». Пригласим журналистов. Все станцуют. А потом каждый добровольно внесёт по сто рублей за значок.
— Но это такая мелочь, — скривился Всеволод, — деньги вон как скакнули и кого теперь на сто рублей удивишь?
— Но если каждый житель города внесёт по сто рублей, это будет немалая сумма, — сказала я, — но здесь опять же главное, не деньги, а единение и масштабность. Можно, кстати, потом вашу проповедь сделать, пока толпа будет. Толь ко кратенькую, минут на пять. А потом передать эстафету в другие города.
— Интересно, — задумался Всеволод, — наверху такое понравится, — только как ты всех людей соберёшь?
— А это уже моя забота, — отмахнулась я, — это я вам общий план показала. Но там можно ещё много чего сделать. И было бы хорошо, кого-то из руководства пригласить. Тех, что принимают решения по нашей поездке. А лучше их всех сразу.
— Я подумаю, Люба, — согласился Всеволод. — Рациональное зерно в этом есть. Я, конечно, сомневаюсь, что сработает, но лишний раз показать деятельность нашей общины, да еще в таком масштабе — это неплохо.
Ещё бы это было неплохо, — подумала я, — считай чужими руками тебе такой пиар сделают. Но выбирать не приходится. Иначе вся моя работа по поездке пойдёт прахом. И так сколько времени я потеряла.
От старейшины я вышла вся задумчивая. Этот разговор меня совершенно выбил из колеи. Ведь этот флэшмоб я предложила, как первое, что пришло мне в голову. Но сейчас уже и сама не знала, будет ли он эффективным или нет. В любом случае нужно было найти запасной вариант. А лучше — два. Чтобы суммарно они убедили этих идиотов наверху, что не надо наши деньги отдавать в областной центр.
Чёрт! Как же меня бесило всё это. Я чувствовала себя аниматором, который тщетно пытается развеселить закормленных детишек-мажоров, которые уткнулись в телефоны. Но ничего не поделаешь. Это мой единственный шанс вернуть Пашку.
Поэтому я сегодня же вечером должна не только придумать эффективные аналоги флэшмобу, но и детализировать план по нашей деятельности в Америке. Нужно вспомнить «горячие» журналистские материалы из моего мира и попробовать составить «бомбу» для их газеты. Потом в типографии Ксюша заменит текст утренней передовицы, и статья попадёт на первую полосу газет. А дальше и остальные газеты начнут перепечатывать сенсацию. Но здесь два затруднения — нужно написать её на английском языке без ошибок. Положим, сам текст я сегодня-завтра сделаю, но вот кто переведёт на английский, точнее на американский так, чтобы не засыпаться и не вызвать миллион вопросов — я не знала.