Сиротский приют 2. Или попаданки драконам (не) изменяют! (СИ)
- Ну остальные-то не принцессы? Булка! Отстань, не порть малину! К тому же трупы папе не нажалуются! – фыркнул мистер Флетчер. – Так, на чем я остановился? На ценных жизненных уроках!
Глава 71. Ася
- Мистер Флетчер! – строго произнесла я, видя, как дети собрались вокруг него кучкой.
- А что? – заметил он, отряхнув цилиндр. – А я ничего! Не пойман и не тушка!
- Мама Ася! А он учил нас строить баррикады, мародерствовать и прятать трупы! – нажаловалась Булочка, бросившись ко мне и вцепившись в меня.
- Мистер Флетчер! – строго с укором произнесла я, замечая колыбельку, в которой спал маленький Саша. Наконец-то сердце у меня спокойно. Хотя бы на это счет.
- Я теперь сын генерала! У меня это теперь в крови! – усмехнулся мистер Флетчер. – Есть такая штука. Их называют гены! Но вам это не дано понять!
Он вздохнул и пнул босой ногой подушечку.
- Так, сегодня мы все спим в этой комнате!
- Ура! - обрадовались малыши, а я, глядя на них, чувствовала, что на сердце стало легче. Половина гонялась за Патриком и кошкой, нудя: «Ну дай погладить!».
Я сидела и читала сказки, следя за судьбой бедной кошки. Кажется, в ее капризном кошачьем сознании произошли некоторые метаморфозы. Особенно, когда десять детей охотилось на нее и выковыривало ее из-под кресла. И теперь она была не прочь полетать на драконе. Кажется, она встретила бы эту мысль с восторгом! И намекала на то, что мечтает снова полетать, три раза пытаясь выброситься в окно.
- Она устала! – произнес Патрик, беря ее расцарапанными руками. А сейчас она вцепилась в него, терлась и мурчала, как двигатель внутреннего сгорания, под разочарованное детское: «Жадина!». «Папа сказал кошку не мучить!», - строго произнес Патрик.
Папа – папа… А ты где сейчас?
- Это я уложил спать Сашу! – отчитался Патрик. – И покормил его!
- Откуда ты знаешь, как? – спросила я, стараясь не тревожить малыша.
- Папа показал! - гордо произнес Патрик. – Знаешь, мама Ася. Смотреть за детьми очень тяжело. Лучше я буду военным!
Я смотрела в темноту окна, надеясь, что Боргард вернется. Когда он вернется, я все ему скажу. О том, как он нужен мне, о том, что я ценю все, что сделал для меня… Сейчас без него я чувствовала пустоту, словно зияющую рану. Это так работает истинность?
- Расскажи сказку! – загалдели малыши. Они устали и уже устроили себе подушечный лагерь на мягком ковре. Заявив, что будут спать так!
- Жила была одна … - начала я, чувствуя, что наболело внутри.
- Принцесса? – спросил кто-то из малышей.
- Колобиха! – заметила я, усмехнувшись. – Жила была одна колобиха! И было у нее много маленьких плюшек?
- А много это сколько? – заинтересовались малыши.
- Шестнадцать! - произнесла я, глядя на малышей. – И вот однажды она встретила одного…
- Кренделя! – мрачно бросил мистер Флетчер. – А пока он тесто месил рядом, на горизонте маячила какая-то Сушка! Редкостная Сушка!
- И наша Колобиха встретила Пирожка! Она видела, как Пирожок старается для нее, - вздохнула я. – Ей это даже нравилось!
- Но потом опять появился Крендель! Ты на кого батон крошишь? А? Разозлился крендель. Много в тебе повидла, друг мой! Ответил ему Пирожок, - вставил мистер Флетчер.
Дети уже почти спали. Только самые стойкие доживали до конца сказки тети Аси. Обычно Булка уже храпела после первых двух строчек, но сейчас она лежала и смотрела то на меня, то в окно. И хмурилась.
- И жили они долго и счастливо… Крендель со своей Сушкой и … - я сама душераздирающе зевнула. – И Колобиха с Пирожком. Конец! Мораль сей сказки такова. Цените Пирожка с первого раза!
О, как я загнула!
- Браво! Пигалица! – похлопал в ладоши мистер Флетчер. – А теперь всем спать!
- Булочка, ты решила спать с нами, а не в кровати? – спросила я, глядя на розовую подушечку и одеяльце.
- Да! А то когда папа прилетит, он начнет обнимать всех, а меня в последнюю очередь, потому что я сплю дальше всех! – обиженно пояснила Булочка. Она повернулась на другой бок и засопела.
Я вышла на балкон, вглядываясь в размытый горизонт.
- Что они там надумали, пигалица? – спросил мистер Флетчер.
- Либо мы завтра идем в театр, либо театр идет к нам сюда! – ответила я, со вздохом понимая, что дракона на горизонте не видно.
- Опять драконья семейка решила тобой прикрыться? – спросил мистер Флетчер, вставая на цыпочки, чтобы что-то увидеть.
- О чем ты? – вздыхаю я.
- Пигалица! Ты меня так не позорь! Я тебя сколько воспитывал! Уму – разуму учил! – заметил мистер Флетчер. – Тебя в народе любят. За что – не пойму. Но любят. Сильно. Люди, когда твои телеса увидали в газете, так рвали ее и сжигали прямо на улицах. А потом кто-то, проплаченный генералом, крикнул: «Сжечь типографию!». Это мне адъютанты слили по пьяни! Народ быстро собрался и с газетой разобрался. Теперь свежие новости только на базаре и в питейных! А теперь эта семейка хочет прикрыться тобой. Дескать, вот она, ваша любимица! Она с нами! Она за нас!
- Ты думаешь, я этого не понимаю? Сначала отбели репутацию принца, потом репутацию королевской семьи, - заметила я, вздыхая.
- Ты там держи ухо востро! Мало ли, что они еще придумали, пока ты нам сказки читаешь! – усмехнулся мистер Флетчер.
Я постояла немного, а потом устало побрела спать. Спала я плохо, вздрагивая от каждого шороха и скрипа. Дверь была закрыта. Рядом с ней спал мистер Флетчер.
- Ты же знаешь, если на меня наступят, я ногу вырву, - зевал он, пошевелив маленькими грязными пальчиками на босых ногах.
Я провалилась в сон так глубоко, что если бы дракон и прилетел, то я бы не проснулась.
- Мама Ася! Ты только не ругайся! - слышала я голоса, разлепляя глаза. Надо мной склонились дети. – Мы уже проснулись!
Вот теперь: «Караул!».
- И даже покушали!
- А Патрик не дает кошку! А она мурчит! Он сказал, что мы ее уронили!
- Мама Ася, скажи Булочке, чтобы она не кидалась подушкой!
- Мама Ася, мы тут прыгали на кровати и… Ты там не ложись, там пружина торчит!
- И люстра упала, когда мы кошку с нее роняли!
- А Патрик нас за это в угол поставил.
- Мама Ася, мы сломали угол! А кошка порвала занавеску!
- Мама Ася, достань кошку, она под шкафом, а мистер Флетчер сказал: «Удачной охоты!».
- А Патрик нас снова в угол поставил!
- Мама Ася – это не кровь. Это джем на ковре!
- Мама Ася, а правда, что теперь у нас у всех есть папа?
- Нет! Это только мой папа!
- Мама Ася, Булка опять дерется! Слышишь!
- А Патрик нас опять в угол ставит…
Все, мама Ася проснулась окончательно. Если еще вчера я надеялась, что генерал вернется вот-вот. То сейчас мысли о «возвращении вот-вот» начинала меня пугать! Комната напоминала место преступления. Измазанная в джеме кошка тихо кралась, прижимаясь к полу из-под шкафа. Она взглядом умоляла не выдавать ее. И смотреть на нее, а куда-нибудь в другую сторону.
- Вон она! Держи ее! – послышался воинственный крик. – Теперь моя очередь ее гладить!
Кошка бросилась бежать так, словно ее собирались гладить утюгом!
- Сейчас я в угол поставлю! – строго произнес Патрик. – Почему на меня действует, а на них нет?
- Патрик, ты молодец. Ты сделал все, что мог, - ласково погладила я по голове Патрика.
- Мама Ася. Я решил. Я не женюсь. От этого бывают дети! – вздохнул Патрик. – Воспитание детей мне не дано. Поэтому я буду военным!
- Булочка, - обняла я и успокоила маленькую плаксу. Она вцепилась мне в шею. – Не надо плакать.
- Это мой папа! Пусть они сами себе папу ищут! – сопела она. Когда-то она так же кричала, что это ее тетя Ася. Булочка у нас собственница!
- Бедным будет тот мужчина, который на тебе женится! – вздохнул сочувственно мистер Флетчер.
Я сидела и ела завтрак, почти не чувствуя его вкуса. Просто жевала и глотала.
- Дорогие мои! – послышался стук в дверь и бодрый голос Меллы. – Время примерять наряды! Это займет достаточно времени, но выглядеть вы должны с иголочки!