(Не) Лишняя для дракона (СИ)
Девушки называли это приключением, но, на самом деле они всего лишь уходили в самый дальний конец парка, густо заросший деревьями, куда никто кроме них никогда не забирался. Даже садовники со своими ножницами обходили этот угол стороной.
Неизвестно, что тому способствовало. Может быть отдаленность от замка. А может потому, что здесь находились развалины старого храма древних драконьих богов, разрушенный много веков назад, но сохранивший какую-то силу. Многие, оказавшись поблизости от этих развалин начинали чувствовать себя неуютно и спешили убраться подальше…
Лишь юные кузины обожали прибегать сюда. С самого раннего детства, еще когда были малышками в коротких платьишках, они прятались здесь ото всех и секретничали, уверенные, что никто их не подслушает.
Вот и сейчас, они направились в свое тайное убежище.
Однако, подойдя к старому храму девушки насторожились, услышав шум, не свойственный этому безлюдному месту.
Возле длинной полуразрушенной каменной стены кусты росли широким полукругом, упираясь в стену и огораживая маленькую полянку, скрытую от взглядов густой зеленой порослью.
Как раз с этой полянки и раздавались голоса и странные звуки. Переглянувшись, девушки осторожно начали подбираться к тому месту, где кусты росли чуть менее густо. Стараясь не шуметь, аккуратно отодвинули ветки в том месте, где они были короче остальных.
Два любопытных носика высунулись в образовавшееся окошко и две пары заинтересованных глаз вытаращились на открывшуюся им картину.
На поляне была пара — мужчина и женщина. Она лежала спиной на мужском камзоле, расстеленном на траве, а её юбки были заданы до самой талии. Корсет платья, наоборот сполз вниз, открывая две полные, молочной белизны, груди.
Ноги её были раскинуты в разные стороны и согнуты в коленях. Запрокинутое лицо с прикрытыми глазами было искажено в сладкой муке, с губ срывались хриплые стоны. Руками женщина держалась за плечи мужчины, который разместился между её бёдер, нависая над ней и двигая бедрами в томительном плавном ритме, то ускоряясь, то замедляясь. Одной рукой он мял белоснежные женские груди, то одну, то другую, дыша хрипло и рвано, делая паузы, и с рычанием наклоняясь, чтобы губами ухватить алый сосок.
Девушки застыли, не в силах оторвать взглядов, завороженные зрелищем.
Мужчина двигался все ритмичнее и быстрее, мощно вбиваясь в женское тело. Женщина стонала громче и громче, и в один миг закричала, содрогаясь всем телом и хватаясь за мужчину.
Мужчина двинулся ещё несколько раз и громко застонав, обмяк и замер. Наступила тишина, в которой слышались только утихающее дыхание любовников.
Девушки, окаменело стоявшие и глазевшие на парочку на траве, отмерли и переглянувшись, начали быстренько отползать в сторону. Выбравшись из кустов, они, не сговариваясь со всех ног припустили в сторону замка.
Через несколько минут, запыхавшиеся подружки затормозили у маленькой беседки, увитой лианами. Переглянувшись, они зашлись в хохоте, хватаясь за животы и утирая бегущие из глаз слезы.
— Ты видела, кто это был? — отсмеявшись спросила Эли.
— Женщина — это леди Пола Волерн. Она училась со Стеф в академии, но старше на три года. Сразу по окончании её выдали замуж за лорда Воккери Он совсем старый, на шестьдесят или даже больше лет старше её. — сморщила носик Тратти.
— Я помню лорда Воккери, он ещё, к тому же, скрюченный набок. А кто был мужчина, ты не рассмотрела?
— А мужчина — это… — закатила глаза Тратти, сделав драматичную паузу.
— Тратт, не томи, кто это?
— Это наш новый конюх, Глим. Он наполовину оборотень- медведь, наполовину человек.
— С ума сойти. Она ведь леди и дракон! А он конюх! Разве так может быть? — тормошила кузину недоумевающая Элидари.
— Эли, ну ты же все видела своими глазами.
Некоторое время девушки молчали, думая каждая о своем. Лицо Эли было расстроенным и Тратт заподозрила, что сегодня разбились какие-то юношеские идеалы ее нежной кузины.
— Знаешь, я никогда не думала, что ЭТО настолько интересует женщин, что они готовы лечь под кустом с конюхом. — медленно проговорила Эли. — Неужели в браке женщинам это нужно, так же как мужчинам? Я знаю, мой брат ходит в веселые дома, и его друзья тоже ходят. Хоть от меня это скрывают, но я в курсе, что мужчины не могут долго быть без женщины.
Но неужели и нам это нужно? Ведь меня не тянет ни к каким конюхам. И вообще к мужчинам не тянет. А как ты, Тратт? Что у тебя с этим?
Тратти некоторое время размышляла над вопросом.
— Знаешь, просто может быть ни ты, ни я не влюбились еще. Потому нас и не тянет ни к каким конюхам. — пожала плечами Тратти. — Давай возвращаться, скоро обед и начнем готовиться к балу.
— Подожди. Я все равно не понимаю, для чего это нужно женщинам. Ты видела ее лицо и слышала, как она стонала? Как будто ей было очень, очень хорошо. Фу, — сморщила носик Эли — я, наверное, после сегодняшнего никогда не соглашусь выйти замуж. И не влюблюсь никогда.
Девушки засмеялись и в хорошем настроении направились в замок. Сейчас они чувствовали себя опытными, много повидавшими специалистами по отношениям между мужчинами и женщинами.
Не забывайте ставить лайки и писать комментарии, и конечно, подписываться на автора.
Глава 11. Уже поздно возвращаться назад, чтобы всё правильно начать, но ещё не поздно устремиться вперёд, чтобы правильно закончить
Волшебное слово «бал»! Головная боль для хозяев, гонки на выживание для слуг, тайные и явные надежды для родителей девиц брачного возраста. И, конечно же, восторг и предвкушение для юных леди.
После обеда гости отправились отдыхать и приводить себя в порядок к началу торжества. Леди Дельфина и экономка проверяли, все ли готово к приему, в хвост и в гриву гоняя прислугу.
Тратти переоделась в халат и прилегла на свою широкую кровать, в которой уже посапывали Эли и Ким.
Сон не шел. Заболел кончик указательного пальца, на котором ярко выделялось красное пятнышко — след от укола о зуб статуэтки. Тратти подула на маленькую ранку и боль запульсировала чуть сильнее. Девушка была озадачена — почти десять дней ранка не заживала, не поддаваясь ни драконьей ускоренной регенерации, ни заживляющим мазям. Неожиданно к ней пришло воспоминание о событиях в артефакторной лавке ланта Крега.
В подвале, куда привел ее гном, было тепло и сухо, по стенам ярусами располагались широкие стеллажи, заставленные большими коробками, деревянными ящиками и книгами. Они прошли в дальний конец подвала, где на высоком узком постаменте стоял ….дракон.
Золотистого цвета статуэтка, размером с кошку, была сделана столь виртуозно, что казалось это живой дракон свернул свои крылья и задремал. Стоит только его коснуться и он откроет глаза, встрепенется, расправит крылья и полетит. Тратти во все глаза рассматривала это чудо, поражаясь искусной работе мастера, чувствуя необъяснимое волнение и нарастающее в груди тепло.
Ей вдруг показалось, что она знала этого малыша всю свою жизнь, просто однажды забыла об этом. До зуда в руках захотелось потрогать его гладкую чешую, провести пальчиком по искусно вырезанному гребню на спине….
Гном что-то рассказывал об истории появления этого артефакта, но Тратти не слышала его, погрузившись в странное приятное оцепенение. Ланту Крегу пришлось несколько раз окликнуть девушку, пока она не вернулась в реальность.
— Ленни, нам стоит попробовать открыть артефакт. Вот, посмотрите свиток, который был вместе со статуэткой.
Тратти развернула сложенный вчетверо кусок старого пергамента. По краям темного листа были расположены изящные вензели, переплетающиеся между собой в причудливую линию рисунков. Вглядевшись в них, девушка обнаружила тонко прорисованные силуэты драконов и девушек с распущенными волосами. В центре был расположено несколько строк, написанных витиеватым почерком золотой краской:
Десять дев невинных,
И еще одна,