Будущее 2 (СИ)

Я выключил голо-экран. Да, Сферу не обманешь. Эти ухари быстро вычислят несоответствия в наших липах и отправят запрос в департамент полиции. Те начнут копать и рано или поздно выйдут на людей из Распределителя.
Одно хорошо — заводить подобные учетные профили законом не запрещалось. Полный доступ ты не получал, но возможность выходить в сеть появлялась. Пусть и с определенными рамками.
Черт, что же все-таки Анастасии от нас надо? Мысли вновь и вновь возвращались к этому вопросу. Может стоило сыграть по-другому? Вызвать на откровенный разговор? Или лучше спровоцировать, поставить перед дилеммой?
Я посмотрел на рассыпанные по полу игральные кости. Повинуясь взгляду, кубики плавно поднялись в воздух, застыли и начали медленно вращаться, формируя восьмерку.
Голова разболелась, в груди поселился небольшой холодок, но я упорно продолжал держать кубики в воздухе, выстраивая различные фигуры, заставляя их двигаться с разной скоростью.
Может просто тупо выставить ультиматум? Либо пусть колется и выкладывает, что и как, либо прощаемся и разбегаемся.
— Ну что решил? Пойдем гулять? — рядом плюхнулась Лерка. Закончив с пакетами, она не стала ничего разбирать, просто выложив все контейнеры на стол.
Я на секунду задумался.
— А знаешь что, — медленно проронил я. — А давай, пошли пообедаем в городе.
Лерка радостно взвизгнула, чмокнула меня в щеку и побежала одеваться. Интересно, угроза незапланированного выхода в город заставит ее сестрицу наконец открыть рот или придется прибегнуть к более радикальным идеям?
  
Глава 15
 
Глава 15.
Российская Федерация.
Техноград «Рязань».
Центральные улицы. 13:20
Загруженная автострада плавно перетекала из яруса в ярус, то забираясь выше под небеса, то ныряя вниз на самое дно индустриального ландшафта. Автомобили неслись сплошным плотным потоком.
Мы неспешно шли по пешеходной дорожке, проходившей над эстакадами, справа и слева возвышались высотные здания, заслоняя собой горизонт.
— Красиво, — Лерка крепче прижалась ко мне, взяв под руку.
Провокация не удалась, хреновый из меня получился манипулятор. Мы все же выбрались на прогулку и судя по реакции Анастасия не имела ничего против.
Уровни, ярусы, автомобильные эстакады и пешеходные дорожки переплетались между собой подобно запутанной паутине. Навстречу шли люди, кто-то спешил по своим делам, кто-то, как они, степенно прогуливался.
Неон и голограммы заполоняли улицы ярким светом. Часто попадалась реклама, она висела в воздухе, приходила на комм в форме сообщений, зазывала трехмерными проекциями на вывесках заведений.
Людей было немного, все же разгар рабочего дня, они двигались неоднородной массой, напоминая прерывистую змею. Многие носили респираторы различного типа: кто-то продвинутые технологические устройства, закрывающие чуть ли не все лицо, кто-то обычные медицинские маски.
Небо чертили дроны, от миниатюрных наблюдателей до тяжелых грузовых доставщиков и полицейских «Шершней», гудящих на низких оборотах мощными двигателями.
Я заметил отсутствие наземных патрулей полисов. Для выходца из окраин это сразу бросалось в глаза. За безопасностью в пределах периметра отвечали автоматические системы.
Киберпанк. Вот что это напомнило. Индустриальный пейзаж города мрачного будущего.
Я запрокинул голову и взглянул на свинцовые тучи, низко висящие в небесах. Погода как никогда подходила к окружающей действительности. Наверное скоро пойдет дождь.
Взгляд мазнул по группе подростков чуть младше нашего возраста. Мальчишки и девчонки шли куда-то веселой гурьбой. Некоторые носили очки дополненной реальности.
Забавно, мы на их фоне в своих строгих полупальто и костюмах, выглядели значительно старше, не совсем взрослые, но студенты начальных курсов точно.
Проследив, как парнишка двенадцати лет в черных очках таращится в пустую бетонную стену, явно видя там что другое, я хмыкнул. Дополненная реальность, так и не получила подавляющего распространения, хотя и использовалась в повседневного жизни, в основном, как инструмент рекламы и продвижения новых типов товаров, ориентированных на подростковую аудиторию.
 
Однажды мне довелось нацепить похожий девайс на глаза и посмотреть на окружающий мир через вирт-пространство. Серые и неприветливые технограды расцвели буйством красок, и в отличие от реальности реклама обрушилась бесконечным потоком. Пустые поверхности превратились в дополнительные экраны, куда постоянно что-то транслировалось. Все расцвело спектром радуги, весело, празднично, и невероятно утомительно.
А еще подделка легко выдавала себя. Сняв очки, ты понимал, что недавняя феерия всего лишь обманка. И люди переставали уходить в вирт, предпочитая реальность.
Лично я относился к подобным устройствам прохладно по еще одной важной причине. Все эти устройства постоянно принимали сигнал с измененной картинкой, чья трансляция шла в непрерывном потоке из Сферы. По сути, напялив на себя такие очки, ты становился своего рода принимающим маяком, оповещая всех о своем местонахождении.
Конечно, имелись еще мнемо-импланты, тоже в свое время модные штучки, как и синтет-конечности, не получившие особого распространения. Слишком много особенностей применения, слишком много несчастных случаев со сгоревшими мозгами и побочных эффектов с нарушением психики.
Что нисколько неудивительно. Когда тебе в башку засовывают инородный предмет, да еще подключают его через нейронные связи напрямую к мозгу — трудно ожидать, что все пройдет без последствий. Я бы точно поостерегся пихать себе в голову непойми что, лишь бы посмотреть на окружающий мир через нарисованные кем-то картинки.
— Вон, кафешка, присядем? Я хочу пирожное, — спросила Лерка, вопреки всей логике, ведь мы собирались обедать.
Подумав, кивнул. Сам я есть особо не хотел, но от чашечки кофе не отказался бы.
Мы разместились на улице, несколько столов и стульев стояли прямо над эстакадой, внизу проносились автомобили, но шум от оживленной дороги был приглушенным и каким-то размазанный. Наверное, где-то стояли специальные щиты, разгоняющие звуки машин по общему фону.
Полноватая официантка средних лет молча забрала заказ и ушла, уточнив способ оплаты.
В ожидании мы смотрели на город, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Я не слишком уверенно чувствовал себя в образе хорошо одетого молодого человека с дорогим коммом на запястье, но старался вести себя естественно. Кажется получалось. Ни официантка, ни посетители за соседними столиками на обращали на нас внимание.
Пару раз мягко попытался выяснить у Лерки, что ей известно о намерениях сестры. Один раз, словно невзначай спросил, что она сама делала в Брянске.
Как ни странно, на последний вопрос девчонка ответила, рассказав о причинах нахождения в окрестностях промки, где мы первый раз встретились.
— Ты видел, как мы живем последние дни? — она кивнула куда-то назад, где предположительно осталась «Черная жемчужина».
— Шикарно живем, — нисколько не покривив душой ответил я. — По крайней мере куда лучше ночевки на улице, без крыши над головой.
Лерка как-то неопределенно хмыкнула.
— Это потому, что вы еще не привыкли. Но представь: день, два, неделя, месяц — всегда так. День за днем, месяц за месяцем. И никакой личной свободы.
Я мысленно хмыкнул. Какая банальность, богатенькой девочке стало скучно, и она решила сбежать, пожить на улице, при этом всегда имея путь к отступлению в богатые апартаменты, где ждет комфорт и сытая жизнь.
Ощущение последнего пункта выглядело столь явственно, что захотелось влепить избалованной девице пощечину, жестко напомнив, что не у всех есть богатенькая сестра и дом, куда можно в любой момент вернуться.
Словно почувствовав полыхнувшую вспышку злости, Лерка отодвинулась назад.
— Ты не думай, — затараторила она. — Поначалу я и правда приехала искать родственницу. Тетка жила когда-то неподалеку от Брянска, она единственная оставшаяся в живых из нашей ближней родни, — девчонка помедлила. — То есть была единственной.