Препод 4 (СИ)

Выбранный мною первым ветродуем Маршуш запустил с рук поток воздуха, наполняя парус, и медленно и величаво наш корабль поплыл, размеренно и неторопливо, но неуклонно набирая скорость.
Деревенские подались вперёд, жадно наблюдая, как мы приближаемся к реке. Узенький мостик при всём желании не мог пропустить такую махину, но я недрогнувшей рукой направил нас прямо поперёк водной глади. Вновь новый вздох пронёсся над толпой, когда мы, набрав ход, проскользили над водой и оказались на другом берегу.
— Понеслась! — выкрикнул я, чувствуя необычайный душевный подъём, гордый, что моя конструкция летит и не разваливается, и чуть довернул парус, намереваясь обогнуть росшее на пути дерево.
И тут выяснился один недостаток нашего корабля. Набрав инерцию, поворачивать он начинал очень неохотно, поэтому дерево только жалобно хрустнуло, нас чуть тряхнуло, и позади остался покосившийся пенёк, чуть подпортивший радость от успеха.
— Это мелочь, ерунда, — обернувшись, заулыбался я остальным, — надо просто чуть заранее закладывать поворот.
Правда, когда мы снесли второе дерево, я уже не улыбался. И почему я не подумал, что дорога через лес не будет прямой? Она петляла между деревьев, как пьяная змея, а я единственное, что мог, это постараться не влететь в особенно толстый и крепкий ствол. Остальной подлесок мы сносили начисто, ломясь вперёд с неуклюжестью носорога, срубая деревца по десять-пятнадцать сантиметров в диаметре. С массой в несколько десятков тонн это было несложно.
Если, по началу, я ещё дёргался, то, примерно через полчаса такого полёта, только крепко держал руль, стараясь не смотреть по сторонам и делать морду кирпичом, под непрекращающийся треск и разлетающиеся во все стороны ветки с сучьями.
— Дерево! — вдруг крикнул сидевший ближе всего Авсан, когда мы углубились прилично в лесок, и я увидел, как перед нами заваливается бревно, а за ним на дорогу выскакивают машущие оружием мужики.
Наверное, они хотели нас остановить. Глупцы, земля им пухом. Врубившись всей массой, мы снесли и бревно, и мужиков, полетевших, кувыркаясь в воздухе, в разные стороны.
— Не жильцы, — пробормотал я, провожая взглядом просвистевшие мимо сапоги неудачливых разбойников.
Как говорится, тапки слетели, всё, без шансов.
Скорость у нас была уже километров за пятьдесят в час, тряхнуло знатно, я даже слегка стал переживать за целостность нашего носа, благо обошлось, и конструкция не пострадала. Обернувшись, увидел, что несколько студентов, не удержавшись, слетели с лавок на пол, но, вроде, кроме ушибов, ничего серьёзного там не было.
Момент, когда мы выскочили из леса на простор, я воспринял с облегчением. Там уже пошли поля, и видимость сразу стала хорошей, можно было загодя планировать манёвры. Да и бандитов уже можно было не ждать.
Вокруг Прилесья хватало и других деревень, но все они находились куда ближе, чем Тенистая долина. Видать, под школу отдельно организовывали, специально подальше отодвинув от города. Не знаю уж, кто был такой умный, но с нашим транспортом всё стало куда ближе, и можно было уже по этому поводу не переживать.
Вечерело, и с полей по дороге то и дело попадались другие телеги с возвращающимися домой крестьянами. Когда мы проносились мимо них с ветерком, они только провожали дикими взглядами наше судно на воздушной подушке, как я его назвал, и судорожно дёргали за поводья лошадей, тормозя.
«Привыкнут, — подумал я, — ещё пару раз туда-сюда скатаемся, и привыкнут».
— Профессор, ворота скоро закроют, — тревожно произнесла Тания, поднявшись с места и подходя ко мне, осторожно балансируя на чуть покачивающейся палубе, — после заката всегда запирают.
Тут слегка тряхнуло, и она, ойкнув, вцепилась в меня.
— Ничего, договоримся как-нибудь, — с оптимизмом ответил я, но подумал, что следует несколько поднажать, чтобы совсем по темноте не лететь, мало ли что.
— Поднажали! — крикнул я, и очередной вставший на ветродуй студент выдал воздушный поток, ещё сильнее надувая парус.
Солнце опускалось всё ниже, и когда показались вдалеке стены города, над горизонтом виднелся только его самый краешек.
 
— Успеем! — рыкнул я, направляя прямо в закрывающиеся ворота.
Благо, предместья были в стороне, а здесь поля примыкали почти к самому городу, поэтому летел я по кратчайшей прямой. Когда до ворот осталось метров сто, я махнул рукой, чтобы перестали надувать парус. Оставалось затормозить и…
— Твою мать! — меня окатило холодом, да так, что мурашки побежали по телу, подняв дыбом волоски, — а как тормозить-то⁈
Вот это я упустил. Конструируя корабль, совсем забыл придумать систему торможения, и теперь мы, набрав сумасшедшую инерцию, громадным тараном неслись прямо в смыкающиеся створки ворот. Я уже видел суетящихся на стене стражников, машущих чем-то в воздухе и что-то кричащих.
Тут я вспомнил, что у истребителей для сброса скорости бывает тормозной парашют, и, осенённый идеей, отпустив штурвал, забежал вперёд, становясь перед парусом и прошептав заклинание, что есть мочи стал дуть в обратную сторону.
От резкого рывка судно клюнуло носом, чуть не сбив с ног, но своего я добился, мы начали быстро скорость снижать. Не хватило буквально чуть-чуть. Уже на излёте мы-таки врубились в обитые железом массивные воротины, с грохотом распахивая их обратно, и ворвались внутрь городских стен. Я тут же деактивировал артефакты полёта, отчего, грохнувшись на брусчатку, мы со скрежетом проскользили ещё десяток метров и уже окончательно остановились, почти уперевшись носом в стену дома.
— Фух, — плюхнулся я на задницу, вытирая выступивший пот.
Слава богам, вроде никого не задавили и почти ничего не разрушили. Отделались, что называется, лёгким испугом.
Впрочем, когда я поднялся на ноги, оказалось, что местная стража несколько другого мнения. Раздавались громкие свистки, и от сторожевых башен к нам, грозно выставив перед собой алебарды, бежала целая толпа. Окружив корабль, они замерли, а какой-то их начальник, благоразумно не суясь в первые ряды, выкрикнул:
— Именем короля, отвечайте, кто такие и по какому праву врываетесь в город!
— Спокойствие, только спокойствие, — голосом Карлсона из мультика произнёс я, выставляя руки перед собой, — я профессор магии, преподаватель школы магии Тенистая долина, а это мои студенты.
— Школа магии? — не поверил тот.
— Она самая, — я кивнул и показал свой значок преподавателя, — вот, можете убедиться.
— А что это у вас?
— Это летающий корабль, наша последняя разработка, — охотно ответил я, — пока ещё не всё гладко, но мы её обязательно доработаем, чтобы больше таких казусов не было. Офицер, клянусь вам, что мы совершенно не собирались каким-либо образом нарушать покой города, с воротами вышло чисто случайно.
— Ничего не знаю, — внезапно категорично ответил тот, — вы и ваш корабль арестованы, до выяснения.
Нахмурившись, я зажег в ладони огненный шар размером с человеческую голову. Стоявший рядом с офицером маг оценил влитую в заклинание мощь и что-то быстро зашептал тому на ухо. Офицер тут же поправился:
— То есть, я хотел сказать, задержаны. И мне необходимо доставить вас в магистрат.
Тут он немного подумал и добавил:
— Пожалуйста.
— Да, конечно, — не стал я спорить, — нам полететь или…
— Лучше пешком, — поспешно отозвался служивый, — а ваш корабль мои люди посторожат.
— Ну хорошо. Выгружаемся, — кивнул я студентам и сам первым, подавая пример, ловко соскочил на брусчатку.
Чуть оправив одежду, я подошёл и представился теперь уже полностью:
— Барон Марнгаузе, профессор магии, магистр Ордена паладинов. Да, школа находится в стадии реорганизации в колледж, и это я тоже хочу обсудить с бургомистром. Поэтому ведите, офицер, не знаю вашего имени.
— Капитан Варбан, ваша милость.
Услышав перечень моих званий, мужчина построжел и вытянулся, после чего показал рукой в сторону отходящей от ворот широкой улицы: