Одержимые 4 (СИ)

— Может, рыбу можно ловить?! — испуганно воскликнула Полина.
— Ты выгляни за борт, — без привычной ухмылки предложил Колян. — Только смотри не упади случайно.
Я уже выглядывал, поэтому пошел за девушкой и подстраховал ее. Ведь выпасть означало очень быструю смерть — прозрачная вода за бортом буквально кишела разными зубастыми тварями. Слишком крупными, чтобы поймать их руками или ведром. 
— Надо срочно потестить этот фильтр воды, — напомнил Сергей.
— Колян, вперед, — переадресовал я задачу.
— Чуть что, сразу Колян, — пробурчал друг, но ведро взял. — А сожрете наверняка первым.
— Заметь, не я это предложил, — усмехнулся я и пошел следом для подстраховки.
Опасения оказались почти напрасны — когда ведро погрузилось в воду, монстры рванули к нам, но они плавали на глубине метров трех и не успели.
— Вот сюда лей, — Влад уже разобрался с устройством и указал на емкость в верхней его части. Она вмещала литров пять. Столько же, как и такая же снизу. И туда через несколько минут закапала вода. Именно закапала. О-о-очень медленно.
— Не обманула система, — подавлено проговорил Костя.
Мы переглянулись, потом посмотрели на стоящее в зените жарящее солнце, и пот, пропитывающий наши легкие белые штаны и рубахи (все, что было на каждом из нас).
— Пи.дец, — высказал общую мысль Молот. — Мы сдохнем от жажды раньше, чем от голода.
— Задача, очевидно, с подвохом, — вздохнул я и уселся на дно плота. — Надо все тщательно посчитать.
— Ты думаешь, не придется друг друга есть? — с надеждой спросила Полина, устраиваясь рядом со мной.
— Думаю, придется, — я не отводил взгляда от медленно собирающихся капель. — Вот только очевидно, мы не должны эту воду делить на восемь человек, и кого-то надо сразу снимать с довольствия и готовить...
— На ужин! — хохотнул Колян и рухнул рядом. — Согласен! Если в нем будет мало воды, то, возможно, и успеем мяса завялить.
— В них, — поправил Сергей. — Навскидку нужно сразу не давать воду минимум двоим, а то и троим.
Теперь мы все смотрели на живительную влагу, за это время ее собралось всего несколько глотков.
Влад вдруг схватил кружку и поставил ее под капли.
— Испаряться же еще будет, надо сразу пить, — пояснил свои действия он.
— Полина, — обратился я к девушке. — Иди выпей то, что набралось уже.
— Почему я? — она испуганно отпрянула.
— Потому что ты должна остаться последней.
— Почему??? — девушка вскочила.
— Во-первых, потому что у тебя самые низкие статы и тебе нужнее...
— Книгами доберу!
— ... Во-вторых, убивать и есть единственную девушку вряд ли кто-то захочет, в-третьих, я читал, что девушки дольше могут голодать, вероятно это как-то связано с обменом веществ.
— Пока жирный сохнет, худой сдохнет, — возразил Колян.
— Ты будешь Полину есть? — я обернулся к нему.
— Не, я лучше Владика попробую.
— Губу закатай, — оскалился Шизоид. — Не было бы здесь дамы, я бы объяснил, что ты можешь попробовать.
— Ладно, хватит, — я снова посмотрел на девушку. — Иди пей, что есть! Сначала кружку снизу оближи, каждая капля на счету.
Она несколько секунд ошарашенно смотрела на меня, но когда поняла, что я не шучу, медленно повернулась и на негнущихся ногах подошла к столбу. Молодчина! Несмотря на стресс, сделала все четко — облизала дно кружки, выпила полглотка из нее, а потом наклонилась и высосала до капли все, что набралось в резервуаре.
— С этим понятно, позже назначим дежурных по контролю за верхним резервуаром, он должен быть полон круглосуточно.
— Будем надеяться, тут есть ночь, — пробормотал Сергей, вытирая пот со лба.
— Будем, — кивнул я. — А пока нужно с главным решать. Ты посчитал, сколько народу надо сразу вычеркивать? 
— Так не рассчитаешь, нужно больше времени и наблюдений, — пожал плечами мужчина. — Предлагаю начать с двух.
— Почему? — удивился Колян. — Ведь с троих гарантировано больше профита будет.
— Потому что, если от жажды или... по другой причине умрут сразу трое. То на такой жаре много мяса пропадет, — ровным голосом пояснил Сергей и замолчал.
 
Так же, как и все мы.
— А сколько человек без еды может прожить? — через несколько минут спросила Полина.
— В теории двадцать, двадцать пять дней, — ответил я. — Но на практике достаточно быстро начинаются серьезные разрушения организма и мозга. Так что сильно голодать есть смысл только последним. Остальным максимум дней пять и то лишь после того, как с водой вопрос решим. 
— Колян, ты ж у нас маг огня, — минут через пять заговорил Шизоид. — Иди к борту, проверь это «малое пламя». Только лодку не прожги.
— Это плот, — разморённый солнцем, вяло шутканул Молот и, не вставая, пополз к борту.
Мы молча наблюдали за его экспериментами. Пламя, вырывающееся из его ладони, оказалось действительно небольшим, сантиметров пятнадцать в длину и пять в ширину. Для чего каждому из нас дали это заклинание, мы даже не стали обсуждать — это было очевидно. Для жарки мяса.
— Зато ману не жрет, — констатировал Колян и вернулся на свое место. — Ну, что сопли жевать, Ужас, назначай.
— Я вызываюсь добровольцем, — произнес вдруг Паша.
— И я, — подал голос все это время смотревший в голубое небо Семен.
— И я, — присоединился Костя.
— Тогда я первым! — встрепенулся Сергей. — Я не хочу есть сына.
— Тебе в любом случае надо одним из последних умирать, — с улыбкой посмотрел на отца парень.
— Это еще почему?
— Вряд ли кто-то захочет есть твое жесткое мясо.
— Э! Края-то видь! — мужчина рассмеялся, а потом тяжело вздохнул. — Решай, Ярослав.
Вот именно такие решения я мечтал принимать, когда брал на себя роль лидера.
Ладно, они правы. Несмотря на то, что система тут уже больше недели, и к ней более-менее привыкли все, всё равно я гораздо больше адаптирован, и в данный момент смотрю на происходящее лишь в контексте выполнения задания и прокачки отряда.
Да, будет неприятно. Да, я сто процентов сам пожалею, что не вызвался добровольцем — ведь умереть первым самое простое. Р-р-раз, и ты уже снаружи со статами... По большому счету мне надо выбрать тех, кто будет мучиться меньше и того, кто получит максимальный профит. В общем-то, я уже все решил. Гораздо сложнее это будет все воплотить.
— Первые двое Костя и Сергей. Потом Семен, за ним Паша. Дальше Шизоид и Молот сами решают, затем я. Последняя остается Полина.
— Ты уверен, что девочку стоит оставлять? — с сомнением спросил Сергей. — Она же от голода умрет, это мучительная смерть.
— Полин, — я обнял дрожащую девушку. — Тебя никто не заставляет тут торчать после тридцатого дня. Сиди, сколько высидишь, потом есть минимум два способа, кроме голода, это закончить... Ну, а если до этого поймешь, что не вывезешь, то я последним останусь.
Она подняла на меня широко раскрытые глаза и долго рассматривала мое лицо.
— Я справлюсь, — наконец прошептала она и уткнулась лбом мне в плечо.
— Молодчина, — я погладил ее по голове и сказал так, чтобы все расслышали. — Главное помните. Тут не мы, а наши проекции и двойники. Чтобы тут ни произошло, по прошествии тридцати дней мы все вернемся на Офилию целыми и невредимыми. Старайтесь относиться к этому как к игре. Да, нам придется друг друга есть и смотреть на страдания. Но через месяц это закончится для последнего из нас, а для остальных раньше. И мы выйдем отсюда сильнее, чем вошли.
Я обвел друзей взглядом и вообще не испытал ощущения, что моя речь произвела хоть какое-то впечатление.
Прошло 8 часов. 
По счастью, солнце двигалось. И по мере того, как оно опускалось, мы стали кучковаться в тени столба. А когда, наконец, скрылось за горизонтом, с облегчением расселись вдоль борта.
— Я такого сушняка со студенчества не помню, — пересохшими губами произнес Сергей.
— Не долго осталось, — Костя приобнял отца за плечи.