Навеки Ваш, или Не поминайте лихом! (СИ)

- Олег Нимчутый из «Витязя», - качнул головой мой нынешний начальник. И внезапно подхватил меня под локоть. – Всего хорошего вам. Ульяна Дмитриевна, нам пора.
Обратно на завод мы возвращались в не менее странном молчании. А потом в кармане моего пуховика затренькал телефон. Нейтрально так затренькал, значит, номер ему незнаком.
- Извините, Андрей Максимович… Алло?
На том конце что-то сначала щелкнуло, потом абонент будто прочистил горло и только после прозвучало:
- Улиана? Ты меня слышишь?
Я почему-то сразу же его узнала. И сердце сжалось, потом пристыженно вернулось в прежний ритм. Да ну?! И это лишь звонок!
- Радослав?
- Да-да! Это - я! – мужчина говорил по-русски без заметного акцента, лишь слегка растягивал гласные в словах и делал перед ними паузы. Насколько я помню, мать недолгого моего болгарского «избранника» была отсюда, из пригорода нашей областной столицы. – Я здесь! Пока в Москве, Улиана!
У меня непроизвольно сам собой открылся рот. И я заметила, как напряженно замер рядом со мною на сидении машины босс. Прислушивался?
- Ты летишь в Тюмень? – а что ж еще спросить?
- Да-да! – воодушевленно прокричал мне Радослав. – Я к моей бабушке сюда в Винзили на время. В гости. И для вас мне нужно передать дары.
- Дары?
- Подарки! От твоих родителей. Когда прилечу, перезвоню. Нам нужно встретиться. Я отключаюсь – приглашают на посадку.
- Нам нужно встретиться… Вот это Новый год.
- Ну, с наступающим, - тихо произнес, будто решаясь, сидящий рядом со мной мужчина.
Настроение моего босса испортилось. Это стало очевидно, когда он, пропустив меня в парадную дверь, тут же обогнал на ходу и поскакал к себе наверх по обшарканным лестничным ступеням. Меня же по дороге перехватила выходящая из кабинета главбуха Тамара Львовна, наш кадровый специалист. Милейшая пожилая дама, которая все неприятные новости начинает с вопроса «Конфетку хочешь?». У нее конфетки были всегда в столе.
- Ульяночка?
Так и захотелось продолжить про ее конфетку. Но, сдержалась:
- Доброго дня, Тамара Львовна.
Женщина в несвойственной ей манере рассеянно кивнула:
- Конечно. Ты к Екатерине Марковне зайди, а я сейчас вернусь. Мне надо документ тебе на подпись принести, - и, потупив взор, засеменила вдаль.
Я, провожая ее взглядом до самого поворота, открыла дверь.
Хозяйка кабинета встретилась у самого порога:
- Давай, Ульяна, признавайся.
- В чем? – недоуменно уточнила я.
- В каком месте ты насолила, хотя, какое место насолила и так понятно, задницу ты ей насолила. Вопрос другой: «когда?».
- Да и кому. Выражайтесь четче.
- Елизавете Юрьевне! – грозно качнулась женщина. – Ты с завтрашнего дня понижена до простого пиар-менеджера, естественно с урезанием оклада. И вторым специалистом принята какая-то шмакодявка-модель из местных. Именно, Ульяна, как «лицо компании». То есть светиться будет лишь она.
- Да что вы? – как-то ж села я на стул. А как не сесть, если стульев у Екатерины Марковны ряды?
- Вот и «да что», - насупилась она. – Так я и спрашиваю: когда вы с этой цацей нашего директора не поделили?
- А я логики не вижу. Модель ведь будет рядом с ним теперь.
- Ульяна, сколько раз тебе советовала: «читай все городские сплетни», - ткнула мне пальцем в лоб эта «советчица». – Не любит он моделей. Терпеть не может тощих и тупых.
- О, матерь всех бобров. Не любит он… Однако же меня понизил.____________________________________________Продолжение истории 17 декабря...А пока автор усердно его строчит, познакомьтесь с еще одной историей из веселого моба "БОСС В ПОДАРОК" . Тина Джель - " Мой неприступный БОСС". Горячо и остроумно!
 
 Глава 8 
       Снег в нашем городе идти прекратил. Деревья, качаясь под ветром, отряхивались от его навязанной тяжести. Перепадало от них и прохожим за вечную неуважительную суету и трусливо поднятые воротники. А небо нечаянно «вызвездилось». Вызвездилось… Кто из моих бабушек так говорит?..Я шла домой. Разглядывая уличные елки в разноцветных шарах, сверкающие витрины и нити из огней, натянутые между высокими фонарями над тротуарами. Когда снег иссяк, наконец, все это предпраздничное великолепие, вдруг прояснилось и насытилось красками… Наверное я пошла пешком сегодня ради того же – насытиться и проясниться. А комариный антихрист вам! Не получилось! Скорее, по причине собственного малодушия. И откровенного непрофессионализма. Три раза скинуть вызов от собственного директора – перебор. Но, я благополучно позабыла об этом, лишь открыла дверь дома:- Ма-ария Теодоровна, вы не «вещтница», вы – «справедлива дэвойка». То ясть я хотел сказать…- Не ведьма, - зазвенел кокетливый бабушкин смех. – Но и не дева, Радославчик! Давно уж!Я ворвалась в ярко освещенную кухню с шапкой в руке и стягивая по дороге свой шарф:- А вот насчет того, что ты прекрасна, то есть справедлива, сомнения не возникают. Здравствуйте еще раз. Оба.- Улиана, доброго вечера.Ну что сказать? Радослав Дивитров, двадцатипятилетний смуглый шатен с породистым носом и карим искренним взглядом, несомненно, был хорош. 
Он и тогда, год назад в родной Болгарии запомнился мне, как яркая вспышка. А сейчас в чуждой для этого мужчины снежной среде, на нашей большой уютной кухне, да еще в чисто сибирском обтягивающем торс свитерочке… Во всем виноваты наши с Радославом родители! Если б не их сводничество, оскорбительно навязанное для нас обоих… Если бы… только это?- Ульяночка?.. Ульяна?! А ну-ка, выйдем. Радославчик, а ты садись и шинкуй дальше лук. Давай-давай, - бабушка, привычно не используя правильные воспитательные манеры, протолкнула меня в собственную темную комнату и демонстративно захлопнула дверь. - Мне час назад позвонила Катерина, - это прозвучало, словно вынесенный приговор, но далее последовало тоже весьма привычное и попустительское. – Ульяночка, ну и что?!
- Ну и всё.
Меня ведь волновало сейчас совершенно иное!
- А, ты о внезапно появившемся у нас Радославе?
- Угу.
- Кстати, могла бы и предупредить о нем, важная Жанна.
Сложно не признать данный факт:
- Извини.
- Извиняю. Замоталась с выбором: увольняться прямо сейчас или дать Горскому шанс?
- Бабушка! – вскинула я в негодовании брови.
- Продолжим о Радославе, - дипломатически верно отступила она. – Мальчик остался без жилья, а точнее компании. Его бабушка до двадцать шестого отдыхает в Тараскуле.
- В санатории? – плюхнулась я на стул. Моя собственная бабушка утвердительно важно кивнула. – И что же теперь?
- Ее соседка, что поливает цветы, ключ мальчику, безусловно в итоге дала. Но, что ему там, в пригороде одному целую неделю сидеть?
Конечно. Он ведь не для этого в Россию по стуже приехал. Или я не права? Но, кто ж меня послушает-то теперь?
- Все понятно.
- Вот и замечательно. А теперь раздевайся, мой руки и есть. Хотя постой, мы еще не закончили суп чорбу. Надеюсь, мальчик рецепт помнит прилично. И мать твоя, кстати, «даром» отправила свой персиковый конфитюр.
Следующим утром мечта моя поглощать персики и пялиться в небо, усилилась и раскрасила серость реальности новыми сочными далями. Именно в них я и запуталась сразу, как только вошла в собственный кабинет. А еще наверняка влепила себе синяк на бедро об угол собственного же стола. А все почему, матерь всех бобров?! Стол был нещадно выдвинут в самый центр моей маленькой, но уютной каморки… Еще недавно уютной.
- Ой, здравствуйте.