Развод. Жизнь с чистого листа (СИ)

Максим невзлюбил его с первого дня, он всегда был категорично настроен против домашних животных. Сколько Маруська уговаривала его завести кошку. Как она мечтала о котенке!
Помню, как накануне своего дня рождения, по-моему, ей тогда должно было исполниться лет восемь или девять. Дочка нарисовала на большом листе картона кошку. Подписала свое художество «Лучший подарок» и прикрепив к картону широкую атласную ленту с двух сторон носила это изображение в виде транспаранта на шее. Но муж был непреклонен.
В тот период мы жили со свекровью. Да мы в принципе, всегда жили со свекровью, вплоть до ее кончины, именно поэтому пятнадцать лет своей замужней жизни я ни грамма не чувствовала себя хозяйкой в нашей квартире. В первый же год моего замужества «мама» переехала к нам, прикрываясь благой целью. Она утверждала, что будет помогать с Машенькой.
Я неопытная, молодая бестолочь, которой ни как нельзя доверять ребенка ее сына. Она считала, что он женился на мне лишь только потому, что я залетела. Я была совершенно недостойна ее отпрыска. По ее мнению я во всем была недостаточно… Недостаточно образованна, недостаточно красива, недостаточно воспитана.
«Простушка! Что ты в ней нашел? Раскрой глаза! Вам не по пути. Найди себе женщину, соответствующую твоему уровню, и женись… Ах, беременна!!! Ну что ж, это все меняет! Не такая глупая как показалась на первый взгляд! Поумнее тебя будет… А ты уверен, что это твой ребенок?».
Долгие годы эти слова были выжжены у меня на подкорке. Вот так встретила меня моя будущая свекровь. Намеренно не понижая голоса, она высказывала это все Максиму в соседней комнате, как раз после нашего знакомства. В тот вечер я ушла. Не вынесла унижения, просто хлопнула дверью и убежала.
Нужно было бежать дальше. Сейчас я понимаю, что я действительно была недостаточно умна. Восемнадцатилетняя влюбленная дура, которая испугалась новой реальности. Испугалась своего положения. Максим был моим первым и единственным мужчиной. Он был старше на семь лет, красиво ухаживал. Наш роман продлился не долго, буквально через три месяца после нашего знакомства я узнала, что стану мамой и ошарашила этой новостью его.
Максим позвал замуж сразу. Не раздумывая ни секунды сделал мне предложение. В тот момент мне казалось, что я нахожусь на седьмом небе от счастья. Что я могла понимать в те годы? Я весь мир видела с розовом цвете. Неопытная, совсем молоденькая девчонка, воспитанная прабабушкой, с детства мечтающая о полной семье. Мне казалось, что вот оно счастье. Что наконец и со мной случилась любовь, о которой мечтают все девочки. Ведь в молодости всем кажется, что они могут чего-то не успеть в этой жизни. И это именно тот шанс, который не в коем случае нельзя упускать.
Макс был старше, опытнее. Мне захотелось довериться ему, и я доверилась. Ведь я чувствовала, что он меня любит. Не стал бы он вступать в открытую конфронтацию со своей матерью ели бы я была ему безразлична. Но «мама», оказалась крепким орешком и без труда уничтожила в нем те чувства, которые он питал ко мне в первые месяцы наших отношений.
Все мы совершаем ошибки в молодости. Макс был моей основной ошибкой. Ошибкой, которая вычеркнула два десятка лет из моей жизни.
Телефон не перестает вибрировать на подоконнике, я устало закатываю глаза подхожу, беру трубку. Боль в ноге отзывается пульсацией, простреливает до самого колена.
— Нина! Просто назови причину! Не из-за этой же шавки ты собрала вещи? Неужели ты разрушишь наш брак из-за какой-то собачонки!?
— О каком браке ты говоришь? Мы больше десяти лет живем как соседи. Мне надоело с тобой соседствовать, Максим! Я свободы хочу… Не хочу видеть больше твоей наглой морды. Не хочу, чтобы ты лез в мою жизнь. Нам давно пора разойтись и каждому жить своей жизнью. Тем более, что ты и так живешь ей совершенно никого не стесняясь.
— Нина!
— Найми домработницу, Макс! А меня оставь в покое! Я устала…
— Устала от чего? От сытой жизни? Да ты без меня… — переходит на крик.
— Я помню… помню, Максим. Без тебя я ноль без палочки…
  
— Нина!!! Не говори, что ты переехала в ту халупу!
— Доброй ночи, Максим!
— Маша знает?
— Не впутывай в это Машу!
— Так знает или нет?
— Нет! Не вздумай втягивать ее в это дело!
У дочки тяжелая беременность. Да, через пару месяцев я стану бабушкой. Моя Маруська подарит мне внука. Правда видеть его я буду только по видеосвязи. Вряд ли в ближайшее время я увижусь со своей роднулькой. Дочка вышла замуж за перспективного мальчишку. Не такого перспективного как Максим в свое время. А действительно умненького, а главное любящего мою дочь всем сердцем. Только смотря на детей я наконец поняла какими должны быть отношения между влюбленными…
Толик увез мою ласточку в Америку. И за последние два года моя жизнь превратилась в сплошной день сурка. Каждый день стал похож на предыдущий. У меня будто бы оторвали одно крыло и вдобавок повесили на шею пудовую гирю. Эта гиря тянет… тенят и вот-вот заставит меня полностью склониться и принять судьбу совершенно одинокой, но при этом замужней женщины. Единственный родной мне человек, сейчас находится за океаном и устраивает свою новую счастливую жизнь. Главное, чтобы Маруся была счастлива…
Всю свою замужнюю жизнь я жила ради ребенка. Я понимала, что не смогу дать ей того, что дает ей отец. Знаю, что он не отдал бы мне дочь. А еще я отлично знаю, какого жить без мамы… Я не смогла бы с ним бороться за нее. Поэтому я тихо выла по ночам в подушку, когда он не приходил ночевать, а на следующий день не глядя засовывала его вещи в стиральную машину, и пусть мои глаза не видели помады на воротничках, зато обоняние отлично улавливало чужой тошнотворно сладкий парфюм.
Я взбунтовалась лишь раз. Лишь один раз я отвоевала себе кусочек собственной жизни. Когда Марусе исполнилось двенадцать лет, и она стала вполне самостоятельным ребенком. Я вышла на работу. На работу за которую все эти годы выслушивала от супруга.
Мое простенькое педагогическое образование, которое мне удалось получить с горем пополам уже после рождения дочки, не давало мне широкого выбора. Я могла пойти в школу, учителем младших классов. И Максим вполне мог поддержать меня в этом начинании, но он не поддержал, а наоборот закатил скандал. «Жена директора департамента, не будет работать в простой средней школе!». Наша дочь училась в гимназии с углубленным изучением английского, поэтому ее мать априори не могла пойти в простую среднюю общеобразовательную школу. Так считал мой муж. Но я посчитала иначе. И устроилась воспитателем в частный детский сад. Он был в бешенстве, и я не проработала в нем даже недели. Меня просто вежливо попросили.
Не знаю почему я тогда не сдалась… Просто во мне щелкнул какой-то тумблер, и я решила, что буду переходить из сада в сад до тех пор, пока они не закончатся. Раз в школу путь мне был закрыт. В конце концов, на третьем садике он успокоился и не приставал ко мне вплоть до февраля этого года.
Максим пошел на очередное повышение и решил, что теперь уж ему точно не комильфо быть женатым на простой воспитательнице. Он просто сделал так что меня снова попросили. Вежливо и тактично попросили передать группу молоденькой новенькой воспитательнице. Освободить, так сказать, место для молодёжи.
Моя подружка Ленка ржала как раненая ослица… В сорок два года меня списали со счетов. И ничего, что до пенсии мне еще как медному котелку… У Максима Леонидовича Белецкого не может быть жены, подтирающей задницы чужим детям.
Тогда между нами случился грандиозный скандал, пожалуй, это был самый серьезный скандал за последние годы. Я ему даже за первую вычисленную любовницу так не выговаривала, правда тогда в ход пошла еще и посуда. Молодая была… Глупая… Мне же потом все эти черепки и осколки и пришлось убирать. И перепуганную Марусю всю ночь успокаивать.
На сей раз я обошлась без битья посуды, но пустила в ход кулаки и ногти. Мне хотелось расцарапать его холеную морду, хотелось унизить его так же как он унижал меня все эти годы. Но звонок от зятя вернул меня в реальность. Толик сообщил, что Маша попала в больницу у нее открылось кровотечение, и она чуть было не потеряла ребенка. Ребенка, о котором мы еще не были в курсе. Я снова закрыла рот, точно так же, как и дверь своей комнаты. Мы давно уже жили порознь. У каждого из нас была своя комната, своя кровать и своя жизнь…