Короли алмазов

— Ну, я бы сказала, что более привычна к очередям, чем вы. — Лора подала ему листок бумаги. — Вот, лорд Николас. Вы можете питаться еще неделю. Потом срок действия карточек истечет, и нам снова придется пройти через эту процедуру.
— Я вижу, что они позволяют их владельцу приобрести некое определенное свыше количество продуктов на неделю. — Николас мрачно смотрел на разрешение. — А что установлено на настоящий момент, Лора? Я совершенно запутался в приказах нашего уважаемого полковника.
— Норма хлеба ограничена 14 унциями в день. Продажа чая, кофе и сахара ограничена. Молока вообще нет. Яйца по два шиллинга за штуку. И — Лора помедлила, прежде чем сообщить плохую новость, — норма мяса урезана наполовину. Четыре унции на взрослого и две на ребенка в день.
Николас застонал.
— А я так мечтаю о бифштексе. У меня подводит живот и текут слюнки при одной только мысли о бифштексе! А они собираются кормить нас… — Он замолчал.
— Кониной! — мрачно произнесла Лора. — По всему городу ходят такие слухи. А вы знали об этом? Могли бы предупредить меня! Весь Кимберли возмущается. Это вызывает ужас больший, чем все, что случилось за время осады.
— У нас мало мяса, — сказал Николас, — а лошадям не хватает корма. Кавалерийским лошадям в этом отношении отдается предпочтение, но другим животным уже нечего дать.
— Я знаю. — Лора попыталось проглотить застрявший в горле комок. — Жутко смотреть на их выступающие ребра и жалкий вид. Лошади такие благородные животные, что есть их кажется мне каннибализмом. А на полях Кенилуорта еще есть скот.
— Как вы когда-то сказали относительно запасов в кладовой, мы не знаем, на сколько нам придется растянуть то, что еще осталось.
Лора села рядом с ним и заглянула ему в глаза.
— Вы с сэром Мэтью знаете больше, чем говорите. Даже плохие новости лучше, чем никаких.
— Ледисмит и Мафекинг тоже держатся — мы не одиноки в наших испытаниях. Но силы освобождения застряли на реке Моддер.
— Но ведь это ненадолго? Мы же слышим, что там стреляют. Мы каждый день слышим артиллерийскую канонаду.
— Сражение при Магерфонтейн стало тяжелым поражением. Нужно пополнение. Пока Метьюен ждет его, он удерживает значительные силы буров и не дает им вести бои в другом месте. Не забывайте, Лора, что лорд Робертс уже в пути, чтобы занять место главнокомандующего. Старина «Бобс» мгновенно вытащит нас отсюда.
— А пока мы должны есть лошадей. — Лора поежилась.
— Черт бы побрал Мэтью с его умными идеями, упрямством и внезапной тягой к принципам, — с несвойственной ему резкостью сказал Николас. — Несправедливо, что вы должны терпеть все эти мучения. — Он взял ее за руку. — И все же, — задумчиво произнес он, — если бы не осада, я мог бы никогда не познакомиться с вами.
Лора не нашлась, что сказать в ответ, и они молча сидели, держась за руки, когда в комнату ворвался Мэтью. Он взглянул на них и тут же исчез так же резко, как и появился.
Только неделю спустя Мэтью поделился своим секретом.
— Я хочу кое-что вам показать, — сообщил он. — Вы должны пойти со мной в мастерские компании — если у вас, конечно, нет более интересного занятия.
— Конечно, нет, — Лора с радостью отложила книгу. — Я уже прочитала каждую книгу в Кимберли по крайней мере раз шесть.
— Я не это имел в виду, — загадочно произнес Мэтью.
С трудом сдерживая волнение, он повел их в мастерские. Очевидно, Николас уже знал об этом секрете, потому что он сразу же отошел в сторону, к рабочим и заговорил с ними, а Лора широко открыла глаза от удивления.
— Пушка! Самая большая, какую я когда-либо видела. Откуда она взялась?
— Мы сами сделали ее, — с гордостью сказал Мэтью. — Здесь, в мастерских «Даймонд Компании» из имевшегося материала.
— Невероятно. А она надежная? — Лора с сомнением посмотрела на этого монстра. — И она будет действовать?
— Конечно, будет. — Мэтью даже возмутился. — Ее проектировал Джордж Лабрам, американский инженер из Детройта, который работает у нас. Она сделана из стали. Теперь мы покажем бурам, — и он любовно похлопал рукой по стволу пушки.
 
Лора облегченно вздохнула. Так вот почему она почти не видела его всю неделю — а она начала было думать, что чем-то обидела его.
— У нее должно быть имя.
— Мы ее уже окрестили. Буры называют свои крупнокалиберные пушки «Длинный Том». А мы решили назвать свою «Длинный Сесил».
— Как это поднимет боевой дух! Вы не поверите, сэр Мэтью, как все расстроены из-за конины. Когда дела стали хуже, конина составляла только половину мясного рациона, но тогда не все отличали ее. А теперь она составляет четыре пятых рациона, и некоторые люди вообще отказываются есть любое мясо.
Мэтью пожал плечами.
— Мы не можем быть такими разборчивыми. Пусть ходят голодными, если им это нравится.
— В городе начнутся болезни, — заметила Лора, — но есть средство. Я уже обсудила с капитаном Тайсоном возможность открытия походной кухни. Он согласен готовить суп из одной говядины. Его будут продавать по три пенса за пинту; на каждого взрослого будет выделяться одна пинта супа в обмен на мясной купон. Суп будет питательным и хорошо приготовленным, и капитан Тайсон считает, что ему удастся уговорить полковника Кекуиджа выделить еще маисовой крупы, но мне пришлось кое-что пообещать взамен.
— Абсолютно уверен, что вам пришлось это сделать, — саркастически произнес Мэтью. — А что на это скажет Николас?
Лора не поняла его намека и удивленно посмотрела на него.
— К лорду Николасу это не имеет никакого отношения. Я пообещала, что спрошу у вас, нельзя ли получать немного овощей для супа из огорода компании.
— Я думаю, можно. Я попрошу Родса.
— И я пообещала, что мы покажем пример и сами будем брать у них этот суп.
— Хорошо, если вы настаиваете.
— Но это еще не все. — Лора собралась с духом. — Я сказала, что вы лично будете помогать разливать суп, по крайней мере в первый день, что будет гарантией его качества и вкуса.
— Вы хотите, чтобы я стоял у котла и черпал ковшом суп?
— Да. Прошу вас!
— А вы уверены, что не хотите, чтобы я чистил картофель или резал мясо?
— В этом нет необходимости.
— Я счастлив это слышать. Хорошо, мисс Воэн, скажете мне когда и куда явиться, и я буду там. — Выражение его лица вдруг смягчилось. Он достал из кармана небольшой мешочек и вынул из него прекрасный алмаз грушевидной формы. — Я был прав, — сказал он, задумчиво глядя на камень. — Колесо сделало полный круг. Сколько лет прошло с тех пор, как я ел обед за три пенса?
Он спрятал алмаз в карман и посмотрел на Лору.
— Вы, кажется, расширяете круг своих знакомых, — заметил он.
— Я встречаюсь со многими людьми в очередях за продуктами и карточками, — ответила Лора, — и, естественно, мы разговариваем, чтобы скоротать время. Я заметила одну очень интересную вещь.
— Какую же?
— Я ни разу не слышала, чтобы хоть один человек предложил сдаться!
«Длинный Сесил», к общему восторгу, имел небывалый успех. После нескольких пристрелочных выстрелов он бил настолько точно, что выгнал буров с промежуточной позиции в двух милях от города, а затем послал серию «приветов из Кимберли» в лагерь Камферс-Дам. Успешные действия артиллерии в сочетании с отсутствием потерь значительно подняли настроение горожан. Разговоры о мастерстве Джорджа Лабрама звучали повсюду. В Кимберли укоренилось мнение, что надо меньше полагаться на силы освобождения и больше верить в свою собственную способность прорвать блокаду.
Однако, эта вновь обретенная уверенность в себе была подорвана в ночь на среду 24 января.
Лора проснулась среди ночи от звуков, которые сначала приняла за раскаты грома. Она лежала в темноте и прислушивалась. Потом она поняла, что это не гром, а артиллерийская стрельба, сопровождавшаяся свистом и разрывами снарядов. И эти снаряды взрывались один за другим прямо на улицах города.
Даже не подумав набросить халат, Лора выбежала через парадную дверь на дорогу. Ночной покой города был нарушен грохотом взрывов и испуганными криками жителей. Прямо над ее головой просвистел снаряд и упал на крышу дома напротив. Раздался громкий взрыв.