Короли алмазов

— Это моя комната, Миранда. Прямо напротив детской. Ты можешь приходить ко мне, когда захочешь. Дотянешься до ручки? Молодец!
В комнате не было ничего интересного для маленькой девочки, но тряпичная кукла произвела на нее впечатление.
— Я думаю, у тебя много собственных игрушек.
— Есть немного, но мне разрешают играть ими только в определенное время. И они совсем не такие красивые, как эта. — Миранда с завистью смотрела на простенькую куклу в самодельном выцветшем платье.
Лора уже хотела сказать Миранде, что она может оставить куклу у себя и взять ее с собой в постель. Но она вовремя вспомнила, что кукла тут же попадет в руки Нетти, а если она останется здесь, то это будет привлекать сюда Миранду.
— Ты можешь приходить сюда и играть с ней, когда захочешь.
— Спасибо, мисс В…
— Давай решим, как ты будешь называть меня. Ты не можешь звать меня «няня», потому, что я не няня. И я думаю, что тебе не стоит называть меня «гувернантка», потому что это звучит отвратительно. «Воэн» — некрасивая фамилия, поэтому я думаю, что ты должна называть меня по имени: Лора.
— Лора, — повторила Миранда.
— Это немного необычно, и твоему папе это может не понравиться, но мы посмотрим.
Миранда согласно кивнула. Лора поняла, что девочка была очень послушным ребенком. Стоило только сказать: «Это может не понравится папе».
— Лора, ты останешься дольше, чем няня?
У Лоры заныло сердце. Она вдруг ясно, поняла, как мало стабильности было в жизни девочки. Ее отец появлялся и исчезал, как великолепный метеор, но Миранда никогда не знала, когда он появится, и как долго пробудет с ней. Няни приходили и уходили — сколько их было? Три за три года? Против всех ожиданий Миранда не была избалованным и изнеженным ребенком сказочно богатого человека. Девочка не получала того, чего хотела. Она получала то, чего хотел Мэтью. К тому же, он ждал от дочери слишком многого, и был бы расстроен, если бы она не оправдала его надежд.
Останется ли она дольше, чем эти няни? Лора была честным человеком и хотела сказать, что срок ее пребывания в доме полностью зависит от прихоти сэра Мэтью Брайта. Но в глазах ребенка была такая мольба, что Лора опустилась на колени и прижала девочку к себе.
— Да, я останусь на очень долгое время. На бесконечно долгое.
  
Глава одиннадцатая
 
Лампы и красные портьеры отбрасывали розовый отсвет, огонь ярко горел в камине, и Лора, уже выбрав книгу, задержалась в библиотеке. Было уже поздно, и ей надо было возвращаться в свою комнату, но ей так нравилось здесь, что не хотелось уходить. За две недели, прошедшие с тех пор, как она поселилась на Парк-Лейн, она уже несколько раз приходила сюда, предварительно убедившись, что сэра Мэтью не было дома. Это были напряженные недели. Она установила дружеские отношения с Мирандой, и после неблагоприятного начала все же добилась взаимопонимания с горничными, приставленными к детской. Лора занималась с Мирандой днем, была вместе с ней во время завтрака и ленча, а после дневного чая передавала ее Нетти. Она добилась того, чтобы завтракать и обедать в детской, облегчив работу горничным, которым теперь не надо было приносить ей еду отдельно. Однако, по вечерам она не посещала детскую и ужинала в одиночестве у себя в комнате. Имея свободные вечера, которые нечем было заполнить, она начала быстро поглощать книги из библиотеки Мэтью.
С восторгом рассматривая корешки книг, как некоторые женщины рассматривают богатые шелковые ткани, Лора вдруг услышала, как отворилась дверь. Она пришла в ужас, услышав голос Мэтью, и кроме того он был не один. Лора замерла на месте, скрытая за высокими книжными полками, не зная, обнаружить ли ей свое присутствие или остаться на месте в надежде, что они скоро уйдут.
— Бесполезно отрицать, Катарина. Я отлично знаю, что это была ты!
— Ты не можешь этого знать, потому что это неправда.
— Обычно твоя красота является твоим главным оружием, но на этот раз она сослужила тебе плохую службу. Клерк, который принимал чек, очень точно описал тебя.
 
Катарина сдалась.
— В самом деле? Как жаль! Все же это не доказывает, что я взяла и остальные чеки.
— Ради Бога, перестань притворяться. Конечно, это ты взяла их и на всех подделала мою подпись. Одного я не могу понять, как ты рассчитывала избежать разоблачений.
— Мэтью, мне отчаянно нужны были деньги! У меня ничего нет, и мне не к кому обратиться за помощью.
— Об этом надо было подумать прежде, чем разводиться с мужем. Может быть, тебе следует подумать о возвращении к нему — если он захочет тебя принять, что весьма сомнительно.
— Работный дом лучше, чем жизнь с ним, — с пафосом ответила она.
— Прекрасные слова, Катарина! — сухо заметил Мэтью. — Но мне кажется, в действительности все иначе. Конечно, ты всегда можешь пойти работать.
— Работать? Ты кажется забыл, Мэтью, что я королевских кровей.
— Не совсем королевских, Катарина, а мы приближаемся к тому времени, когда значительный счет в банке лучше пустого титула. Однако, я знаю, что возможности найти работу у тебя очень ограничены. С твоей внешностью тебе лучше всего поискать себе мужа.
— Есть только один человек, за которого я хотела бы выйти замуж. — Катарина придвинулась ближе и взглянула на него горящими глазами. — Какая у нас была бы команда! Мы оба красивы и умны. С твоими деньгами и моими способностями в политике мы бы могли править миром.
Мэтью рассмеялся.
— Мне? Жениться на тебе? Ты в своем уме?
Катарина вздрогнула от обиды, но продолжала убеждать его.
— Сейчас ты просто сердишься за то, что я подделала чеки. Но, Мэтью, мне действительно были нужны деньги, и я хотела, чтобы ты понял, насколько остро они мне нужны. Я думала…
— Ты думала, что я женюсь на тебе, чтобы избежать скандала, — прервал ее Мэтью. — Как плохо ты меня знаешь, Катарина! Ни разу за время нашей связи у меня не возникало и мысли, чтобы жениться на тебе!
Она побледнела.
— Но почему? Что во мне плохого?
— Ты хороша в постели, но не у алтаря.
— Но для кого-то я могла бы стать хорошей женой.
— Тогда вам, княгиня, надо продолжать его поиски. Вы еще не нашли такого человека.
— Как ты несправедлив ко мне, — сказала она. — А я ведь пришла предостеречь тебя.
— Предостеречь? От чего?
— У меня предчувствие, что через шесть месяцев на твою жизнь будет совершено покушение.
— Ну, Катарина, какие глупости! — посмеялся Мэтью.
Ее темные глаза на безупречном овале лица смотрели задумчиво и таинственно.
— У меня есть дар предвидения. Это фамильное качество, и я уверена, что то, что я сказала, правда. Кто-то попытается убить тебя. Я хочу дать тебе вот это, — и она протянула массивный тяжелый медальон. — Этот талисман дали моему дяде цыгане. Он был солдатом, и талисман сохранил ему жизнь во всех его походах.
— Какая суеверная чушь!
— Возьми его! — Она сунула медальон в нагрудный карман его сюртука.
— Ты просто пытаешься отвлечь мое внимание от подделанных чеков.
— Что ты собираешься сделать?
— Я заключу с тобой сделку. Я забуду об этом, если ты обещаешь уехать и навсегда исчезнуть из моей жизни.
— Нет!
— Все кончено, Катарина. Кончено. Я больше не хочу тебя видеть.
— Но я хочу видеть тебя. — Голос Катарины звучал глухо и напряженно. — Сначала я рассчитывала выйти за тебя замуж, потому что в тебе было все, что я ценю в мужчинах. Мои отношения с тобой претерпели большие изменения, но сейчас у меня такое чувства, что я дошла до последней черты. К моему глубокому сожалению, я полюбила тебя.
— А теперь разлюби, и побыстрее!
— Это невозможно! И я не согласна на твою сделку. Я должна по-прежнему видеть тебя; я не оставляю надежду. Я надеюсь, мне удастся убедить тебя жениться на мне.
Мэтью улыбнулся, но глаза его оставались серьезными.
— Тогда ты заплатишь за подлог другим образом. — Он грубо схватил ее за плечи.