Бордель: Когда зайдёт солнце (СИ)

- Хотела переодеться в темноте, - сказала глупость и тут же зажмурила глаза.
- Но ты могла пойти в ванную, если стесняешься.
- Там сейчас душно.
- Ладно, Тереза. – Разорвал контакт и начал копаться в вещах, - Что достать?
Ноги-то её помчали скорее к кровати, встала напротив и почти не дышит.
- Пижаму, нижнее бельё… – голос выдавал её с потрохами, но Гарри будто не замечал.
- Я в темноте не определю, что тут пижама, что футболка, а что… Нашёл! – мужчина вытащил, казалось, первую попавшуюся вещь.
Как только голова повернулась к кровати в поисках девушки, изумруды нашли обнажённую спину. Она вроде прикрывала полотенцем грудь, но «снова совершенно случайно» позволила оголиться спине и бёдрам. Тяжело дыша, Тереза чувствовала, как он сокращает расстояние между ними. Если сейчас всё оборвётся, это крах.
- Тереза, если ты хотела секса, зачем придумывать байку про темноту и свою забывчивость? – всё сказано прямолинейно.
- Я… Я ничего не придумывала, - смазанным обидчивым тоном она хотела поставить все точки и уже ни на что не надеяться.
- Я хочу тебя, - проговорил над её головой, - Всё просто.
- Как у тебя всё просто, - хмыкнула в ответ.
- Ты хочешь книжных прелюдий? Я прошу сначала твоего сердца, а затем мы что-то себе позволяем? Нет, - нежностью тут и не пахло, - Пойми, что секс – это нормальное, естественное между людьми.
- Да, понимаю. Так появляется потомство, всё заложила природа… – закатила в ответ глаза, нервно оглядывая изголовье кровати. От его тела шёл такой жар…
- Вот твоя одежда, - Гарри небрежно кинул совсем не пижаму на кровать и направился обратно к двери. Его определённо что-то взбесило. Что? Кто.
- Куда ты? – она ухватилась из последних сил за краешек ускользающего разговора.
- Пойду в зале позанимаюсь, можешь ложиться. – А разговора-то и не существовало.
- Но как же…? – чувства шли потоком. Желание выбивалось волнами наружу.
- Секс? – он всем видом показывал свою абсолютную незаинтересованность, сильнее и сильнее разжигая в ней обиду. Конечно, играл. Конечно, с чувствами.
- Да, блин! Секс! – психанула в ответ, - Иди занимайся! – полотенце полетело на кровать, а она направилась обратно к шкафу, чтобы найти свою пижаму, а не то, что достал он.
- Ты – моя проблема… – уловила краем уха и развернулась.
- Что? – только и успела произнести, как была снесена ураганом.
От былой незаинтересованности не осталось и следа. Сильные руки подняли обнажённое тело над полом, закинули ноги за пояс, а губы всецело завладели её вниманием. Они громко стукнулись о стекло огромной стены и прижались друг к другу в поедающей страсти. С играми покончено.
- Могла бы согласиться и сказать, что безумно меня хочешь прямо сейчас… – недовольно прошептал в губы, улыбка не могла сойти с лица.
- Хочу тебя сию секунду, - посмеялась в ответ, вплетая поцелуи в разговор.
- Нервы мои треплешь только так! – грубо отозвался на смешинки в её голосе.
Поднеся её обратно к кровати, Гарри посмотрел на небрежно брошенное полотенце, вспомнил красивую обнажённую спину, ниспадающие длинные волосы.
- Готова? – ловко он высунул язык и облизнул её губы.
- К чему?! – только и успела спросить, как уже резко была брошена на кровать, но вовремя перевёрнутая на живот. Приземление было мягким, а помутнённый рассудок не мог собраться и понять, почему так?
- Ты ведь на таблетках? – позади раздался вопрос, она нахмурилась.
- Да, - коротко ответила и услышала жужжание молнии. Штаны долой, - Гарри? – только девушка хотела повернуться обратно, посмотреть на него, понять, что и как происходит, рука твёрдо остановила её действия.
- Попробуем в новой позе, - утвердил без вопросов и любых дискуссий.
- Но я хочу видеть твои глаза… – потеряно прошептала и повернула голову.
- Это тебе понравится больше, чем мои глаза. – Усмехнулся нагло, руки легли на бёдра и потянули на себя. Тело темноволосой действовало интуитивно, она оказалась на коленях, ладошки упёрлись в одеяло.
- Ты дверь закрыл? – на всякий случай спросила, - Аа… – без излюбленных прелюдий Гарри начал уверенно входить. Она склонила голову вперёд, его ладонь легла на изгиб шеи, провела нежную линию, а затем ухватилась грубо.
 
- Закрыл, - произнёс и в заключение вошёл до конца. Послышался стон.
Тереза зажмурила глаза, поджала губы, но совсем не ощущая, что выиграла в борьбе, что получила желаемое – его. На коленях-то она. А он… Возвышается и властвует. Толчки были сумбурными, без определённого темпа: мужчина то входил волнами, медленно и мягко, то выбивал всё. Он выдыхает, сбиваясь в дыхании, она не может сдержать стонов. Корит за несдержанность. Напрягается, боясь, что кто-то услышит, например, Ханна. Приходится впиться зубами в свою собственную ладошку, лишь бы сдержать чувство, рвущееся наружу.
Конечно, он недоволен, когда на все его старания слышаться лишь сдавленные мычания. Азарт. Всё зажигается в нём, и шатен, ослабив хватку на изгибе шеи, ведёт неровную линию вдоль позвоночника, замечая дрожь в её теле, прямиком к бёдрам. И если бы он остановился на них… Ладошка за секунду ускользает под тело и находит небольшую точку кипения. Желание хорошенько насладиться её оргазмами накрывает, а ускорить этот процесс, ну, просто необходимо.
Ощутив разгорячённые пальцы там, Тереза недовольно мычит и отрывается зубами от кожи на руке. Ей срочно надо пресечь нарушения правил игры.
- Нет, - протестует в ответ и отрывает бёдра в противоположную сторону.
Ускользает, прекращает контакт. И в итоге уже готова возмущаться. Развернуться и сказать, что надо вернуть всё, как было. «Глупая поза. Я в ней уязвима!».
И кто бы дал ей это сделать. Гарольд моментально успевает схватить копну тёмных волос и остановить любые противодействия. Замирает, не желая лишиться дорогих волос, а затем ощущает, как он продолжает тянуть на себя, вверх.
- Гарри! – боязливо переходит на писк, - Мне больно! – только она перехватывает тянущую вверх руку, как вторая замыкается на шеи.
- Нет, тебе хорошо… Не отрицай… – хитро шепчет, продолжая поднимать тело к себе.
- Хорошо, - вторила за ним, когда наконец он прижал её спиной к своему торсу.
Зелёные глаза заглянули в серые, и можно сказать одно – изумруды источали дикое желание, в котором нет места нежности. Без грубости не обойтись. Словно поедая её с концами, мужчина впился страстным, опьяневшим поцелуем. Всё вернулось и пошло по его сценарию, аккуратно он вошёл в неё, а руки-то никуда не убрал с шеи. Потому что она всегда может сбежать, может воспротивиться.
- Гарри… – сдерживаясь простонала в его подбородок, - Пожалуйста, не надо… – она почувствовала, как вторая рука, до этого державшая волосы, сейчас спускалась вдоль живота ниже и ниже. Она не вынесет, если он начнёт подводить её всеми способами к концу. И этого его цель номер один сейчас.
- Просто позволь, - прикусил мочку уха, уже только этим доводя её.
Средний палец лёг на клитор, и начался ад в виде стенаний. Синхронные движения заставили её потеряться в пространстве, но не во времени. Время казалось вечным. Гарольд выходил и входил обратно до упора, уже не меняя ускоренного темпа, палец, измазанный её соками, ставил просто жирную точку во всём происходящем.
- Не могу, - промычала на немой вопрос и решила расслабиться.
Победная ухмылка скользнула на вишнёвых губах, бешеный темп сменился чувственными, глубокими толчками. Зубы уверенно сомкнулись на её мочке уха, рука с шеи переместилась на грудь. Она была готова и телом, и головой к оргазму. Восхитительная, неописуемая волна накрыла её, с губ сорвался охрипший стон, и мужская рука сразу ушла от местечка ниже пупка.
Пульсация внутри неё оказалась чувственной, но не настолько, чтобы он покончил со всем прямо сейчас. А сопротивления с её стороны неизбежны. Поэтому, воспользовавшись получаемым удовольствием девушки, унесённой далеко-далеко сознанием, мужчина оттолкнулся и наклонился вперёд. Они, в объятьях друг друга, полетели в не менее приятные объятья кровати. Всё снова аккуратно и безболезненно, но зато Гарри основательно придавил её тело к матрасу своим.