Опасное искусство (СИ)

Интуитивно понимая, что за этим последует, Габриэль вовремя поднял левую руку, и смертоносный меч столкнулся со спасительным древком второго топора. Каджит безумно прорычал что-то, пытаясь пнуть бретона ногой, но Рэл, убирая топор от лезвия вражеского клинка, быстро перекатился вправо и поднялся на ноги.
— Сейчас тебе не помогут продажные маги, — холодно предупредил его Габриэль, пользуясь секундной передышкой и собирая энергию для заклинания. Сутай злобно прищурился, узнавая своего противника.
Габриэль сложил топоры крестом и выпустил магический заряд. Электрическая молния оказалась быстрее реакции каджита и вошла точно в грудь, заставляя согнуться и взвыть от боли. Заклинание было недостаточно мощным, чтобы мгновенно отнять жизнь, но Габриэль и не хотел этого.
Толпа, увлечённая напряжённой схваткой, мгновенно стихла, предвкушая развязку боя. Габриэль не собирался заставлять зрителей ждать. Он замахнулся, и топор безжалостно обрушился на голову сутая, с тошнотворным треском проламывая кости черепа и забрызгивая Терребиуса горячей каджитской кровью.
Такой казни он ещё ни над кем не вершил.
Зрители знакомо взревели, отовсюду доносились аплодисменты и какие-то отдельные выкрики, но сейчас Рэл слышал только хрип уже мёртвого каджита. Он с силой выдернул оружие из черепа, ногой толкнул труп на землю, и густая кровь покрыла белый песок, образовав большую тёмную лужу.
Голос глашатая перекричал восторженный шум толпы:
— Добрые люди! Сегодня гладиатор Синей команды доказал своё превосходство и заслужил наши овации!
Габриэль, давно перестав обращать внимание на сотни наблюдающих за ним глаз, небрежно отбросил топоры в сторону, и они упали на побагровевший песок, подняв в воздух столб сухой пыли.
 
========== Глава 2 ==========
 
Уставший от долгой службы и тёплого весеннего солнца стражник Коррола выпрямился во весь рост, крепче сжав блестящую стальную алебарду, когда к городским стенам приблизился одинокий путник. Он шёл быстро и уверенно, гордо подняв голову и осматривая окрестности, будто его вовсе не утомили долгая дорога и тяжёлый мешок за плечом. К его поясу были пристёгнуты узорчатые ножны с длинным тонким мечом.
Когда парень подошёл ближе, стражнику удалось рассмотреть его лицо. Это был молодой бретон, высокий, крепко сложенный и загорелый. Он обладал правильными резкими чертами лица, прямым носом и узкими светло-серыми глазами. Стражник подумал бы, что это пилигрим, если бы не дерзкий надменный взгляд, сразу же отогнавший эту мысль.
— Если ты собираешься вести в городе торговлю, то должен оплатить налог в размере двадцати септимов, — монотонно озвучил он давно заученную фразу, но бретон улыбнулся и спросил приятным голосом:
— Разве я похож на торговца?
— Просто формальность. — Стражник кивнул на открытые ворота: — Добро пожаловать в Коррол.
Габриэль зашёл в город, вдыхая свежий аромат гор и расцветающей природы. Коррол расположился в густой дубраве на Коловианском нагорье, и люди здесь были воинственными и смелыми. Путников встречал большой искрящийся на солнце фонтан, в центре которого возвышалась скульптура воина, умирающего на руках женщины — то ли матери, то ли жены. Коррол словно предупреждал, что в его стенах нашли дом те, кто не боится умирать за правое дело, родину и семью.
Здесь было необычайно красиво. Аккуратные дома из камня и дерева стояли в тени высоких тополей, осин и дубов, а улицы, мощённые серым гранитом, выглядели чисто и ухоженно. Люди в Корроле были приятными, добропорядочными и вежливыми. Здесь искали вдохновение музыканты и писатели, обогащающие культуру графства своим творчеством, а также образованные учёные, работающие над новыми открытиями. Всё это создавало над Корролом прозрачную атмосферу благоустройства и высокой аристократии, но это был город для простых трудолюбивых людей. Пожалуй, больше в Сиродиле не нашлось бы столь притягательных своей искренней доброжелательностью мест.
Габриэль свернул налево, к таверне. Солнце уже миновало зенит, и день близился к концу, поэтому сейчас Рэл хотел отдохнуть после дороги и привести себя в порядок. В «Дубе и патерице» всегда находилось место для гостей с деньгами: здесь были просторные светлые комнаты, горячая еда и свежее пиво. Улыбчивая каджитка, держащая это заведение, знала, в чём нуждаются посетители, умело следила за хозяйством, вела себя вежливо и дружелюбно. Здесь было приятно останавливаться.
 
В Корроле Габриэль хотел ещё раз попытать удачу с Гильдией Бойцов. Пару лет назад он уже приходил к ним, но его выставили за порог, сказав, что неопытные юнцы им не нужны, и с тех пор в душе остался неприятный осадок. Однако иного выхода Рэл не видел. Он умел сражаться, умел ковать мечи. У него была мечта открыть собственную кузницу, но на неё требовались деньги, которые нужно было где-то достать. За три года жизни в Имперском Городе он успел побывать подмастерьем в оружейной лавке «Бей и круши» у требовательного орсимера, но ему не нравилось постоянно выполнять чьи-то приказы и работать не на себя. Он видел в кузнечном деле особое искусство, в которое хотелось погрузиться с головой, но возможности постоянно творить что-то собственное у него не было.
Заплатив за комнату и проведя несколько минут с хозяйкой Таласмой за ужином и разговорами, Габриэль поднялся на второй этаж в просторное чистое помещение, и, бросив походный мешок на стул, скинул с плеч старый плащ. За окном темнело, смолкали птицы и поднимался лёгкий прохладный ветер. Рэл отстегнул меч, положил его рядом и упал на мягкую кровать, утомлённый дорогой, солнцем и минувшими событиями.
Он быстро задремал, и на небосвод уже успели взойти огромные тусклые луны, просачивающиеся ласковым светом сквозь стёкла и озаряющие комнату. Они отбрасывали тонкие тени от штор и мебели, а слабый ветер, проскальзывающий через приоткрытое окно, тщетно пытался перелистнуть страницы книги, лежащей на столе. Почему-то было холодно и жутко.
Сон был тревожным, и где-то на краю сознания прочно засела мысль, что он здесь не один. Габриэль, с трудом пересилив глупое желание схватить кинжал, приподнялся на кровати, пытаясь отогнать сонливость, и всмотрелся в сумрачные очертания комнаты. На комоде у окна сидел высокий человек.
Габриэль вздрогнул, но не успел по-настоящему испугаться. Это могло бы показаться ночным наваждением, если бы в комнате не раздался вкрадчивый женский голос:
— Ты спишь слишком крепко для убийцы. Похоже, совесть тебя совсем не мучает.
Женщина внимательно смотрела на него из-под глубокого капюшона, украшенного по краю тонкой светлой вышивкой. Обвинения в его адрес звучали насмешливо, но Габриэль не собирался хвататься за оружие, разглядев на поясе гостьи длинный меч в ножнах. Однако он был готов атаковать магией.
— И для чего я понадобился столь очаровательной таинственной незнакомке? — Рэл попытался спрятать напряжение за шуткой, улыбнувшись. Однако быстрое сердцебиение с трудом удавалось угомонить.
— У меня к тебе предложение. — Она спрыгнула на пол, подошла ближе и взяла его меч. Любопытный взгляд изучающе скользнул по белой стали. Габриэль не собирался предпринимать необдуманных действий, но он ненавидел, когда кто-то трогает его оружие.
— Обычно ночью у девушек ко мне только одно предложение. — Он усмехнулся, неоднозначно посмотрев на неё, но тонкие губы женщины растянулись в улыбке, будто она одобряла его дерзость.
Она наклонилась чуть ближе, отчего с её плеча упала толстая коса тёмных волос. Рэл разглядел вытянутое острое лицо и выступающие скулы, большие эльфийские глаза. Перед ним была альтмерка.
— Габриэль, — безобидно начала гостья, — это предложение в корне отличается от всех, что тебе когда-либо делали.
— Тогда продолжай. — Он был готов её выслушать. Что ему ещё оставалось?
— Моё имя Аркуэн. — Она резко вернула меч в ножны. — И я уверена, что тебе хоть раз доводилось слышать название организации, к которой я принадлежу. Я Уведомитель Тёмного Братства.