Сила её любви (СИ)

- За многое. Ты чудесная, юная, красивая. Твоя жизнь не должна принадлежать такому, как я. Я не должен был на тебе жениться.
Удивительное умение - заставить меня одновременно смутиться из-за комплимента и разозлиться от последней фразы! Но, знаешь, Кассар, ничего у тебя не выйдет. Вздумал поссориться со мной и вывести из себя - так я попросту не стану поддаваться на провокацию. Поэтому — ложусь обратно и назло ему снова ерзаю, устраиваясь поудобнее. Даже ногой касаюсь его колена, придвигаясь все ближе.
- Чудесная, значит? Это ты о моей магии? — хихикаю я.
- И о ней тоже. Нельзя было позволять ей... Проснуться в моем присутствии. Магия - это не шутки, Чароит. И почти всегда она очень опасна.
- Зануда, - мой голос снова становится сонным. Видимо, из-за размеренных, обволакивающих интонаций Кассара.
Он почти такой же горячий, как и в обличье дракона. Хочется прижиматься к нему всем телом... И глаза невольно закрываются, оттого что я согрелась, да и вообще - лежу в слишком удобной позе. Вымотанность организма дает о себе знать.
- Я расскажу тебе сказку. Об огромном и сильном драконе, который решил, что в его силах покорить целый мир.... Его пламя сжигало целые города, а магия была столь сокрушительна, что ни один колдун на свете не мог с ним совладать. Люди решили, что они обречены, да так оно и было. Отдали злобному дракону все, что имели свои жизни, свободу, земли.... Пока однажды
волей далеких богов не родилась из звездного света прекрасная дева. И она...
Голос Кассара такой убаюкивающий и размеренный, что я не успеваю дослушать сказку. Проваливаюсь в сон, уснув так крепко, что когда я снова распахиваю глаза - солнечный свет вовсю заливает комнату, а грудь мужчины, на которой я лежу все это время, поднимается от каждого его размеренного вдоха.
7. Незваный гость
Боясь пошевелиться и разбудить Кассара, я перевожу взгляд на его лицо, рассматривая безмятежные, расслабленные черты. Я уверена, даже если ему что-то и снится в эту секунду, то это сладкий, спокойный сон.
Как же он красив. Несмотря на все его шрамы, седую прядь, добавляющую возраста, россыпь морщинок в уголках глаз и отпечаток перенесенных тягот и войны — я только сейчас замечаю, насколько мой муж прекрасен. Целиком и полностью. Высоко очерченные скулы, угольные брови, тонкий нос... И совершенно невообразимые губы. Я даже невольно поджимаю свои, чтобы сдержать рвущийся наружу шумный выдох, потому что, когда я перевожу взгляд на губы Кассара, воображение тут же подбрасывает непрошенные картинки, а в груди поднимается желание его поцеловать. Я отчего-то могу в мельчайших подробностях представить, как это будет... Хотя ни разу в жизни еще таким не занималась.
Да что с тобой, Чароит. В самом-то деле.
Чувствуя, как горят от смущения щеки, осторожно сажусь, чтобы незаметно выскользнуть из постели. Я и не заметила, что уснула во вчерашнем платье.... После ночной прогулки и такого долго утреннего сна не помешает принять ванну. Да и есть уже ощутимо хочется... Который вообще час?
Кто-то стучится в дверь. Я даже вздрагиваю от неожиданности, но почти сразу же понимаю, что явиться в мою комнату было некому, кроме как Гилберту. Бросив обеспокоенный взгляд на Кассара, облегченно выдыхаю тот все еще спит. Дверь приоткрываю совсем немного - лишь чтобы убедиться, что за ней и впрямь домоуправляющий.
- Чароит...
- Гилберт! - возмущенно шикаю я, явно давая слуге понять, что не стоит слишком сильно повышать голос. - Кассар еще отдыхает.
Седые брови старика ползут вверх.
- Господин.... Он здесь? Я нигде не мог его найти...
- Что тебя удивляет, Гилберт? Прошу, приготовь горячей воды для умывания и помоги мне после с завтраком...
- Ваш брат здесь, Чароит, — впопыхах сообщает мне дворецкий. — Он прибыл с четверть часа назад и очень настаивает на встрече с господином.
Что? Эрландо? Но... зачем ему понадобилось приезжать? Что-то случилось?
- Я спущусь к нему, — тихо, но настойчиво отвечаю я, — Приготовь для нас чаю, Гилберт. Кассара не стоит беспокоить. Он... Устал за ночь.
 
Казалось, что брови старика не могут подняться еще выше от удивления, но они это сделали.
- Как... К-как скажете, леди Чароит.
Бедолага. Даже заикаться начал от волнения. Ума не приложу, что его так удивило?..
Спускаясь вниз, я и сама начинаю переживать. Для чего Эрландо понадобилось приезжать? Это явно не визит вежливости, ведь о таких предупреждают заранее. Сердце пропускает болезненный удар. Что-то случилось? С сестрами? С Эрен? Или с мамой...
Когда замечаю в широком холле высокую фигуру брата и его черные, как смоль, волосы, тут же бросаюсь к нему, игнорируя, как часто это бывало, все приличия. Он только успевает шумно выдохнуть, заключая меня в ответные объятия.
- Чара... С тобой все в порядке? - в голосе брата слышатся нотки облегчения, но мне все же не нравится, каким... неестественным и слабым он звучит. Я тут же отстраняюсь, чтобы заглянуть Эрландо в лицо.
Глубокие тени очертили его и без того огромные фиолетовые глаза — такие же, как у меня — и несмотря на попытки держаться невозмутимо, брат впервые в жизни выглядит таким... обреченным. Полным скорби и смирения. Хотя про него всегда говорили - огня и спеси в характере еще больше, чем у меня.
- Что случилось? - спрашиваю я.
- Я должен был удостовериться, что ты в порядке. Везер хен Демир прислал мне какое-то странное письмо... Видимо, я не совсем верно понял его содержание.
- Какое еще письмо?
- Чай, господа, - Гилберт появляется в самый "подходящий" момент, а я пользуюсь случаем, чтобы схватить брата за руку и усадить на диван.
- Какое письмо, Эрландо? — с нажимом повторяю я. - Почему ты так выглядишь? Ты мне немедленно расскажешь, что случилось!..
- Успокойся, Чароит, - брат пытается усмехнуться и даже легонько гладит меня рукой по плечу. - Везер... Твой муж просил меня позаботиться о тебе. А еще упоминал, что ваш брак можно аннулировать из-за его неспособности к...
Я спешу кашлянуть, чтобы перебить Эрландо, а Гилберт, заканчивающий к этому моменту расставлять чашки, чуть не роняет поднос, звонко стукнув им по столу.
- Это неправда, - шикаю я на брата, - И не собираюсь я ничего аннулировать. Хватит об этом.
Ну я ему покажу... Кассар даже письмо успел написать. Ну что за невыносимое драконье создание!
- Вот как? - кажется, Эрландо искренне удивлен. - И во дворец... Ты не собираешься? Он писал...
- Нет, - огрызаюсь я, чувствуя, как в душе поднимается новая волна негодования. - Если ты приехал за мной, то никуда я с тобой не поеду. Мой дом теперь здесь.
- О, вот как, — вижу усиленную работу мысли на лице брата, а еще — борьбу, потому как он явно не знает, как ему поступить. Но на этот счет я спокойна — он всегда выбирает мою сторону. И всегда поверит сперва мне, а уж потом всем остальным. Выходит, ты счастлива в браке?
- Да, - выпаливаю я прежде, чем успеваю хорошенько обдумать вопрос. — И это правда, — добавляю я уже чуть спокойнее, делая вид, что отвлекаюсь на чашку с чаем. Так что тебе не стоит так сильно обо мне беспокоиться.
Хорошо. «Это было мое последнее дело перед отъездом», — отстраненно говорит Эрландо. — Я вызвался добровольцем в пограничную армию... Император уже подписал приказ.
Я не совсем понимаю, что значат его слова, но чашка отчего-то в моих руках чуть не падает на пол из-за дрогнувших пальцев, и я спешу поставить ее на стол.
- Куда ты вызвался добровольцем? — тихий-тихий голос.
- Говорят, назревает новая война. В Серых землях снова объявились драконы.
8. Сложное решение
Сказать, что мое сердце остановилось в эту секунду от шока — ничего не сказать. Я буквально ощутила, как сознание чуть ли не покидает меня, настолько мне становится дурно от слов брата. Кассар... Его заметили? Или... О чем вообще говорит Эрландо?
- Уже несколько месяцев они нападают на пограничные отряды, — слышу словно бы сквозь толщу воды голос брата, который продолжает говорить. - Пока туда отправляют бойцов регулярной армии, но я вызвался сам. Стану хорошим командиром и, быть может, погибну героем. Чара, что с тобой? Ты совсем побледнела.