Кристофер Клин и два короля

Приятельница Марты тут же восторженно завопила. Сама Марта, раскрасневшаяся и запыхавшаяся, улыбаясь, подняла деревянный меч Кристофера, как трофей, над головой.
– Очень, очень хорошо, – кивал господин Освальд. – Думаю, вы пошли в брата, леди Марта. Однако нужно больше тренироваться. Пока много лишних движений, но это поправимо.
Марта широко улыбнулась, но вдруг вновь стала серьёзной – склонив голову, она поблагодарила господина Освальда и направилась к победителям. Девочка, которая болела за Марту, крепко обняла её, и они начали о чем-то шептаться.
– Мастер Клин… – мягко проговорил господин Освальд.
– Я почувствовал! – сказал Кристофер, который всё ещё не мог опомниться. – Я почувствовал силу вот здесь, – он указал на живот. – Она будто начала разливаться по всему телу, и я… Я понял, как нужно двигаться, чтобы победить!
– Поздравляю! Но вам тоже нужно тренироваться, – сказал господин Освальд. – И тогда сила не будет внезапно пропадать.
Кристофер был благодарен ему за поддержку, но вся его вера в себя испарилась, когда ему пришлось встать вместе с проигравшими.
– Сегодня вы сделали первые шаги к тому, чтобы стать настоящими рыцарями. Сила внутри вас пока мерцает, как крохотный огонёк, но вы уже можете использовать её. Однако вот что я хочу сказать вам: не всегда стоит рассчитывать только на неё. Сила внутри вас во многом зависит от того, кто вы и каким путём идёте по жизни. Вы можете одолеть противника хитростью. – Он посмотрел на Рина. – Или упорством. – Он перевёл взгляд на Марту. – Можете вообще не победить.
Щёки Кристофера запылали.
– Но это не значит, что не стоит пытаться. Все наши тренировки здесь нужны для того, чтобы вы поняли – у вас может получаться, может не получаться, но вы должны пытаться до тех пор, пока не получится. Именно этого я жду от вас. А теперь все свободны.
– Ты мог бы победить, – раздосадовано сказал Саймон.
– Но не победил, – ответил Кристофер резче, чем хотел.
– Эй, не злись на меня, – спокойно ответил Саймон. – Я же в этом не виноват.
Кристофер хотел ответить что-то злое, но сдержался. В конце концов, Саймон и правда был тут ни при чём.
– Извини.
– Да ладно, – отмахнулся тот. – Но в следующий раз постарайся. Я уверен, ты сможешь.
Кристофер улыбнулся.
– Спасибо. Сегодня я впервые почувствовал, что не такой уж неудачник, – уныло сказал он.
– Даже не думай об этом, – толкнул его Саймон. – Вот Марта на самом деле слабачка. – И он весело хрюкнул.
Кристофер остановился.
– В чём дело? – Саймон обернулся. – Идём, не то опоздаем.
– Ты должен прекратить это.
– Прекратить что? – поднял бровь Саймон.
– Издевательства над Мартой. – Кристофер подошёл к нему. – Она, конечно, не пример для подражания и иногда ведёт себя просто ужасно, но мне не нравится, что ты и твои дружки вечно её задираете.
Саймон выглядел очень удивлённым.
– Я… и мои дружки? – переспросил он. – Ты что, в неё влюбился?
– Да нет же! – возмутился Кристофер. – Просто это неправильно, некрасиво. Мы же будущие рыцари. Ты слышал, что говорил тренер? Мы должны защищать девочек, а не издеваться над ними.
– Тренер говорил про благородных дам, а она хочет быть рыцарем, – возразил Саймон. Он буквально кипел. – И я действительно считаю, что она слабачка. И я не виноват, что у неё такое имя! Подумаешь, отпустил пару шуток!..
– Саймон… – Кристофер постарался говорить спокойно, чтобы не обидеть друга и не разозлить ещё сильнее. – Подумай тогда о своей репутации.
Саймон замолчал и задумался. Несколько минут спустя он кивнул:
– Ладно, хорошо. Ты прав.
– Так ты прекратишь? – с надеждой спросил Кристофер.
– Да.
– Обещаешь?
– Слово рыцаря, – сказал Саймон.
Кристофер подумал, что им ещё рано бросаться такими словами, но поправлять Саймона не стал.
 
– Однако за других ручаться не могу, – продолжил Саймон.
– Вообще-то можешь, – заметил Кристофер. – Робб каждое твоё слово ловит.
– Неправда, – отмахнулся Саймон. – Но я бы на твоём месте всё равно задумался…
– О чём?
– Не влюбился ли ты, – закатил глаза Саймон.
До самой Академии они шли в полной тишине.
Кристофер напрасно надеялся, что теперь, когда его сила проявилась, всё станет по-другому. Во-первых, как бы он ни старался почувствовать её вновь, ничего не получалось. Во-вторых, болтать о том, что его может победить любая девчонка, стали на каждом углу, и он дождаться не мог, когда это всем надоест. С каждым днём его рвение к учёбе ослабевало. Не помогали ни речи господина Освальда, ни поддержка Саймона.
– Рыцарский этикет – самый простой предмет, – говорил Саймон, когда они шли на занятия. – Но как по мне, скука смертная. Я бы лучше пострелял из лука.
– Легко тебе говорить, – с досадой отозвался Кристофер.
Манеры Саймона – ещё одна причина, заставлявшая Кристофера постоянно чувствовать своё несовершенство. Винд так легко и непринуждённо кланялся, поддерживал беседу, наизусть цитировал рыцарский кодекс, что не оставалось никаких сомнений в том, что он получил блестящее воспитание.
– Меня этому учили сколько я себя помню, – пожал плечами Саймон. – Ты тоже научишься. – Он улыбнулся и толкнул дверь.
Кристофер мнение друга не разделял. До сих пор его успехи в этикете были такими же плачевными, как и во всех остальных дисциплинах.
– Мастер Клин, прошу вас, – госпожа Жаклин произнесла это почти вкрадчиво.
Сегодня на ней была маленькая розовая шляпка, плотно прилегающая к голове. Кристоферу она напоминала котелок для варки репы.
– Я уже несколько раз говорила: при поклоне мы прижимаем руку к животу чуть выше пупка и так, чтобы видны были только четыре пальца. Большой палец прячем. Скажите, вы это слышали?
– Извините, – опустил голову Кристофер. – Но я не совсем понял почему…
Наставница тяжело вздохнула. Она была такой высокой и худой, что Кристофер был уверен – когда-нибудь она переломится пополам.
– Кто объяснит мастеру Клину, почему мы прячем большой палец?
Не успела она договорить, как с другого конца зала послышался голос Гилберта:
– Потому что у нас всего четыре масти.
Кристофер посмотрел на него как на предателя.
– Правильно, мастер Батт. Совершенно верно. Четыре масти – четыре Великих Дома.
– Но сейчас их всего три! – послышался голос у дверей.
– Мастер Роджерс! – возмутилась госпожа Жаклин. – Старшим оруженосцам не следует посещать занятия младших, и вам это прекрасно известно. Так почему же я вас всё ещё вижу?
– Но ведь я прав, – хмуро сказал юноша, выглядывая из-за двери. – Осталось всего три Дома.
– Выйдите, пожалуйста, – спокойно сказала наставница, но было видно, что спокойствие даётся ей с трудом.
– Как скажете, госпожа Жаклин.
Дверь захлопнулась.
– Кто это? – спросил Кристофер у Саймона.
– Понятия не имею, – пожал плечами тот. – Но мне кажется, я видел его вместе с братом Марты. Возможно, они учатся вместе.
– Мастер Клин! – окликнула его наставница. – Рыцарю не подобает быть рассеянным. Продолжим. Покажите мне, как вы кланяетесь. Лучшее, на что вы способны.
К концу занятия Кристофер был так измотан, что едва сдерживался, чтобы не выбежать из класса.
– И помните, – сказала госпожа Жаклин с таким энтузиазмом, которому можно было только позавидовать. – К Балу Мастей вы должны танцевать эстампи так, будто всю жизнь только этим и занимались!
На этом занятие закончилось, и все, стараясь не шуметь, покинули класс.
«Неужели она считает свой предмет самым важным? – думал Кристофер, поднимаясь по лестнице. – Эти правила такие старые, зачем это всё вообще нужно?»