Игра по своим правилам (СИ)

К тому же мобилизации по западную сторону Уральских гор не проводилось, кроме льготных казаков — но служилое сословие к войне привычное. Империя там жила мирной жизнью, дороговизны не замечалось, тягот для жителей не увеличивалось. А усиленные призывы, проводимые вот уже вторую весну, а также постоянные наборы «охотников», позволили вести боевые действия исключительно кадровыми войсками и казаками, а также набранными корейцами и маньчжурами, что охотно шли воевать с японцами движимые и обидами к тем, и привлекательным звоном золотых монет…
— Что я говорил, господа, сам Хейхатиро Того жалует навстречу в силе тяжкой, так что надлежит сделать фотографии его кораблей, как прежде делали снимки берегов Японии, и их обстреливаемых нашими броненосцами портов, и тонущих транспортов. Теперь будет сражение!
Алексеев возбужденно прошелся по мостику, держа в руке листок с сообщением, что пришло со «Светланы» — капитан 1 ранга Шеин докладывал по беспроволочному телеграфу, что видит три броненосных отряда — в первом четыре броненосца самого того с двенадцатидюймовыми пушками. Второй отряд в три вымпела — два «чилийца» и «гарибальдиец» — все с десятидюймовой артиллерией. Третий отряд составили четыре крейсера Камимуры, с восьмидюймовыми пушками. Плюс два отряда бронепалубных крейсеров по четыре вымпела в каждом — эти были не страшными, достаточно кому-либо сбить ход и «подранок» будет добит «князьями» с «Нахимовым». «Баян» с «Богатырем» такое могут проделать, как и «Аскольд». А есть еще «Светлана» с «Новиком», быстроходные и с бронею. «Алмаз» с «Амуром» можно не считать — они посыльные авизо, пусть и крупные по водоизмещению, и относительно тихоходные, но со 120 мм орудиями.
— Хитрит Того, ваше высокопревосходительство, — Витгефт как всегда был спокоен — казалось, что ничем в жизни нельзя его пронять.
— Почему вы так решили, Вильгельм Карлович?
— Противнику надлежит действовать двумя отрядами — в одном корабли с ходом в 16–17 узлов, в другом 18–19 узлов. И за счет этого максимально подвижным, своего рода «летучий отряд». А потому крейсера Камимуры следует усилить двумя «чилийцами», которые представляют опасность для наших «иноков». «Касуга» уже год воюет, машины изношены — думаю, его включат в отряд к броненосцам. В первом будет пять вымпелов, во втором шесть — самый действенный способ, японцы отлично маневрируют.
— И как нам надлежит действовать, Вильгельм Карлович?
— Пока никак, ваше высокопревосходительство, — отозвался начальник штаба совершенно безмятежно. — Мы в любой момент можем перестроиться, что и планировали. Если японцы не изменят диспозиции, то у нас на поддержку Скрыдлова отойдет «Ретвизан», а его место в нашей колонне займет «Победа», и мы будем драться с «чилийцами». Если японцы перестроятся, как я думаю, тогда «Ретвизан» отойдет к отряду Степана Осиповича для усиления, а мы на «Цесаревиче» и с «Императором Александром» возглавим все броненосцы. Как и отрабатывали на недавних маневрах, где мы с Моласом согласовали действия каждого отряда.
— Не стоит забывать, что планы, как говорил Бонапарт, хороши до первого выстрела, а дальше начинается сплошная импровизация…
Этот броненосный крейсер водоизмещением 15 тысяч тонн, скорость 21 узел и страшным для любого «асамоида» набором из 4–254 мм, 8–203 мм и 20–120 мм пушек, был нужен как 1-й, так и 2-й Тихоокеанским эскадрам. Но к нему как нельзя лучше подходит поговорка — «задним умом крепки». Корабль опоздал к минувшей войне и оказался бесполезным на следующей — ведь на море вместе с ним одновременно пришли быстроходные линейные крейсера с гораздо более жутким набором 280–305 мм пушек и скоростью на пять-семь узлов большей…
 Глава 37 
— Обмануть хотели, только мы ведь не дураки тут, чтобы на ваши уловки во второй раз глупо попасться.
 
Адмирал Макаров внимательно смотрел на приближающуюся эскадру Камимуры — полудюжина знакомых двух и трех трубных кораблей снова появилась спустя четырнадцать месяцев, когда он впервые с нею сошелся в бою у островов Эллиота. Вот только «Асаму» и «Адзуму» заменили куда более грозные «Цукуба» и «Икома» — японские названия «чилийских» броненосцев удалось узнать в результате допроса пленных. В отличие от самих русских, что имена своих погибших кораблей передали на вновь построенные, но еще не поднявшие Андреевские флаги.
И эти два быстроходных броненосца Степан Осипович опасался больше всего — в апреле они нанесли тяжелые повреждения «Пересвету» и «Ослябе», и продолжись сражение дальше с этими «убийцами крейсеров», то «инокам» пришлось бы плохо. А потому сейчас с ними должны были сражаться «Ретвизан» и «Победа» — последний броненосец был улучшенным вариантом головных броненосцев, имел намного меньшую перегрузку в пятьсот тонн, и более совершенные десятидюймовых пушек с большим углом возвышения стволов. Именно этот корабль и должен был сражаться с одним из «чилийцев», благо шестидюймовые пушки Кане удалось заменить на 17 см орудия, и хоть так чуть приуменьшить слишком значительный перевес в среднем калибре у «Цукуб», на которых в бортовом залпе было по семь 190 мм пушек. А флагманский корабль Иессена и забронирован был прекрасно, и вооружен уже убийственными для «чилийцев» двенадцатидюймовыми пушками. А по скорости почти не уступал противнику, по мореходности превосходя японские броненосцы, причем значительно.
Четверка крейсеров Камимуры была слабее «иноков» и «рюриковичей», но имела такую же отрядную скорость, которая, как известно, диктуется ходом самого медленного корабля.
— Что ж, господа, силы равны, и уже сегодня будет решено, кому быть в этой войне победителем, — негромко произнес Степан Осипович, разглядывая в бинокль «Идзумо», по которому открыли огонь «Пересвет» и «Ослябя». Крейсера Безобразава уже выбрали каждый своего противника — «Громобой» начал стрелять по «Токиве», а «Россия» по «Ивате». А далеко за кормой сходились в решающей схватке броненосцы, причем Скрыдлов на «Императоре Николае I» оказался концевым в отряде, зато на флагманский «Цесаревич» обрушился град снарядов. Впрочем, русские броненосцы стреляли парами по одному врагу, выбрав слабейших, которых нужно было выбивать в первую очередь. Головные корабли стреляли по «Ясиме», а тихоходные броненосцы князя Ухтомского сосредоточили огонь по «Сагами», так японцы именовали уцелевший британский «канопус». «Касуга» сошелся в схватке с кораблем «Скрыдлова», причем по мощи бортового залпа русский броненосец был значительно сильнее, примерно на треть, и все зависело от опыта и мастерства комендоров, уже изрядно повоевавших.
«Пересвет» содрогнулся всем корпусом от разорвавшегося восьмидюймового снаряда, зазвенел — но русские моряки как-то даже обрадовались, памятуя прошлый печальный опыт, «когда 'убийцы крейсеров» поставили корабль буквально на грань и пришлось выходить из боя. Потому что есть ощутимая разница, когда тебя обстреливают из одиннадцати крупнокалиберных стволов или всего из четырех. Так что Карлу Петровичу сейчас можно только посочувствовать, как и капитану 1 ранга Зацаренному на «Победе» — корабли были буквально закрыты всплесками, словно в лесу деревьями.Да и крейсера Камимуры словно взбесились — восьмидюймовые снаряды падали градом, один за другим, но страха не было как раньше. Нужно только потерпеть — два десятка снарядов у японцев хранилось в самой башне. Оттого и бешеная скорострельность у кораблей британской постройки, зато, если попасть в нее бронебойным десятидюймовым снарядом, произойдет взрыв, подобный тому, что был на «Фудзи». Затем скорострельность несколько снизится, так как снаряды начнут доставать из подбашенного отделения, где уже хранилось сорок два снаряда — а подъемный лоток один, и на нем подаются попеременно два снаряда и по паре зарядов. После чего крейсера Камимуры постараются выйти из боя и начнут пополнять израсходованный боекомплект, доставая снаряды и заряды уже из погребов, а это требует в четыре раза больше времени. Да и комендорам крайне необходимо время для отдыха — заряжание восьмидюймовых орудий производилось вручную. А при весе снаряда в семь пудов это требует от всего расчета значительных физических усилий, а щуплые японцы отнюдь не богатыри.