Боги, пиво и дурак. Том 6 (СИ)

Я присвистнул.
— Ничего себе корешки.
— Эти корешки, Даня, жаждут хорошей почвы под собой. Скоро я не смогу держать росток в своем святилище. Банально у меня здесь нет достаточно пространства для врат. А уж для Сотота — тем более. К тому же, в стадии формирования арки наше растение будет выделять столько энергии, что, боюсь, она начнет сиять прямо сквозь землю, если мы заранее не позаботимся о мерах предосторожности.
— И что делать?
— Строить убежище. Или искать какое-то уже существующее, — сказал Нергал, с нежностью коснувшись тонких зеленых листочков, будто погладив растение. — Оно должно находиться под землей или в пещере. В идеале — под старым кладбищем, потому что аура мертвых тел для богов Верхнего мира работает как ширма. Если мы многократно усилим эту ауру специальными начертаниями, да еще поставим благословение отражения или что-то в этом роде, то можно будет рассчитывать, что никакой пронырливый божок не разглядит наш тайник.
Я нахмурился.
— Погоди-ка… Просторное подземелье с мертвецами, говоришь? И специальные начертания…
Я вспомнил высокие надгробия с красными лампадками у изголовья. Вспомнил гулкое эхо и громкий шорох крупинок песка под ногами. Сдавленный голос Берна. И мы с Графычем, упавшие в темноту промеж надгробий, будто в окоп, чтобы спрятаться от Яна…
Все это было так недавно! А казалось, будто с той поры целая вечность прошла.
— Кажется, я знаю одно подходящее место. Это склеп, расположенный под школой «Парящего Грифа».
Нергал с интересом обернулся на меня.
— В самом деле? На территории школы есть склеп? Причем таких размеров, что туда мог бы влезть Сотот?
— По моим ощущениям, даже два Сотота.
— Пойдем посмотрим.
— Прямо сейчас? — опешил я. — Ночью?
— Предлагаешь подождать утра, чтобы в подземелье светлее стало? — съехидничал Нергал.
— Ладно, я понял, — устало вздохнул я. Тащиться в промозглый холод, да под ледяной дождь мне сейчас совсем не хотелось. Но вроде и лениться было неловко — кое-кто вон вообще только что из комы, можно сказать, вышел. И ничего, не жалуется. — Портал откроешь? Знаешь это место?
— Навел справки, когда узнал, кем на самом деле был ваш магистр. Так что да, место я знаю.
— Только там все трижды закрыто и запечатано.
Нергал снисходительно покосился на меня.
— Да уж разберемся как-нибудь.
Мы вышли из комнаты, и он открыл портал — прямо в коридоре, не теряя времени.
Первым в холод и мрак шагнул я.
Противный влажный ветер ударил в лицо. Дождь закончился, но черное небо все еще оставалось слепым и висело так низко, что можно было подумать, будто это под его тяжестью согнуло деревья. Обледеневшие ветки на ветру похрустывали и позвякивали.
От яркого свечения цветных начертаний природа вокруг казалась чем-то противоестественным. Будто подводный мир какой-то, поднявшийся вдруг на поверхность.
Мы с Нергалом очутились прямо в придорожной рощице, метрах в пятидесяти от въездных ворот на территорию школы. Опустевший постамент, на котором когда-то сидела каменная птица, казался осиротевшим.
Я двинулся вперед, ломая сапогами хрусткую корочку льда, которой подернулся осевший снег. Дорога различалась с трудом — здесь никто не ездил, и только расположение деревьев подсказывало, где она проходила.
Тут мой взгляд зацепился за темное пятно на дороге. Поблизости виднелось еще одно. И еще. Они тянулись одно за другим из темноты и вели прямо к воротам.
От волнения всю усталость как рукой сняло. Сердце от внезапной надежды заколотилось быстрей.
— Смотри, — указал я на следы Нергалу. — Похоже, кто-то сюда приходил. Надо проверить целостность начертаний!
Тот нахмурился. Сверкнул глазами в сторону школы.
— Не надо ничего проверять. Я и так вижу, что пространство замкнуто.
— Замкнуто?.. — озадаченно проговорил.
Если бы кто-то из наших вернулся в альма матер, зачем бы ему надо было опять все тут запечатывать?..
Хотя чего это я? Вот дурак! Конечно, если ты сбежал из крепости и скрываешься внутри, просто необходимо закрыть за собой все печати! Янус с Та’ки и старшими парнями здесь так все замуровал, что никакая стража так просто не войдет!
 
Если вообще сможет это сделать.
— Там прячется кто-то из наших беглецов! — воскликнул я и радостно поспешил к воротам.
— Куда⁈ — строго крикнул мне в спину Нергал. — А если это ловушка?
Я остановился.
Такой вариант мне на радостях даже в голову не пришел.
— Меня подожди, — хромая по корявому снегу, сказал мой божественный напарник. — Вместе пойдем. А то ведь сам сказал — мне не открыть врата без ключа. Так что…
И в этот миг я отчетливо увидел гибкую черную тень, скользнувшую от главного корпуса к зарослям кустарника, в которых частенько валялся Та’ки.
Я остолбенел. Моя рука невольно потянулась к мечу.
Нергал остановился рядом со мной, всматриваясь светящимися глазами во тьму.
Черный силуэт вынырнул из-за кустов к воротам и засветился призрачным зеленоватым светом.
— Ну наконец-то! — услышал я голос нашего медведя. — А то я уж думал, ты никогда не догадаешься сюда заглянуть…
От радости я улыбнулся во все лицо — так, что аж щекам больно стало.
— Та’ки!..
Я рванулся к входу, в то время как защитное свечение, разомкнутое нашим богом-покровителем, на глазах побледнело и выцвело.
Ворота скрипнули и захрустели, ломая снежные корявины.
Та’ки вышел мне навстречу — как всегда, босой, в тонких холщовых штанах и обнаженным торсом. От тела шамана исходил свет. Волосы его развевались на ветру, а кроваво-красный раскрас на бесстрастном лице казался ярким даже в темноте.
Мы обнялись, как братья.
— Как же я рад тебя видеть, — сказал я. — Откуда ты здесь? Как?
— Это не важно.
— Давно?..
— Третий день.
— Тебя ищут?..
— Нет.
— Как так? — не понял я. — Они что, сами тебя отпустили?..
— Он оставил в клетке свою звериную оболочку, — пояснил мне догадавшийся о деталях дела Нергал, добравшись до нас. — Она там ест и спит, так что формально все в порядке. Правильно?
Та’ки повернулся к нему. На неподвижном лице не отразилось никаких эмоций.
— Ты, — не то спросил, не то констатировал шаман.
— Я, — с усмешкой кивнул головой Нергал. — Давно не виделись.
— Я бы предпочел не видеться с тобой никогда, — отозвался Та’ки. — Ты не нравился Сету. И ты не нравишься мне.
Нергал насмешливо склонил голову вбок.
— Ну, я не Афродита, чтобы нравиться всем. Но как-нибудь постараюсь пережить это несчастье.
— Эй, погодите! — вмешался я. — Та’ки, без Нергала у нас вообще ничего не получится, ты же знаешь!..
— Знаю, — кивнул шаман. — Но он все равно мне по-прежнему не нравится. Хочу, чтобы он это знал. Зачем ты привел его сюда?
— Нам нужно подземелье. Для врат и Сотота. И я вспомнил про склеп.
Та’ки перевел взгляд на Нергала.
— Склеп?..
— Пустишь меня на свою территорию? — поинтересовался тот у шамана.
Та’ки кивнул. И отступил в сторону, пропуская нас в ворота.
Когда мы вошли, Та’ки запер их за нами и прикосновением ладони опять активировал цепь начертаний вокруг школы. Темнота окрасилась ярким цветным сиянием.
— Идем, — сказал шаман и двинулся первым к главному корпусу.
Зимой школа выглядела совсем иначе, чем она запомнилась мне. И даже когда я оказался внутри это ощущение не изменилось. Холодные лестницы, белые стены, бесприютные огромные окна в холле.
— Такое ощущение, будто здесь все изменилось, — проговорил я, озираясь по сторонам.
— Это потому что изменился ты сам, — ответил Та’ки, нащупывая ладонями под лестницей вход.
Наконец, проход открылся. И мы начали спускаться в подземелье.
Все шли молча, но эта тишина не показалась мне тягостной.
Потому что по иронии именно здесь, в склепе, я вдруг наконец-то ощутил дыхание прежней жизни!
Я невольно вспоминал, как Графыч сделал пролом на тренировочной площадке. Как мы спустились вниз и рассуждали о надгробиях, и нас застал за этим занятием Янус. А еще — как Эреб всматривался в меня, а Ян с Та’ки наблюдали за происходящим. И все мы в этот момент были единомышленниками и друзьями.