Боги, пиво и дурак. Том 6 (СИ)
— Люди часто упрекают богов в том, что их заботит только собственная выгода.
— Хочешь сказать, на самом деле это не так?..
— Нет, отчего же. Все так. Но суть в том, что ведь и люди к богам относятся точно так же. Они приходят в храмы, как в лавку. Озабочены только собственной выгодой и ждут даров взамен подношений, как будто для богов какой-то кусок хлеба или поднос золота имеет значение. И негодуют, если не получают некий условный товар в обмен на свои дары.
Я вытащил сигарету и закурил.
— Знаешь, никогда не задумывался об этом с такой позиции. Но в чем-то ты определенно прав.
— На фоне всего этого искреннее отношение к богу… даже как-то обескураживает, — проговорил он, зыркнув на меня.
Я вздохнул.
— Боюсь тебя огорчить, но об этом я совершенно ничего не знаю. Конечно, ты волен считать меня своим жрецом, адептом, или кем-то там еще… Но я считаю тебя другом. И когда я шел сюда — я шел к другу, а не к божеству. Ясно?
Я поднялся, отряхнул задницу от пыли.
— Ладно, где тут можно устроить купальню? Попробую начертать немного теплой воды.
— Решил утопить мое святилище? — с усталой улыбкой ответил Нергал.
— Скажешь тоже — утопить! Так, разве что слегка подмочить — вместе со своей репутацией начертателя.
— По коридору, мимо комнат кошек и направо. Двойная белая дверь.
— Понял.
— Даня! — крикнул Нергал мне в спину.
— Чего?
— Кажется, я все-таки рад, что ты здесь.
Я кивнул. И отправился делать воду.
Когда, наконец, вернулся Гай, мы уже справились с мытьем и перевязали раны разорванной на ленты чистой простынью. Теперь Нергал дремал у камина в другом кресле — может, не таком любимом, но зато чистом. В комнате все еще пованивало старыми ранами, но с этим я тоже собирался вскоре справиться.
— Как он? — полушепотом спросил меня Гай, передавая большущую корзину всяких целебных снадобий.
— Нормально, — соврал я. — Но мы, как жрецы, просто обязаны ускорить процесс его восстановления!
Гай сощурился.
— Чего-то я не пойму — так ты жрец, или нет?
— Считай, я и. о. Временно.
— Чего? — не понял Гай. — Это что еще за новая должность?..
— Забей, неважно — махнул я рукой. — Главное — мы должны дать Нергалу столько свежей энергии, сколько только сможем!
Гай задумчиво почесал щеку.
— Это где же мы столько преступников найдем? Да и тяжеловато будет их всех вдвоем оприходовать…
Я шумно выдохнул. Да уж, кто о чем, а палач — о плахе.
— Не с того бока заходишь, Гай. Важна ведь не только сама жертва, но и вера!
Гай озадаченно моргнул.
— Ну и как мы заставим их всех поверить в Нергала и обратиться к нему?
— Да почему сразу «заставим»? Они сами должны захотеть обратиться, а мы лишь немного подтолкнем их к этому выбору!
Гай окончательно растерялся.
— Ну и как мы вынудим их выбрать бога смерти и возмездия, если у них самих через одного рыльце в пушку?
— Ну знаешь, как показывает практика, и не таких выбирают. Главное, как это преподнести! Я все продумал. Мы должны провести массированную рекламную кампанию. И слоганов придумать побольше! Чтобы они у каждого в голове против воли, как молитва, вертелись.
— А что такое «слоганов»?
— Ну… Что-то типа «Будет рад и стар и мал — их врагов сожрал Нергал!» Или " Нергалу поверь всей душою, юнец! Отныне врагам твоим полный…" эм… Ну, в общем что-то в этом роде. Ну как, ты согласен? Сделаем Нергала снова великим?
Глава 17
Первый блин
О ростке древних врат я позаботился согласно оставленной Нергалом инструкции. Ничего хитрого: от меня требовалось только воткнуть его в землю и раз в два дня поливать кровью любого существа, обладающего энергией.
Теперь нужно было позаботиться о самом Нергале.
Я очень рассчитывал на его помощь в поимке Кира. В конце концов, Нергал ведь собирался освободить Сотота — другими словами сделать именно то, чего так жаждал Оракул. Так неужели не договорятся между собой?
Окрыленный этой мыслью, я полностью погрузился в размышления по поводу продвижения Нергала. Конечно, топовым богом мы его не сделаем, но стряхнуть вековую пыль с его имени было нам вполне под силу!
Целый день мы с Гайем изобретали велосипед. Вернее, рекламную кампанию для нашего раненого бога.
В маленькой комнатке у самого входа в святилище мы устроили свой совещательный штаб. На столе горели две лампы и стояли набухалованные мной бокалы с коньяком. В центре стола на серебряном блюде чернел перечным краем запеченный окорок, нарезанный ломтями, и белела стопка бумаги. И все это тонуло в крепком тумане от наших папирос.
В такой творческой обстановке мы и принялись креативить на всю катушку.
Сначала Гай вообще не понимал, о чем идет речь, что такое «реклама» и для чего она нужна.
И я, окончательно и бесповоротно испорченный до мозга костей культурой потребления своего мира, методично и терпеливо принялся лишать его продажно-покупательской невинности.
Гай округлял глаза, стонал, охал, чесал затылок и время от времени задавал один и тот же вопрос:
— И что, это правда работает?..
Да, блин, еще как! И сиськи модели, и запотевшее стекло бокала с пивом, и даже раздражающе вездесущее напоминание об одном и том же товаре, и дурацкие слоганы. Все это — абсолютно рабочие приемы, если использовать их в правильном месте и правильное время!
Со стаканом коньячеллы в руке я разложил перед Гаем бумагу и принялся рисовать на ней развернутую презентацию проекта.
— Чтобы подобрать правильный прием, нужно сначала четко определить цели. Сейчас я их напишу…
— А что тут определять-то? — растерянно похлопал глазами мой бывший коллега, который вновь стал коллегой нынешним. — Цель одна: придать Нергалу сил.
— Точно. Но что может дать силу божеству? Смотри сюда. Память людей, вера, подношения. Так?
— Ну, вроде, — не очень уверенно отозвался Гай. — Только разве память о боге не то же самое, что вера?
Я хитро улыбнулся.
— О, спасибо аудитории за вопрос! Я с радостью на него отвечу!
Гай скривился.
— Не делай так — ты почему-то похож на зазывалу бродячего цирка.
— Ладно, — рассмеялся я. — В общем, я как-то видел одного древнего бога, который умудрялся выживать по большей части на одной только памяти. Причем по большей части о нем помнили только сами боги и жители донорских миров. И вряд ли кто-то в донорских мирах прям всерьез поклонялся ему. По крайней мере, в моем мире я такого культа не встречал. Можно помнить кого-то как… персонажа, образ, понимаешь? Но не относиться к нему всерьез. Типа ну да, была такая легенда и тому подобное.
— Вроде Дубины и Придурка из уличных комедий?
— Вот! Отличное сравнение. Вот мы и должны сделать Нергала таким Дубиной и Придурком, понимаешь?
Гай хмыкнул.
— Хорошо, что он в отключке и нас не слышит.
— Да нет, это как раз-таки плохо. Не будь он в отключке, не пришлось бы нам огород городить, — проговорил я. — Но вернемся к нашим баранам.
— То есть к Нергалу? — с двусмысленной ухмылкой добавил Гай. — Экий ты непочтительный, жрец и. а.
Я вздохнул, с укором посмотрел на приятеля.
— Во-первых, не «жрец и. а.», а «и. о. жреца», то есть исполняющий обязанности. А во-вторых, я имел в виду паству, которую нам предстоит привести к вере. Короче, мы должны хорошенько напомнить и людям, и другим богам о великом и неподкупном господе нашем Нергале. Благо, ему сейчас не требуется полное жизнеобеспечение, а всего лишь энергетический толчок, который помог бы застрявшему маятнику качнуться в нужную сторону. А воспоминания в свою очередь должны привести к вере. Она, как известно, бывает разной. Невинные верят радостно, отомщенные или спасенные — с благодарностью. А грешные верят со страхом.
— Самый действенный метод, кстати, — заметил Гай.
— Не уверен, — возразил я. — Вот ты из страха пришел к Нергалу? Или кошки, которые ему служат? На мой взгляд, страх хорошо работает, если больше деваться некуда. А в нашем случае излишнее давление в сторону запугивания может привести к паломничеству в храмы Чернобога, например. Богов-то целая куча, выбирай кого угодно. Но нам же так не надо? Поэтому я предлагаю сделать упор на радостную благодарность и веру в заступничество Нергала. «Богом стал моим Нергал, чтобы я спокойней спал», понимаешь? А не «Мне приснился лик Нергала — я постель всю обоссала».