Пермский Губернский. Паритет (СИ)

Гости уже не сдерживались и во всю аплодировали. Кто-то даже свистел. Семён внезапно принял человеческий облик и пригласил Кортни на медленный танец. Расчувствовался мохнатый… Позабыл про свои комплексы.
— Вот я здесь! – Айседора спустилась вниз, но, с другой стороны. Негодяйство: — Но думать не могу я… И тело скованно моё. Вот я здесь! Смотрю на часы и просто хочу уйти… Но тело скованно моё.
Плавно перемещаясь между столиками, шикарная девушка-лиса, наконец-то направилась в мою сторону. Мне-то было всё равно. Вот, вообще фиолетово. Но моё юное тело сходило с ума…
— В эту ночь мы вдвоём… Мы забудем обо всём! Всё, что ты не сказал — пойму я по глаз-а-а-а-ам! — Айседора плавно обогнула танцующую парочку и присела ко мне. Казалось, что её глазки-сапфиры способны проникнуть ко мне в душу: — Если я вновь уйду, то признай свою вину… В эту ночь… В эту но-о-о-о-очь!
Стоило девушке-лисе прикоснуться к моей руке, как мурашки тут же решили устроить марафон по всей поверхности моего тела. Но проблема была в том, что всё это выглядело так, словно Айседора пела специально для меня.
Юное тело ушло в аут быстро. Это понятно. Но мой Ультиматовский рассудок сейчас получал… удовольствие? Просто от того, что мне пела красивая девушка-лиса? Да, ну? Нет, это всё отдача от человеческого тела… Мне всё равно. Мне всё равно!!!
— Увидимся на втором этаже через пять минут, зайчонок… — тихо прошептала Айседора, когда закончила петь и нежно поцеловала меня в щёку.
Господи, сколько оваций было! Реально, двадцать человек шумело, как целый Олимпийский.
— Ну, мужи-и-ик! — весь испачканный в помаде, Семён превратился обратно в кота и дал мне пятюню лапкой: — Она выбрала тебя! Выбрала!
— А я не помню, чтобы кому-то доставался поцелуй. — задумчиво произнесла Кортни: — Она же позвала вас на второй этаж?
— Да. Через пять минут.
— Тогда срочно идите мыть руки, а затем к администратору! Она вас проводит!
— Руки мыть обязательно⁈
— Обязательно!!! — настояла девушка-кошка.
— Хорошо… — я поднялся и быстрым шагом направился в уборную.
Делать туалет, где все стены — долбанное зеркало, если честно, очень сомнительная идея. Но, видимо, таковы правила стриптиз-клуба…
— Чисто! — я показал ладони администратору с пушистым рыжим хвостом.
— Кортни предупредила? Это очень хорошо. Госпожа Нигман весьма остро реагирует на грязные руки. Никто не знает, почему. — девушка жестом пригласила меня за собой.
Поднявшись по винтовой лестнице, мы оказались в огромном зале, где стояли дорогущие кресла и небольшие резные столики. Подойдя к двери, администратор осторожно постучалась.
— Войдите! — пропел сладкий голосок Айседоры.
— Прошу… — администратор открыла дверь.
— Благодарю. — я зашёл в небольшую комнатку, где из освещения было лишь несколько свечей. Айседора сидела за небольшим столиком, на котором расположилась початая бутылка шампанского и два хрустальных бокала: — Добрый вечер…
— Здравствуйте, Ваша Светлость. — казалось, словно глазки-сапфиры вновь заискрились. О, этот гипнотический взгляд… Как будто Айседора всё это время ждала только меня: — Проходите! Я не кусаюсь. Сегодня.
— Ага… — я присел напротив неё. В полумраке войс-прима казалась мне ещё прекраснее. Так! Надо срочно взять себя в руки. Проклятое юное тело! А гормоны вообще идут к чёртовой матери! Всё… собрались и работаем: — Уютно здесь у вас.
— Стараемся. — непринуждённо ответила Айседора и взглядом указала на бутылку.
— Ох, точно. Где мои манеры? — я поднялся и аккуратно наполнил бокалы: — Скажу честно, такого вокала я ещё, никогда не слышал.
— Годы тренировок не прошли даром. — девушка-лиса указала взглядом на небольшой бугорок над нашим столиком. Ну, конечно… камера внутреннего наблюдения. Войс-приму нельзя оставлять без наблюдения. Безопасность, или что-нибудь ещё? Интересно.
— Вот смотрю на вас… — я незаметно указал на её мобильник, лежащий на столе: — И напрашивается вопрос. Чем столь прекрасная и талантливая барышня занимается вне стен этого восхитительного заведения?
  
— Шью свадебные подвязки. — радостно ответила Айседора и мотнула пушистым хвостом: — Хотите покажу?
— Буду только рад.
— Сейчас… — девушка-лиса передвинула стул. Я тут же почувствовал медовый аромат её парфюма. Взяв телефон со стола, Айседора прижалась вплотную ко мне: — Признаюсь, вы первый, кто интересуется другими моими… увлечениями.
— Мне нравится узнавать людей. Кто они такие. И чем занимаются по жизни.
— Вот… Вас наверняка это заинтересует. — Айседора протянула мобильник мне. Там было раскрыто поле для ввода текста сообщения, где красовалась надпись жирными буквами:
«Спасите меня!»
— Какие красивые свадебные подвязки…
 Глава 15 
Что может быть прекраснее, чем вечер с розоволосой лисой-певицей? Разум Ультимата продолжал твердить, что в этом нет, ничего удивительного.
Ну, лиса. Ну, красивая. Ну, с розовыми волосами. Ну, с огромным пушистым хвостом. Ну, со сладеньким голосочком, как у Галчонка. Чего теперь? Начать ей поклоняться? Нет, конечно!
Но юное тело думало иначе… Интересно, а Космические путешественники типа Артова умеют контролировать гормональный фон донора? Или тоже находятся в вечной внутренней войне?
— Красиво! Красиво. Очень красиво! — кивал головой я: — Слушайте… А вы же можете сделать на заказ?
— Если очень хорошо попросите. — ласково улыбнулась Айседора.
— Мне нужна вот с таким кристаллом… — я вытащил мобильник и написал: «Сможешь дойти до чёрного хода?»
— Ого! Конечно. Это не проблема. А, что это такое?
— Африканский коричневый бриллиант… — я продолжил незаметно набирать сообщение: «После привата — дай мне пять минут и иди к чёрному ходу!»
— Да, кажется, слышала про нечто подобное. — Айседора вернулась обратно на своё место и взяла бокал: — Но, что мы всё обо мне, да обо мне? Фёдор Александрович, я уже который день вижу в новостной ленте информацию о том, сколько всего вы делаете для людей. Скажу больше — я была искренне счастлива, когда вы разобрались с нашим бывшим хозяином.
— Правда? А, что? Вёл себя плохо? — я отпил из бокала, прокручивая в голове план.
— Филиниды… Ещё и в таком бизнесе. — вздохнула войс-прима: — Сами понимаете.
— Глядя на вас, мне кажется, что это, скорее — плюс.
— Я всего лишь ошибка выжившего, Фёдор Александрович. — конечно, Айседора произнесла это с шутливой интонацией, но я-то почувствовал лёгкую грусть: — Другим девочкам везло меньше. Но наш новый хозяин совсем не такой! Я считаю, что вы своим заводом показываете потрясающий пример для всех остальных!
— То, что ко всем нужно относиться с уважением? Да, ну… Я искренне верил, что эта простая истина доступна всем.
— Нельзя мерить других по себе. То, что для вас простая истина — для других откровение. Я это ещё в детстве поняла. Так уж вышло, что моих родителей не стало, когда мне было всего девять лет. И всё это время меня воспитывала бабушка. Честно, я до сих пор не знаю точно — родная она мне, или же только притворяется. Но я очень люблю её! Она — мой самый близкий человек. — Айседора внимательно смотрела на меня своими искрящимися глазками-сапфирами: — Скажите, Фёдор Александрович… почему вы помогаете людям?
— Потому что, для меня это не сложно. Знаете, мой отец, как-то выдвинул одну очень интересную теорию. Якобы, у всего в этом мире есть баланс. И стоит ему нарушиться, как тут же начинаются события, последствия которых практически нереально спрогнозировать. Появляется новое действие. Однако, всё в этом мире стремится обратно к балансу. Равновесию, каким бы шатким оно ни было. Поэтому на каждое действие всегда появляется противодействие.
— Вы — противодействие?
— Я привык так думать. И… буду откровенен — мне нравится моё хобби.
— Прекрасное у вас хобби. — обрадованно ответила Айседора и вновь мотнула пушистым хвостом: — А я вот больше всего в жизни обожаю петь. В школе участвовала в различных концертах и музыкальных постановках. Даже играла в КВН… Меня заприметил один хороший продюсер. Сказал, мол — давай попробуем. Мы рискнули и… красивой истории со счастливым финалом не получилось. Филинидам закрыта дорога в шоу-бизнес. И выступление в «Городе кошек», видимо, мой потолок.