Пенсионер – пионер (СИ)

— В тесноте, да не в обиде!
«Эй, мозг, ты, где вообще? Хорош вниз перемещаться!»
  
Глава 30
 
Ростик. 31 Августа 1973 года. Завтра в школу
 
Похмелье никогда не бывает приятным, особенно после гдотного пойла. Даже крепкий организм деда плохо справлялся с хренового качества алкоголем. Спрашивается, зачем его в стране, что строит самое передовое общество, производят? Я разлепил глаза, посмотрел на будильник, а потом подскочил с места как ужаленный. Сегодня же последний день августа, завтра в школу! Мне столько предстоит всего сделать, а тут лежу, понимаешь.
После туалета скачу на кухню. Там на столе в тарелке положены сырники, заботливо прикрытые салфетками. Мама оставила. А я даже не помню, как до дома добрался. Коварное вино. Не хочу ничего есть. Открываю холодильник. Вот оно целебное средство! Трехлитровая банка с солеными помидорами. Жадно присасываюсь к удобной ёмкости, потом прямо пальцами лезу за овощами. Отпустило. Затем сел на табуретку и задумался. Что-то такое помнилось важное о вчерашнем. А что непонятно. Внезапно дверь в квартиру хлопнула и вскоре в кухню залетела Алька с Валентиной. А я такой красивый в трусах и майке. Сестра хохотнула и показала глазами, чтобы я валил к себе одеваться. И на том спасибо! И когда она успела вернуться?
Пришел обратно уже по полной форме, в штанах и рубашке на голое тело. На улице опять светило солнце, из открытого настежь окна пахло свежестью позднего лета. Вот что мне в Зачеренске нравилось, природа тут же за окном. Даром что городок. Много зелени и свежего воздуха.
— Ты кода приехала?
— Позавчера. Это ты у нас вечно где-то пропадаешь.
— Да мы тут…
Валентина едко ухмыльнулась:
— Видели вашу банду вчера. Все Андрюха верховодит?
Меня внезапно кольнуло вбок.
— А что Андрей? Ну говори, раз начала.
— Далеко пойдет! Его прочат на должность в райкоме.
— А как же учеба?
— Заочно. С его рекомендациями и экзамены сдавать не надо. Поступит в педагогический для вышки и пойдет дальше по карьерной лестнице. Андрюша всегда такой был пронырливый.
«Вот оно как. Ничего в мире не меняется!»
Алька успела распаковать авоську и поставила передо мной бидон с квасом.
— Иди отмокай.
— Да дел полно.
— Каких?
— Собраться в школу.
Сестра засмеялась. Она хорошо загорела на юге, волосы выцвели, а глаза стали ярче. Красивая Алька, что же ты не стала строить семейное гнездышко?
— Как будто ты всегда сам собирался! Иди в большую комнату, мы поможем. Все равно завтра суббота. Будет от силы урока три, потом получите учебники и домой отдыхать до понедельника.
Валя также присоединилась:
— Могу рубашку и штаны погладить.
Я уставился на разухарившуюся подружку сестры, на ходу придумав каверзу.
— Ладно. Можно весь квас взять?
Алька лишь махнула рукой.
По телевизору как раз шел детский фильм с многозначительным названием «Вот и лето прошло». По сюжету там завтра первого сентября, и мальчик Тема должен был идти в школу. А у него с уходящего детства осталось еще немало незаконченных дел. Яму во дворе закопать. Найти кого-то. Затем пошли непонятные разборки с друзьями, и я совсем запутался в сюжете. Под квас и помидоры ушли и сырники. Затем из моей комнаты раздался возмущенный вопль сестрички:
— Валя, как ты могла!
— Ростя, ты засранец!
Когда две фурии ворвались в большую комнату, я постарался выглядеть как можно безмятежней. А причина скандала была проста. Я оставил как бы невзначай на столе под газетой альбом на странице, где была изображена обнаженная Валя. Дорисовал её по памяти, и судя по оживленным откликам, мое художество было признано небесталанным.
Глаза у Альки сверкали.
— Как ты мог заставить девушку раздеться?
Стоявшая с утюгом в руке Валя гневно вспыхнула:
— Я не раздевалась!
— Молчи! А если этот рисунок кто увидит? Её же засмеют.
— Уже нет, — Валентина о чем-то догадалась и быстро исчезла.
 
— Валя!
— Вот тебе!
На пол полетели клочки бумаги. Я из кресла миролюбиво наблюдал за представлением. Как мне тут не хватало ярких шоу!
— Все равно по памяти нарисую и размер увеличу.
Алька о чем-то догадалась:
— Так это ты не с натуры рисовал?
— Почему? Валя позировала.
— Я сидела в одежде!
— Но я же видел тебя на пляже, а там уже фантазия сработала.
— Фантазёр! Вот мы тебя сейчас.
Я вскочил с места и неожиданно для себя и девчонок запел:
— Фантазёр
Ты меня называла
Фантазёр
А мы с тобою не пара
Ты умна
Ты прекрасна, как фея
Ну, а я
Я люблю всё сильнее
Всё умчалось как дым без тревог и потерь
Ты сегодня с другим
Ты сегодня с другим, у тебя есть теперь
И земные мечты, и земная любовь
Что же с нежностью ты
Что же с нежностью ты смотришь в прошлое вновь
Фантазёр
Ты меня называла
Фантазёр
А мы с тобою не пара
Ты умна
Ты прекрасна, как фея
Ну, а я
Я люблю всё сильнее
Ты умна
Ты прекрасна, как фея
Ну, а я
Я люблю всё сильнее
За чаем мы и помирились. Зато я был готов к школе.
— Учись гладить, пригодиться.
— Пусть Валя зайдет в воскресенье, еще раз покажет.
Подруга сестры внимательно на меня глянула:
— Ты раньше не был таким нахальным, Ростик.
Я показно тяжело вздохнул:
— Детство когда-нибудь кончается.
— Не торопись, Ростик, еще успеешь.
А голос почему-то у нее грустный. Удивленно поднимаю голову.
— Я уезжаю в город. Перевелась в институт.
— Значит, до каникул?
— Ага. Да ты парень яркий, вон, сколько девушек вокруг.
«Хм, неужели она думает, что я на нее запал?»
Алька видит, что разговор уходит куда-то не туда и помогает:
— Валя, мы же хотели куда-то идти.
Я решил проверить свой портфель. Потертый, но зато кожаный. Как пить дать, бывший отцовский. Я уже заметил, что в эту эпоху вещи носили долго. Так они и не изнашивались так быстро. Китайская однодневка подобной носки попросту не вынесла бы. Так, пенал с карандашами и прочими принадлежностями. А это что за фигня такая? Белая толстенная линейка и в середине полоска ходит туда-сюда в пазу. Первый прокол. Вместо того чтобы пить с дружками мог бы и к школе лучше подготовиться.
С авторучкой я уже был знаком. Хотя в первый раз испытал настоящий шок. Мало того, что придется писать чернилами, так еще и следить за их уровнем. Кстати, чернила вот они, лежат отдельно. Ручка заправлена, за это я спокоен. Сестра при мне набирала, и я научился. Линейка-треугольник, стирательные резинки. Красная и бело-голубая. Хм?
Несколько тетрадей в клеточку. Тонкие и толстые в сорок восемь листов. А ведь этот формат и в будущем не изменится. Кстати, какие завтра уроки? Я вышел в коридор и бросил взгляд на телефон. А кому звонить, собственно? Я знаю, что телефон есть у Галки. Но с ней мне не по пути, да и идет она в девятый класс. У Серого не проведен.
И тут я вспоминаю вчерашний пьяный разговор с Андреем. Он же у нас председатель комитета комсомола и заведует всей политической деятельностью школы. И я, дурак, пообещал ему на следующей неделе первую политинформацию в школе. Типа опередить всех. Он учится с нами в классе. Ему за это будет зачет. Да и мне. Такс… А как это делается?
Вспоминаю, что говорила Алька. В случае чего она еще будет дома в воскресенье, можно попытать дальше. Что она упомянула? Подготовить материал по теме, обязательно сдобрить его ссылками на последний пленум ЦК КПСС. Бред какой-то. И прочесть доклад перед классом. Лучше без лишнего занудства. Однокашники не поймут. Минут на пятнадцать. Но с правильным политическим уклоном.